От корпоративности под покровом идей к соборности в Богодержавии / Анамнез[^4] юридической системы

Анамнез[^4] юридической системы

От корпоративности под покровом идей к соборности в Богодержавии · ред. 2015 · раздел 2 из 15 · источник: автоматическая транскрипция.

Содержит авторские утверждения; их фактическая достоверность оценивается отдельно. Текст — автоматическая транскрипция источника.

Первичный текст. От корпоративности под покровом идей к соборности в Богодержавии — редакция ред. 2015 г.. Источник: dotu.ru:824cdb0b06346050.doc sha256 bb82c6983d5f6875…; страница на dotu.ru. Автоматическая транскрипция DOC→Markdown; смысл и формулировки не правились. Контрольные суммы и статус проверки — в NOTICE.md. Содержание передаёт позицию авторов; утверждения не верифицированы библиотекой.

Анамнез¹ юридической системы

<span id="__RefHeading___Toc438909428" class="anchor"></span>Одной из любимых либеральных «страшилок» периода перестройки, были рассказы «о беззаконии сталинских времён», наиболее ярким выражением чего преподносились так называемые «судебные тройки», вершившие «правосудие» без заслушивания обвиняемых и без допуска в дело стороны защиты. Но современные тенденции выстроенной самими либералами судебной системы куда как «прогрессивнее»[^5]: ныне, при декларативном соблюдении законов², сочетающемся с недопуском в процесс стороны защиты и отказом от заслушивания её аргументов, засуживание осуществляется «судебными ДВОЙКАМИ» на междусобойчиках судьи и прокурора. По итогам действа, прокурор рисует «палки» в отчётность по «борьбе с экстремизмом», а судья «нарабатывает статистику» успешно оконченных дел - все довольны.

Однако людям, чья интеллектуальная деятельность не искалечена юридической казуистикой, невозможно понять, каким образом засуживание информационных материалов без допуска в дело «стороны защиты», сочетается с конституционными нормами о состязательности судебного процесса и презумпцией невиновности. В «законность» и «нормальность» такой практики, а также в справедливость вынесенных при её применении судебных решений - можно только бездумно уверовать.

* * *

Для адекватного понимания дальнейшего текста необходимо определить некоторые термины и понятия.

Корпоративность — объединение индивидов для осуществления коллективными усилиями их личных целей (как отчасти осознаваемых, так и объективно сопутствующих осознаваемым, которые могут не осознаваться и не всегда сочетаться с осознаваемыми), не осуществимых в одиночку и потому ставших на какое-то определённое время для них вынужденно общими или взаимно дополняющими, достижение которых представляется им возможным в течение ограниченных сроков — в пределах продолжительности жизни каждого из них (возможно, что по принципу «чем быстрее и полнее — тем лучше»). И хотя корпорации могут существовать на протяжении жизни многих поколений, но всякая корпорация рассыплется, если в каком-то поколении критическая (по отношению к её устойчивости в обществе) масса слагающих её индивидов не получит от неё «прямо сейчас» (или в «разумные сроки» в обозримом будущем) того, чего вожделеет.

Также обратим внимание на то, что приведённое выше понимание явления корпоративности вовсе не предполагает, что корпоративность выражается в наличии штатного расписания корпорации, в котором перечислены все её участники, их должности, должностные права и обязанности. Достаточно, чтобы были общие или взаимно дополняющие друг друга интересы, и их носители действовали в жизни соответственно им и опознавали друг друга в качестве «своих людей», «людей своего круга», отличая их от «чужих». То есть корпоративность — один из ликов индивидуализма, обособляющего (или противопоставляющего) себя всему остальному обществу, но не в одиночку, а коллективно.

Поскольку исторически реально разного рода корпорации, оказываются связанными с государственностью, то определимся и в понимании термина «государственность».

