О ТМ №8(56) Пятнадцать лет после ГКЧП… / 10. Дано ли третье?

О ТМ №8(56) Пятнадцать лет после ГКЧП… · раздел 8 из 9 · источник: автоматическая транскрипция.

Содержит авторские утверждения; их фактическая достоверность оценивается отдельно. Текст — автоматическая транскрипция источника.

Первичный текст. О ТМ №8(56) Пятнадцать лет после ГКЧП…, 2006-09-03. Источник: 20060903 О ТМ №8(56) Пятнадцать лет после ГКЧП….doc sha256 4c20021de919acf7…; страница на dotu.ru. Автоматическая транскрипция DOC→Markdown; смысл и формулировки не правились. Контрольные суммы и статус проверки — в NOTICE.md. Содержание передаёт позицию авторов; утверждения не верифицированы библиотекой.

10. Дано ли третье?

Интернет-издание “Ежедневный журнал” 15.08.2006 г. опубликовал статью Михаила Делягина¹ под весьма ёмким и инфернально-точным (если непреклонно стоять на позициях буржуазного либерализма) заголовком: “Бойкот или коммуняки? Не отвертеться”. Если смысл статьи сконцентрировать в заголовке, выразив его более точно, то заглавие должно звучать так: “«Кукиш в кармане» либо «делягинский призыв» в КПРФ[^67]: третьего не дано”.

Приводим её текст полностью (комментарии в сносках наши):

«Большая часть либеральной общественности России с восторгом отвергает Путина, но впадает в мучительное недоумение при поисках конкретного воплощения своего позитивного политического идеала. Если выборы в Госдуму вдруг приключатся завтра, потребность занять определённую позицию поставит её в исключительно неприятное положение.

Понятно, что невозможна — и не только политически, но и эстетически — поддержка прокремлёвских «Единой России», ЛДПР и «РоЖи»².

Неразумна поддержка сил, которым ни при каких условиях не грозит никакой заметный результат — даже если они выдвигают своими лидерами вполне симпатичных людей. При всём благородстве анонимной политической манифестации, в которую выразится голосование за них, оно лишь упростит правящей бюрократии «натягивание» явки.

Невозможна поддержка и таких славных в прошлом брендов, как СПС и «Яблоко». Первая партия, как можно понять, де-факто превратилась в придаток РАО «ЕЭС России» — государственной монополии, со всеми вытекающими последствиями, а вторая стала величиной, почти ненаблюдаемой³. Но главное, что руководители этих структур, несмотря на все отговорки, сделали недвусмысленный и окончательный выбор в пользу Администрации президента против оппозиции, а значит, и России. Голосовать за СПС и «Яблоко» после этого можно лишь по недоразумению: на деле, а не на словах они перестают отличаться от «крыльев» «Единой России», добровольно превращаясь в аналог ЛДПР и «ПарЖи»⁴. Превращение ещё не завершено, но необратимо: «точка невозврата» пройдена на «Другой России»⁵.

В итоге выбор либералов трагически скуден: бойкот или поддержка КПРФ. Это шокирует. Однако Зюганов, в отличие от «статусных демократов», объявил «свободное посещение» «Другой России», а КПРФ, при всех своих недостатках, по внутреннему устройству остаётся самой демократичной партией.

Конечно, «естественный ход» — бойкот выборов как заведомо несправедливых. Либералы блюдут при этом непоколебимую верность принципам в стиле Новодворской⁶ и Нины Андреевой⁷ (т.е. не оказывают никакого сколь-нибудь заметного влияния на политику: наше уточнение при цитировании), избегают внутренних конфликтов и сохраняют почти идеальные отношения с Западом.

Поддержка же КПРФ породит жесточайший конфликт в среде либералов — вплоть до раскола и потери многих непримиримых⁸. Утрата светлого образа «борцов за демократию» ослабит и поддержку Запада. При этом либералы не могут быть уверены во встречной поддержке руководства КПРФ. Единственно возможный способ работы с ним, по-видимому, — навязывание ему качественно новой реальности⁹.

Однако бойкот выборов тоже чреват потерями. Прежде всего, он обречён остаться незамеченным и бессмысленным в условиях, когда выборы заведомо нельзя сорвать (результат «нарисуют») и заведомо нет сил, чтобы разоблачить завышение явки.

Лозунг бойкота выборов не сулит никаких изменений в повседневной жизни людей и потому не даст им надежд, которых они жаждут. В итоге он увлечёт лишь небольшую часть политизированных граждан, и либералы останутся политическим клубом «в себе» — сектантами, запертыми в правом углу политической площадки¹⁰.

Поэтому бойкот выборов — это по сути самоустранение из формализованного политического процесса¹¹, добровольное самооскопление, лишение себя даже тех скудных инструментов, которые он даёт. Если бы на Украине в 2004 году Ющенко и Тимошенко бойкотировали выборы, они сами лишили бы себя всякого права протестовать против их фальсификации и сделали бы свой успех невозможным.

Вопрос о бойкоте — это вопрос о мотивации. Если либералы хотят сохранить свои принципы в неприкосновенности, они должны требовать бойкота. Если они хотят изменить политическую систему — они должны поддерживать силу, протест которой против правящей бюрократии может быть политически значимым и статистически заметным. Сегодня это только КПРФ — как бы обидно это ни было для либералов.

Если они заботятся о себе, им нужен бойкот. Если они хотят заботиться о стране и бороться пусть даже за часть власти — им придётся поддерживать КПРФ так же и по тем же причинам, по которым в 1996 году они, скрипя зубами, поддерживали Ельцина как заведомо меньшее зло.

Эта поддержка даст им симпатии в среде среднего звена КПРФ, активистов и в целом людей левых настроений. Она создаст основу и работающий символ для той самой «объединённой» «право-левой» оппозиции, о необходимости которой так много и упоённо говорят либералы. Для многих из них необходимость выполнить свою часть работы по созданию этой оппозиции и, может быть, даже сделать первый шаг, окажется неприятной неожиданностью. Но сотрудничество давно пора переводить из плоскости псевдоэлитных¹² тусовок и конференций в плоскость повседневной «чёрной» работы¹³.

Её основой может стать лозунг «даёшь руководство народного спасения»: грубо говоря, президент Касьянов при премьере Зюганове с расширенными полномочиями правительства¹⁴. Это даст внятную объединительную перспективу¹⁵ и создаст либералам репутацию объединяющей, а не сектантской силы.

После принятия Кремлём решения о самоубийстве бабаковской «Родины» всё вышесказанное относится и к патриотам. Их выбор не менее трагичен, и обоюдное злорадство патриотов и либералов, равно склонных к маниловским мечтаниям, давно пора сменить на прагматичную трезвость и простую человеческую солидарность» (http://www.ej.ru/comments/entry/4556/).

Спустя неделю 22.08.2006 г. “Ежедневный журнал” опубликовал статью Алексея Макаркина¹⁶ “Путь в Каноссу. Ответ Михаилу Делягину”. Её мы тоже приведём полностью.

«Михаил Делягин в своей статье предлагает радикально оппозиционным по отношению к власти демократам идти под знамёна КПРФ — за неимением лучшего. Представляется, что такой вариант является не просто худшим, но и невозможным.

Партнёрство демократов с коммунистами¹⁷ можно сравнить с известным унижением германского императора Генриха IV, который был вынужден кающимся грешником явиться к воротам замка Каносса, где находился его заклятый враг Папа Римский Григорий VII. Императору пришлось переступить через себя, отказавшись от всего, что он отстаивал в предыдущие годы — в первую очередь, от примата светской власти над духовной. Точно так же и демократам придётся совершить нечто подобное — ведь они появились на политической арене как альтернатива коммунистам, как отрицание всей практики российского коммунизма, всех репрессивных традиций советского режима, неразрывно связанных с ленинско-сталинской партией¹⁸. Отметим при этом, что демократы и коммунисты — это две политические силы, для которых идеологическая идентичность является крайне важной[^85]: в отличие от центристов разных мастей, которые позавчера были умеренными либералами, вчера — социал-демократами, а сегодня стали просвещёнными консерваторами.