Государственность отличается от корпоративности тем, что государственность представляет собой систему профессионального управления и организации коллективной деятельности многих людей в русле стратегии (концепции), охватывающей жизнь многих поколений. И потому государственность в чём-то выходит за пределы сиюминутных личных или корпоративных интересов людей, сдерживая и ограничивая сиюминутно ориентированные личные и корпоративные интересы, а в ряде случаев принуждая людей и корпорации к деятельности вопреки их интересам. При этом государственность может включать в себя те или иные корпорации и действовать, опираясь на них; но может и подавлять какие-то другие корпорации.

Частью 5 ст.29 Конституции РФ: «цензура запрещается». Частью 2 той же статьи: «не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства» - но это и есть не что иное, как установление цензуры.

Цензура в самом широком смысле термина — это управление тематическим спектром информационных потоков, распространяющихся в обществе. Соответственно определению термина «цензура», взятому из «Большого юридического словаря»³, и соответственно ч.5 ст. 29 Конституции РФ, имеющей прямое действие и высшую юридическую силу, Федеральный список экстремистских материалов России существовать не должен.

Что касается запрета «пропаганды и агитации», то юридически ни тот, ни другой термины ничего не означают, в частности потому, что определения обоих терминов отсутствуют в законах и наиболее авторитетных юридических словарях. В других словарях эти термины определены, но эти определения носят характер общекультурный*.*

При наличии у индивида взаимоисключающих мнений одновременно, это может является одним из признаков шизофрении. Однако было бы наивным полагать, что законодательство пишут клинические идиоты: система законодательства — это прагматическая технология социального управления, чья направленность задана господствующей концепцией. Финт простенький и досконально проработанный ещё в библейские времена: наличие в кодифицированном законодательстве взаимоисключающих *[В оригинальном издании здесь расположен рисунок/схема. Иллюстрация не включена в данный выпуск: ожидает визуальной и правовой проверки. Файл источника: image3.jpeg]*положений позволяет тому, кто имеет право на его толкование, легко и правдоподобно для толпы прикрывать любой произвол ссылками на те, либо иные положения якобы единого для всех «закона» - в зависимости от текущих потребностей.

В реалиях же современной России цензура существует как явление, реализована законодательной базой и правовыми механизмами, сосуществует с благостным постулатом Конституции о своём запрете. Правом толковать, какая именно информация относится к перечисленным в ч.2 ст.29 Конституции явлениям, описанным преднамеренно юридически несостоятельными терминами, наделены якобы «слуги» закона, которые таким образом, в практике жизни, конкретизацией правоприменения сами этот закон и устанавливают, то есть, не «служат закону», а формируют его во исполнение текущих целей субъекта управления правовой системой.

В результате интернет полнится невесёлыми «хохмами» из превращённого в сборник маразма «Федерального списка экстремистских материалов»⁴. Званием «дважды экстремист Российской Федерации» экстремизаторы посмертно «наградили» по результатам одного судебного процесса К.П. Петрова, занеся его книгу «Тайны управления человечеством» в «список» за номерами 1463 и 3065. Работа ВП СССР «От корпоративности под покровом идей к соборности в Богодержавии» размещена в указанном списке тоже дважды, за номерами 2917 (занесение 29.07.2015) и 2951 (занесение 12.08.2015) на основании одного решения суда. «План по валу», полагаем, успешно выполнен как в июле, так и в августе, с чем кабинетных «борцунов» с экстремизмом можно поздравить.

Поскольку очевидно, что иллюзия возможности «запрета информации» в современном глобальном мире, мире цифровых технологий, интернета и множительной техники, а также возмутительно для «экстремизаторов» грамотного в технических и правовых вопросах населения – глупая фикция, нужно понимать, что «экстремистский список», помимо материального обеспечения толпы юридических дармоедов, более никаких реальных функций (из числа декларированных) не выполняет (обоснование этого тезиса простое – например, редакция книги, которую вы сейчас читаете).

В материалах КОБ инструментарием Достаточно общей теорией управления, средства управления обществом обобщены в шесть категорий, имеющих различную «мощность», обратно пропорциональную быстродействию. Если бы экстремизаторы взяли бы на себя труд изучить жизненно состоятельную методологию социального управления, они знали бы, что борьба с идеологиями (обобщённое средство управления (ОСУ) третьего приоритета) посредством исключительно силовых методов (средство управления шестого приоритета) – беЗсмысленна в силу краткосрочности достигаемого результата.