Разумеется, у части демократов есть некоторый опыт политического общения с членами КПРФ — например, у «яблочников» в ходе проведения совместных протестных акций. Однако речь шла (и может идти впредь) только о сугубо ситуативных мероприятиях, при которых каждая из сторон сохраняла свою идентичность. Если же демократы пристроятся в фарватер к коммунистам и каким-либо образом идентифицируются¹⁹ с ними на выборах, то только дезориентируют своих сторонников, которые воспримут такую позицию как свидетельство то ли беспринципности, то ли безнадёжности.

Тем более что в Каноссе демократов ждёт не Папа Римский (безусловный авторитет для католиков всего мира), а товарищ Зюганов, который характеризуется двумя особенностями. Первая — сугубо прагматическая: это один из главных неудачников российской политики²⁰. Если в 1996 году он вышел во второй тур президентских выборов, то уже спустя четыре года довольствовался поражением в первом. А ещё через четыре вообще не принял участия в выборах, выставив вместо себя товарища Харитонова, беззаветного почитателя лубянского «железного Феликса». А на следующих выборах даже второе место для коммунистического кандидата будет непростой задачей. Представительство КПРФ в парламенте сократилось до нескольких десятков депутатов, которые находятся в «глухой оппозиции» власти²¹. Список политиков, в разное время ушедших от Зюганова, чуть ли не внушительнее перечня тех, кто остался верен КПРФ — достаточно назвать такие имена как Селезнёв, Варенников, Куваев, Горячева. «Красные» губернаторы, которыми в 90-е годы так гордился Зюганов, вначале поголовно стали «розовыми», а затем и вовсе отреклись от компартии. Достаточно вспомнить курского губернатора Михайлова, который был одним из основателей компартии, а недавно возглавил список «Единой России» на выборах в своём регионе. Таким образом, демократам, находящимся в последовательной оппозиции Кремлю, предлагается стать партнёрами — причём явно младшими — партии, которая сама подвержена ярко выраженным кризисным явлениям.

Вторая особенность — идеологическая. КПРФ никоим образом не походит на социал-демократов европейского типа — речь идёт о партии, сохраняющей в качестве своих идолов Ленина и Сталина²². При этом товарищ Зюганов, даже если бы очень хотел, не смог бы отказаться от этого наследства. Дело в том, что «ядерный электорат» компартии (те 10 % от всех российских избирателей, которые поддерживают на плаву партию, несмотря на неудачи последних лет) не приемлет никаких намёков на отказ от коммунистической ортодоксии — в противном случае, эти избиратели не будут голосовать за эту партию. Точно так же этот избиратель бдительно следит за тем, чтобы их политические лидеры не вступали в неподобающие коалиции. Поэтому гипотетическая связка «Касьянов — Зюганов», о которой говорит Делягин, дискредитирует не столько даже первого (для многих демократов бывший премьер так и остается чужим), сколько второго: напомним, что в 2003 году коммунисты потеряли часть голосов из-за обвинений в связях с ЮКОСом. Любые демократы для КПРФ являются разрушителями страны, и человеку с либеральным прошлым надо пройти длительный путь радикального обличителя режима с левых позиций, прежде чем стать своим для коммунистической субкультуры — как это произошло с Глазьевым. Поэтому если демократы протянут руку коммунистам, то в ответ они могут получить унизительный, но вполне электорально закономерный холодный отказ²³.

Таким образом, поход в коммунистическую Каноссу окажется для демократов бессмысленным. Означает ли это, что реальная альтернатива ему заключается только в бойкоте выборов? Представляется, что ситуация далеко не столь драматична. Пока что остается возможность третьего пути — выдвижения демократического списка на основе одной из двух существующих либеральных партий — той, у которой окажется больший коалиционный потенциал²⁴. Говорить о сугубой сервильности этих партий было бы слишком поспешно, а отказ от участия в «Другой России» не стоит воспринимать как сожжение мостов: в российской политической истории будет ещё немало подобных форумов, и на одном из них, пусть и столь важном, свет клином не сошелся. Успеха такой вариант не гарантирует, но, во всяком случае, позволит сохранить идеологическую идентичность и избежать политического ляпа в виде сближения с силами, совершенно чуждыми российскому либерализму. Тем более если этим силам такое сближение совершенно не нужно».

(http://ej.ru/dayTheme/entry/4619).

Так делягинский проект хотя и объективно возможен, но неосуществим вследствие субъективных причин — бескомпромиссности «идейных» либералов и изрядной части зюгановцев. Все они сидят каждый в своём политическом «сортире» в убеждении, что этот «сортир» и есть “Каносса”, куда все прочие должны придти, «преклонить колени», «засвидетельствовать почтение» и признать свои прошлые реальные и мнимые ошибки, после чего первоиерахи политических течений простят заблудших. А.Макаркин от имени непреклонных «идейных» либералов заявил об их готовности сидеть в политическом «сортире» до конца. КПРФ о том, чтобы пойти в “Каноссу” к либералам и вовсе не думает.

Но третье всё же дано.

11. Третье всё же дано:\

из своей “Каноссы” — к покаянию и переосмыслению

================================================

Третье всё же дано, однако только для тех, кто способен признать следующей факт:

• Нет людей без прошлого, которое у каждого человека своё и может быть самым разным (в том числе лжесоциалистическим марксистско-интернацистским или нацистским, интернацистским буржуазно-либеральным, ваххабитским и т.п.) вследствие объективных исторических обстоятельств, в которых те или иные люди входили в жизнь и жили.

• Но есть люди без будущего, которые не желают нравственно-мировоззренчески совершенствоваться и мечтают «вернуться в прошлое» либо предпочитают жить в плену приятных им иллюзий, вопреки объективным возможностям развития общества, культуры и каждого из них персонально, пытаясь под милое им прошлое или под опьяняющие иллюзии отпрессовать настоящее и будущее.

Конечно и КПРФ, как и буржуазные либералы, тоже сидит в политическом «сортире», возведённом зюгановцами в ранг “Каноссы”, но в другом (по месту локализации на политическом поле). Вследствие кризисности своего состояния КПРФ сдаёт позиции в политике по мере того, как уходят из жизни старшие поколения, большей частью и составляющие её электорат: массового молодёжного интереса к КПРФ нет и не будет, поскольку за КПРФ нет идей, отвечающих на острые вопросы, которые жизнь ставит перед молодёжью. А без этого у КПРФ нет будущего²⁵. Причина этого в том, что КПРФ не переосмыслила историческое многотысячелетнее прошлое Русской многонациональной цивилизации и потому у неё нет ни жизненно состоятельного проекта будущего, ни методологии порождения такого рода проекта. Её исторический миф примитивен и не выходит за пределы менее чем 100-летнего периода от создания РСДРП до краха СССР. И в этом мифе всегда в качестве единственно праведной подаётся «генеральная линия партии» — тот вариант политики, который объективно исторически реализовался в прошлом:

Великий Ленин создал партию большевиков и привёл её к победе в октябре 1917 г. После смерти великого Ленина Сталин (для многих тоже великий, но публично об этом говорить КПРФ стесняется) разгромил меньшевиков и троцкистов, которые вкрались в партию; под руководством Сталина в стране была осуществлена культурная революция, достигнут самый высокий образовательный уровень в мире, был создан научно-технический потенциал, мощные промышленность и сельское хозяйство, страна была подготовлена к победе в Великой Отечественной войне и под руководством партии победила германский фашизм, восстановила то, что была разрушено в войне, разрушила монополию США на ядерное оружие и начала готовиться к выходу в космос и завершающей фазе коммунистического строительства.

Далее в историческом мифе КПРФ начинается период анонимного — так называемого «коллективного руководства».