Люди, обладающие государственным мышлением, даже не имея современной теоретической базы социологии-жизнеречения, понимали, что попытка борьбы с идеями путём запретительства – это преступная по отношению к государству иллюзия. В.М. Молотов, выступая в 1939 году сказал (выделения текста наши):

«Идеологию гитлеризма, как и всякую другую идеологическую систему, можно признавать или отрицать, это дело политических взглядов. Но любой человек поймёт, что идеологию нельзя уничтожить силой, нельзя покончить с ней войной. Поэтому не только бессмысленно, но и преступно вести такую войну, как война “за уничтожение гитлеризма“»⁵.

К сожалению, значительная часть деятелей, наделённых властными полномочиями, не обладает не только масштабом мышления В.М. Молотова, но и строй психики имеет «держимордовский», для которого приоритетным способом решения вопросов является «хватать и не пущать»⁶.

Фашизм, разгромленный в 1945 году ценой гигантских усилий и жертв на шестом приоритете ОСУ, не был побеждён на 1-3 приоритетах, и спустя 70 лет процветает во множестве стран мира, включая изнасилованную западом Украину.

Невежественны экстремизаторы и в вопросах истории, являющей алгоритмику социальных процессов (второй приоритет ОСУ). Идейные предшественники нынешних борцунов с инакомыслием шлют им приветы из глубин веков.

Католическая церковь вела свой «экстремистский список» более 400 лет. Поскольку материальным носителем неприемлемых для церкви идей были книги, то «святые» отцы — не будучи вдохновлёнными Святым Духом на идейный разгром своих оппонентов — породили «Индекс запрещённых книг». Причинами его появления стали нравственная извращённость, и порождённый ею паралич интеллекта зачинателей этого проекта.

Первый «Индекс» был опубликован в 1529 г. в Нидерландах. Первый общекатолический «Индекс» был издан в 1559 г. Чтение книг из этого списка грозило отлучением от церкви, которое в ряде случаев влекло за собой и перспективу быть живьём сожжённым на костре. Последнее, 32-е издание «Индекса» вышло в свет в 1948 г. и включало в себя 4000 изданий⁷, как сообщает Википедия, «запрещённых из-за ереси, аморальности, элементов порнографии, политической некорректности и т.д.». К моменту отказа от «Индекса запрещённых книг» в 1966 г. католическая иерархия оставалась хотя и значимым, но всего лишь одним из многих субъектов глобальной политики и политики ряда государств, утратив во многих некогда католических государствах своё влияние.

Т.е. «Индекс запрещённых книг» показал свою полную несостоятельность в деле сохранения исторически сложившегося (к моменту появления «Индекса») политико-идеологического режима католицизма.

Создавали свои списки запрещённых книг и государства, но ни одно из них также не достигло целей, которые декларировались при учреждении такого рода списков запрещённых книг.

Если католическая иерархия дозрела до осознания того, что идеологии не побеждаются силой запретов к 1966 году, то для иерархии отечественных держиморд эта истина осталась за пределами понимания и в XXI веке.

* * *

За десятилетия безраздельного господства в юридической сфере, западноориентированные либералы скрупулёзно выстроили судебную систему России таким образом, что её очень сложно переориентировать на цели государственного развития без катастрофических последствий для государственной машины в целом. А оставаясь в плену либеральной риторики и ценностных мифов, такую реконструкцию осуществить невозможно в принципе.