В этот период народ трудился, успехи были, образование и медицина были бесплатны, система социальной поддержки и социальных гарантий обеспечивала уверенность в завтрашнем дне всех, никаких национальных конфликтов, а тем более терроризма — не было. Но обстановка в мире была сложная и надо было систематически перевооружаться, что замедлило темпы роста благосостояния трудящихся. Конечно, потом Брежнев стал старый и его здоровье не позволяло ему эффективно руководить страной, но ему на смену пришёл Андропов, и страна расправила крылья. Но Андропов, к сожалению, в скорости умер, не успев придать необратимость начатой им политике, а после пришедшего ему на смену временного Генерального секретаря Черненко, к руководству партией и государством пришёл изменник Горбачёв, который и погубил всю эту благодать. И если были какие ошибки у коммунистов в прошлом, так они состоят в том, что вовремя не разглядели изменников — Горбачёва и Ельцина, а в остальном — всё было хорошо. Теперь у власти изменники идеалам коммунизма, работающие на своих западных хозяев против народов России. Сложился бюрократический режим. А при Путине он почувствовал себя безраздельно властным, нагло берёт взятки, фальсифицирует выборы, подавляет свободу слова, демократию, не способен организовать работу народного хозяйства и ведёт страну к новой катастрофе… Все на борьбу с режимом Путина!

Примерно так можно кратко пересказать исторический миф КПРФ. Но ни сам Зюганов, ни кто-либо другой из «фюреров»²⁶ КПРФ ничего подобного связно от начала РСДРП до нынешней КПРФ не говорил, поэтому мы лишены возможности процитировать партийную литературу. Однако именно такой исторический миф встаёт из разрозненных высказываний Зюганова и его выступлений в разного рода «ток-шоу». Содержательно иной концепции истории отечества и человечества литература КПРФ не представляет.

Буржуазные либералы строят свой не менее примитивный исторический миф по существу на тех же фактах, что и КПРФ, но оценивают их как заведомое зло, хотя временами добавляют в свой миф те факты, о которых умалчивает миф КПРФ, либо отказывают в достоверности фактам, на которых строится исторический миф КПРФ. Либеральный миф в адресации к общественности охватывает примерно ту же не полную сотню лет, что и миф КПРФ, хотя в версии «для просвещенных», а также для «жаждущих посвящения», он начинается где-то с конца XVIII века, когда масон Новиков, подаваемый в качестве просветителя и свободолюбца, пострадал во времена Екатерины II за «вольнодумство». Исторический миф либералов в хронологически сокращённой версии можно пересказать примерно так:

Юрист-недоучка Ленин, одержимый комплексами неполноценности и властолюбия, не найдя себе места в цивилизованной жизни, стал политическим экстремистом. Именно он и возглавляемые им большевики подорвали власть Временного правительства, лишив тем самым народ плодов победы февральской революции. Они захватили государственную власть и разогнали Учредительное собрание, и этим преступлением инициировали гражданскую войну и разруху хозяйства, в результате чего без пользы погибли или оказались в эмиграции лучшие представители народов страны. Так на их крови большевики во главе с Лениным утвердили свой режим. Потом на смену Ленину пришёл невежественный, тупой и маниакально подозрительный тиран Сталин. Он из маниакального властолюбия безжалостно растоптал нежные ростки внутрипартийной демократии, к которой стали склоняться наиболее умные, «обгазованные» и дальновидные вожди партии — Троцкий, Зиновьев, Бухарин. А ведь из внутрипартийной демократии, к обереганию которой призывал умница Троцкий²⁷, со временем могла бы вырасти и общенародная демократия, и «социализм с человеческим лицом». Потом Сталин организовал массовые репрессии, в которых снова погибли лучшие люди, и прежде всего — самые умные военачальники. Один умница Тухачевский чего стоил²⁸. Потом Сталин вступил в сговор с Гитлером, что привело ко второй мировой войне, оккупировал часть Польши и часть Румынии, оккупировал независимые демократические государства Прибалтики и, доверившись Гитлеру, едва не погубил страну в 1941 году. Войну выиграл народ вопреки Сталину. Потом тиран умер, началась оттепель, но Хрущёв, положивший ей начало и развенчавший Сталина, сам испугался свободы. В результате начался застой, на протяжении которого мучения людей творческих были невыносимы. А когда после ГБ-шника Андропова и старчески больного Черненко пришёл молодой и деятельный Горбачёв, партноменклатура организовала ГКЧП, который снова обрушил все надежды на светлое будущее. Но и после этого, партноменклатура не осталась в прошлом, а вкралась в ряды идеалистов-демократов и постепенно оттеснила от их власти в новой России. Сложился бюрократический режим. А при Путине она почувствовала себя безраздельно властной, нагло берёт взятки, фальсифицирует выборы, подавляет свободу слова, демократию, бизнесменов (печальная судьба Ходорковского²⁹), и ведёт страну к новой катастрофе… Все на борьбу с режимом Путина!