Смена верхушки государственного аппарата с приходом Путина не привела к перехвату ею управления «автопилотом» юридической системы, формирующей судебную власть. Либерально-антинародные тенденции формируют судебную систему по сей день. С вводом с сентября 2015г. нового «Кодекса административного судопроизводства», тихо, без шума, сделан важный шаг в сторону дальнейшего закабаления народа России юридической корпорацией. Представителем в суде, согласно новому кодексу, может быть только лицо, предъявившее диплом о высшем юридическом образовании, притом, что по некоторым делам участие представителя обязательно. Учитывая, что дела, проистекающие из публичных правоотношений, будут рассматриваться теперь в порядке этого кодекса, он представляет из себя важную составляющую социального управления. Обязательность участия адвоката существует в уголовном праве, но там предусмотрена возможность отказа от услуг защитника, оплату работы которого, в случае обязательности его участия, в таком случае берёт на себя государство. В данном же случае, попытка поиска справедливости посредством судебной системы теперь упирается в вопрос готовности оплатить услуги юридического посредника - отнюдь не символическими суммами.

Понятно, что это – «пробный шар». Если «пипл схавает», то изменения, развивающие эту «прогрессивную» тенденцию, обязательно будут существенно расширены. Юридический молох ненасытен, а граждане, ищущие правосудия «забеЗплатно», его совершенно не устраивают, тем более, что в «прогрессивных странах Запада» доступ к правосудию через «сертифицированных» посредников работает давно и безальтернативно, и в любом судебном процессе всегда и гарантированно выигрывает только одна сторона - юристы.

«Сливки» же юридической касты - судьи и прокуроры, в идеале вообще не хотели бы встречаться с гражданами непосредственно (от этих граждан только шум в заседаниях и грязь на полу храмов правосудия). Для соприкосновения с «чернью» предназначены шлюзы – юридические консультации и адвокатские конторы. «Юридический рай» на базе капиталистической парадигмы: «обогащайся!», представляет из себя «чёрный ящик правосудия», внутрь которого вход имеют лишь посвящённые в таинство его устройства юристы, а толпа граждан, бурлящая вокруг него, предназначена для того, чтобы в одну щель ящика засовывать денежные купюры, а из другой получать готовые судебные решения. Попытка самостоятельного изучения законов и отстаивания своих и общественных интересов в суде – это, с точки зрения юридической корпоратократии, преступное покушение на «их» сакральные функции в обществе.

Новый кодекс также развивает далее тенденцию наделения судейской касты признаком божественной непогрешимости, в связи с чем гласность и состязательность судопроизводства становятся факторами мешающими «юридическому процессу». Согласно ст. 323, 324, 328 кассационная жалоба на решение суда, «изучается» судьёй единолично, после чего он имеет право отказать заявителю в рассмотрении его жалобы, если сочтёт, что в деле «не имеют места существенные нарушения права». «Существенные» - это категория оценочная, и притом, что заявитель ничего пояснить, аргументировать или возразить на это не может, «право обжалования» превращено в фикцию, построенную на постулате о непогрешимости и экстрасенсорной прозорливости судей. Но если для кассационной инстанции кодексом хотя бы указаны «законные причины» для отказа, то при рассмотрении жалоб⁸ судьями Верховного суда какие-либо ограничения на причины отказов в рассмотрении жалоб вообще сняты. Ч.5 ст.338 установлено, что судья должен просто «указать мотивы» отказа передачи жалобы на гласное состязательное судебное разбирательство – по факту, любые, какие сам захочет. В принципе, судья может написать в определении всё, что угодно, например, что отказывает вам потому, что он утром с тёщей поссорился, и заседания по вашей жалобе, где вы могли бы поддержать её и аргументировать, не будет, а обжалование этого отказа не предусмотрено. И мы не слишком утрируем, примеров нагло-бредовых поводов для отказа в рассмотрении жалоб в судебном заседании – предостаточно⁹.

Истинной целевой функцией механизмов обжалования в толпо-«элитарном» судопроизводстве является возможность исправления судебных «ошибок», действительных или мнимых, допущенных в отношении прав «сильных мира сего», то есть тех, кто имеет возможность «повлиять» не описываемыми в кодексах способами на мнение судьи, решающего, допускать жалобу к рассмотрению, или нет. Механизмы обжалования в реалиях жизни доступны для «черни» лишь в той мере, в какой это диктует необходимость поддержания в обществе иллюзии общедоступности судебной защиты.

Смена тенденций развития юридической системы - это вопрос, который не решается только лишь сменой персоналий в креслах тех или иных чиновников судебного ведомства. Доказательством вышесказанному служит многолетний «тихий саботаж» судебной системой тенденций развития России, инициируемых «командой Путина».

Высшая государственная публичная власть современной России не реализует управление механизмом юридической системы через настройку её «автопилота», действуя в альтернативном, ручном режиме, точечно корректируя процессы, которые угрожают возникновением значительных негативных последствий для общества, либо привлекших к себе внимание иными способами.

При нормальном, т.е. человеко-ориентированном устройстве, судебная власть должна адекватно отрабатывать общественно значимые ситуации в режиме самоуправления, без необходимости вмешательства «надсмотрщиков». Но в течение многих лет она поддерживает иную направленность, а именно - поддержание матрицы криптоколониального устройства России, успешно воспроизводя самою себя взращиванием и «натаскиванием» кадровой базы, обеспечивающей преемственность корпоративных «понятийных» традиций, имеющих безусловный приоритет над абстрактной «законностью» (сказанное не обозначает, что программисты автопилота российской юридической системы потеряли над ним управление, но обозначает, что свою работу они сделали с запасом прочности).

Знаковым проявлением антигосударственной в целом направленности современной судебной системы, стал процесс, признавший «экстремистской» первую суру Корана «Аль-Фатиха» («Открывающая»), проведённый судьёй Натальей Перченко при соучастии прокурора Татьяны Билобровец.

Отметим, что Президент Путин, как минимум дважды, в первый раз 03.12.2013¹⁰ и, для тех, кто не понял с первого раза - 05.11.2014¹¹ обращался непосредственно к теме огульного запретительства. При этом сказанное Президентом РФ осталось «пустым звуком» для судебной системы, механизмы которой обязаны были бы отреагировать на эти заявления в автоматическом режиме, в свете ч.2 ст.80 Конституции, согласно которой Президент Российской Федерации является гарантом Конституции Российской Федерации, прав и свобод человека и гражданина, а также, ст. 4 ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" в соответствии с которой Президент Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области противодействия экстремистской деятельности, - в том случае, если бы были настроены на решение нужд государства российского в интересах граждан.

И в таком случае, скорее всего, не пришлось бы Рамзану Кадырову исполнять роль «школьного надзирателя» для потерявших всякое представление о границах дозволенного судьи и прокурора:

Следующим моим шагом будет требование о признании этого решения, носящим экстремистский характер, умышленно направленным на подрыв стабильности в России. Авторы не могли не знать, что их действия спровоцируют миллионные акции протеста в России и за рубежом, приведут к изоляции страны от исламского мира. — Я требую строгого наказания для провокаторов, принявших данное судебное решение и пытающихся взорвать ситуацию в нашей стране. Те, кто вынес данное решение (судья Перченко и прокурор Билобровец), — это национальные предатели и шайтаны¹².

С нашей точки зрения Р. Кадыровым в данном случае совершенно правильно вскрыта антигосударственная и реально экстремистская, по своей сути, деятельность конкретных представителей судебной власти и юридической системы в целом. В умолчаниях же Р. Кадыровым оставлено то обстоятельство, что судья Перченко и прокурор Билобровец если в чём и виноваты, так в том, что продали дарованную Богом возможность реализации своей свободной воли за блага и привилегии, прилагаемые к занимаемым ими должностям, что проявлено в строгом следовании понятиям корпоративной дисциплины вопреки совести и гласным законам. В остальном же возлагать вину за произошедшее на них лично – беЗсмысленно и по сути неверно. «Призвание к ответу» этих двоих безвольных винтиков системы не решит ничего – на их месте мог оказаться любой из сотен и тысяч судей и прокуроров, и решение по делу было бы совершенно аналогичным, поскольку и прокурор, и судья в данном процессе – не люди, обладающие волей, разумом и совестью (поскольку они от всего этого «груза» отказались¹³), к которым можно было бы взывать, а функция юридической системы.

Весьма показательно, что после того, как история получила общероссийский резонанс и стало понятно, что в данном случае корпоративные понятия не победят, поскольку натолкнулись на более мощные в данный момент тенденции, протест на решение суда вынесла сама же прокуратура Южно-Сахалинска, которая «грамотно перевела стрелки» на судью, принявшую, как они теперь заявляют, «неправильное решение, так как они (прокуратура) просили суд признать экстремистским только мнение автора этой книги, а не аяты из Корана», что является откровенной ложью – прокурор Билобровец просила признать экстремистской книгу в целом, в заседании огульные выводы экспертов-мерзавцев поддержала, никаких «оговорок», возражений или уточнений по «экспертизе» не заявляла, а вышеприведённая формулировка является ничем иным, как проявлением чиновной хитрости в попытке исключить себя из числа раскрытых Кадыровым «шайтанов и национальных предателей» в мантиях и погонах - реальных экстремистов, расшатывающих российское общество и российское государство.

Напомним, что это судебное шоу - далеко не первое в череде попыток засудить Коран. 17.09.2013 Октябрьский районный суд Новороссийска (наш любимый Краснодарский край) признал «экстремистским» Коран в переводе Э. Кулиева. Автор перевода прокомментировал это так (выделения жирным шрифтом текста наши):

- На мой взгляд, совершенно недопустимо, чтобы на основании одного или двух низкопробных заключений запрещались книги, представляющие научную ценность...

- Получается, любой районный суд может запретить ту или иную книгу?

- Так оно и происходит, а дальше тянется судебная канитель. Ни прокуроры, ни находящиеся при них эксперты не несут ответственности за принятые ими решения. Безнаказанность развязывает им руки, а их порой необоснованные решения льют воду на мельницу тех, кто действительно распространяет экстремистские взгляды: мол, вот ваше государство, которое вы защищаете, - оно запрещает даже тех, кто не выступает против него и признает его законы"¹⁴.

В тот раз отмена решения суда о признании Корана «экстремизмом» состоялась только после вмешательства председателя совета муфтиев России, обратившегося к высшим государственным руководителям, а также благодаря общественному резонансу. Но, как видим, это сдержало пыл ретивых держиморд ненадолго.

Можно ли при такой системе быть уверенным в гарантиях справедливости правосудия в отношении иных информационных материалов, не обладающих, подобно основным священным писаниям, группами многочисленных влиятельных сторонников? Вопрос риторический.

Судьи и прокуроры, засуживающие наряду с действительно экстремистскими, также и любые прочие материалы, на которые им указано, сами их, со всей очевидностью, читать не считают нужным, действуя вопреки закону, но во исполнение норм корпоративной дисциплины.

Приведём «для занятых» правозахоронителей цитату из засуженной ими работы, вскрывающую психологическую подоплёку такой деятельности:

…безыдейность выражается как неспособность и боязнь увидеть и осмыслить жизнь общества в целом, что обрекает многих работающих по найму жить холопскими иллюзиями о том, что якобы есть «хорошие» хозяева…, под властью которых можно жить и работать, поскольку они прилично платят и сквозь пальцы смотрят на подворовывание персонала и недобросовестность в труде; а есть плохие, которые либо «мало платят», принуждая много или качественно работать, либо нетерпимы к подворовыванию и бракодельству¹⁵.

Реакция Президента России на эти события полностью укладывается в тезис о «ручном управлении» юридической системой: им в законодательный орган был внесён законопроект о запрете признания Библии, Корана, Танаха и Ганджура и цитат из них «экстремистскими». Подобное «изъятие» из общего, якобы единого для всех закона, есть ничто иное, как затыкание наиболее зияющих системных «пробоин». В текущей ситуации это правильный вынужденный шаг, не решающий, однако, системных проблем.

В соответствии с Конституцией, права граждан не зависят от вероисповедания, либо отсутствия такового. Но судебный иммунитет получили только тексты четырёх конфессий, а почитаемые другими верующими и атеистами, священные для них тексты, остаются в роли «корма» для юридического молоха. И такая постановка вопроса не является профанацией, а ссылки на многочисленность представителей выбранных конфессий мы не принимаем¹⁶ в качестве аргумента - в демократическом государстве права граждан объявляются равнозащищаемыми, вне зависимости от численности групп, в которые они входят. Иной же подход идеально точно укладывается в определение экстремизма, даваемое законом.

* * *

Ещё один пример, для иллюстрации тезиса о системном характере проблем судебной власти, в современных реалиях противостоящей тенденциям возрождения России, поддерживаемым командой Президента Путина, мы приводим вкратце, предлагая читателю самостоятельно осуществить поиск материалов по теме. Федеральный судья того самого Хостинского суда города Сочи, где в авральном порядке «судебными двойками» засудили несколько работ авторского коллектива ВП СССР, Дмитрий Новиков, в процессе своей работы выявил махинации на десятки миллионов долларов, которые проворачивали его коллеги, судьи Хостинского районного суда под руководством своего председателя. После того, как Д.Новиков не согласился «спустить на тормозах» дело по злоупотреблениям судей, он сам, федеральный судья, молниеносно, «задним числом» был лишён судейского статуса решением других своих коллег судейского органа Краснодарского края, вставших горой на защиту преступников, и на 8 месяцев оказался в камере следственного изолятора. Его бывшие коллеги совместно с прокурорами и следователями после применения к нему пыток, побоев и унижений, возбудили против него 9 уголовных дел, после чего предложили «по-хорошему» самому выбрать себе любую статью из уголовного кодекса, по которой он получит несколько лет, а за «сговорчивость» остальные обвинения с него снимут. После чего ему гарантировали, что в апелляционной инстанции судебная коллегия заменит реальный срок на условный, если он обязуется «навсегда убраться» из поля зрения мафиози в судейских мантиях, которым он посмел встать поперёк дороги. Федеральный судья Новиков о методах и содержимом голов правоохранителей рассказал следующее.

Начальник следственного отдела, полковник с тридцатилетним стажем, весь такой якобы заслуженный, с наградами, сначала вел торг, просил признать капельку вины и закончить все это по-тихому, в крайнем случае посидеть пару лет, но не получить за это 25. Взял пачку документов со стола и начал меня ими бить по лицу, голове. Кричал: «Тебя, козла, нужно повесить на первом столбе. Ты забыл, что право - это есть возведенная в закон воля господствующего класса, а ты к нему не относишься*»*¹⁷.

Федеральный судья Новиков о системе подготовки судей.

Самым интересным было получить задание: Напиши к утру ЗАКОННЫЙ оправдательный приговор, ЗАКОННЫЙ обвинительный приговор, и ЗАКОННОЕ определение о доследовании. И вот это самая страшная беда нашей страны, когда совершенно при одинаковых условиях можно вынести три разных законных решения¹⁸.

Федеральный судья Новиков о системе назначения судей.

…стать судьей без денег и связей почти невозможно. Платить нужно всем. Сначала экзаменационной комиссии, потом квалификационной коллегии, организующей конкурсы, а по сути, аукционы на вакантные места в судах, если судья мировой – утверждающим его депутатам. Пройдя эти барьеры – сотрудникам полпредства президента, затем уж в самой администрации главы государства.

Когда я собирался перейти из Хосты в председатели Адлерского районного суда Сочи, согласование в администрации президента проходило через Андрея Полякова. Приезжаю к нему на прием, он при мне звонит в краевой суд: согласовываем? Согласовываем. Потом заявляет: ты должен выполнить ряд условий. И выставляет непосильные условия, размер которых был невероятен. У меня таких возможностей нет, нельзя хотя бы половину? В ответ: мы не на базаре. Или землей будешь рассчитываться? У тебя есть время, подумай…¹⁹

Коррупционный порядок утверждения судей имеет системообразующее значение, и представляет из себя «входной фильтр», который превентивно, на входе в систему, отсеивает тех, кто по каким-либо причинам не готов присягнуть безраздельно негласным законам корпорации. Человек, который по оглашению пришёл на должность «слуги закона» для того, чтобы «вершить справедливое правосудие», со своего первого шага вынуждается к тому, чтобы совершить уголовно наказуемое деяние – дачу взяток должностным лицам (даже если не деньгами, а «борзыми щенками», или «звонком сверху» - противозаконной сущности ритуала это не меняет), и тем самым сразу оказывается «на кукане» у «смотрящих» за корпорацией. Таким образом будущий судья преднамеренно вводится в состояние когнитивного диссонанса²⁰, из которого у него есть только один системно предопределённый выход: задавить голос совести и принять «правила игры», тем самым присягнув на безусловную верность негласным корпоративным «понятиям». Или ты становишься частью системы, или не бывать тебе судьёй. И это – те жизненные реалии и правила, без знания которых «вписаться» в систему невозможно, но которым не обучают в оглашениях, а передают по посвящению.

Настроенная архитекторами нынешней судебной власти эта система предварительной фильтрации, десятилетиями безукоризненно исполняет свои функции в режиме полного самоуправления. «Гражданская девственность» в виде веры в прерогативу закона и права, для вступающих в должности «смотрящих» за ними, таким образом заканчивается не позднее, чем в момент обретения своего статуса. Остальные же граждане – слесари, токари и пекари, составляющие основу общества и государства, имеют полное право верить в либерально-демократические байки до самой смерти, если ранее им не придётся столкнуться с интересами юридической корпорации и проверить жизненную состоятельность навязываемых обществу благовидных иллюзий на практике. Обращаем внимание, что приведённые выше цитаты – это не фольклор криминального мира, или бредни маргинальствующих «диссидентов», а рассказ действующего федерального судьи Российской Федерации, имеющего подписанное Президентом РФ удостоверение.

Статус судьи Д. Новикову был возвращён после того, как в его дело вмешался лично Председатель Верховного Суда РФ Лебедев, и при личном участии Президента Путина. Только после того, как Д. Новиков публично «поручкался» с Президентом РФ при посредничестве Председателя ВС РФ, с него стали как осенние листья опадать «уголовные дела», притом, что все судьи краснодарского края были отведены от рассмотрения его дел в связи с недоверием, и заканчивалась эпопея в московских судах. Удостоверение федерального судьи Новикову вернули, а вот работы в «родном» Хостинском суде для него так и не нашлось – «все места заняты». Так и ходит он судьёй без судейского кресла, а коллеги-судьи, причастные к махинациям на десятки миллионов долларов, частью ушли на почётные судейские пенсии, частью – пошли на повышения в Краснодарский краевой суд (рассматривавший дела по «экстремизму» в работах ВП СССР как апелляционная инстанция). Судьи, которые «задним числом» лишали его статуса, отведённые «по недоверию» продолжают исполнять свои нелёгкие служебные обязанности.

Итог истории: для предотвращения вероятных трагических последствий, потребовалось точечное воздействие на судебную систему со стороны высших лиц государства и судебной системы, притом, что даже их вмешательство не смогло разрешить этот частный вопрос должным образом, - в смысле нейтрализации всех негативных последствий преступного самодурства «судейских» как для государства, так и лично для Дмитрия Новикова, а также адекватного управленческого воздействия для предотвращения подобного в будущем.

Сказанное выше иллюстрирует отсутствие на сегодняшний день в руках государственников в российской власти во главе с Президентом системно работающего механизма реализации собственной концепции управления по отношению к судебной власти и вписания её в общий замысел жизнеустройства. Точечные «затыкания пробоин» - это исключения, подтверждающие правило: власть над юридической корпорацией страны, в смысле реализации управления по полной функции²¹, принадлежит силам, не заинтересованным в устойчивом развитии России.

27 декабря 2015 г.

Как «экстремизаторы» засудили книгу

К произведению · Каталог