Фактологически это в общем-то тот же исторический миф, что и миф КПРФ. И оба мифа исторически неадекватны³⁰.

Понятно, что объединиться на основе взаимно исключающих нравственно обусловленных оценок одних и тех же событий общей всем истории страны, из которой каждая сторона исключает какие-то факты и возводит в ранг фактов те или иные вымыслы в своих версиях исторического мифа, — невозможно.

Тем не менее на форуме “Ежедневного журнала”, где, большей частью выступают люди либерально-интернацистских убеждений, в ходе обсуждения приведённых выше статей М.Делягина и А.Макаркина 22.08.2006 г. А.Зелиниченко высказал мнение, которое, если принять его к руководству, позволяет выбраться из политического «сортира» и идеалистам-либералам, и идеалистам — членам КПРФ, а также и сочувствующим каждой из сторон. Мы приводим мнение А.Зелиниченко с соблюдением авторского форматирования текста, опустив однако интернетовские «смайлики»:

«Автор совершенно прав, когда говорит, что РЕАЛЬНЫЕ демократы (кого бы ни обозначать этим словом — хоть Чубайса, хоть Каспарова) не могут слиться в единый электоральный союз с РЕАЛЬНЫМИ коммунистами (Зюгановым). Прав и в том, что такой союз не только невозможен психологически, но и бессмысленен политически — ведёт не к объединению, а к потере электората. Все это так

Не прав автор в другом: союз демократов, о котором он пишет, ещё более бессмысленен. Но не в этом главная ошибка статьи. То, что союз РЕАЛЬНЫХ коммунистов и РЕАЛЬНЫХ антикоммунистов невозможен, не означает, что невозможен союз ИДЕЙ — идеи коммунизма и идеи антикоммунизма. В обеих этих идеях много общего. Более того: главное в них общее. И коммунисты, и антикоммунисты стремятся к идеальному устройству общества, обществу счастья (или менее поэтически — обществу всеобщего благополучия). И те, и другие — идеалисты как в «плохом» (“бесплодные мечтатели”), так и в «хорошем» (“бескорыстные подвижники”) смысле слова. Антикоммунистами становились не столько те, кто разочаровался в идее, сколько те, кто разочаровался в практике коммунизма. Грубо говоря, коммунизм и антикоммунизм — две стороны одной медали: нашего неуёмного стремления к Обществу Счастья (Раю на Земле). И поэтому в объединении антикоммунистов (“демократов”) с коммунистами нет ничего невозможного. Но, конечно, такое объединение не может быть механическим слиянием двух групп лидеров и двух электоральных групп. От такого слияния толка не будет. А будет оно только после того, как коммунисты сумеют откреститься (почти в буквальном смысле) от преступлений коммунизма. Впрочем, и “демократы” за последние 15 лет накопили то, от чего им нужно открещиваться. Только очистившись от всей той накипи, которая пристала при попытках практической реализации и к идее коммунизма (общества счастья по Марксу), и к идее анти-коммунизма (обществу счастья по американскому рецепту), возможно то объединение, которое сможет опрокинуть действующий режим и повести Россию по новой дороге.

Безусловно, такое покаяние и последующее объединение не может произойти в течение одного-двух месяцев. Поэтому вряд ли жизнеспособный союз “красных” и “белых” созреет до следующих выборов. Но ни в 2007, ни в 2008 году жизнь не кончается» (приводится по публикации: http://forum.ej.ru/index.php?a=showthread&threadID=246733&page=2).

Хотя мы выразили бы ту же мысль иными словами, но суть приведенного мнения понятна:

Идея построения совершенного человеческого общества в масштабах глобальной цивилизации — Царствия Божиего на Земле — мощная объединительная идея. Раскол на либералов и коммунистов, правых и левых, и т.п. в России и во всех странах обусловлен не этой идей, а ошибками и преступлениями каждой из раскольничающих вокруг этого идеала сторон, которые были совершены всеми ими в процессе попыток построить совершенное общество. Кроме того есть противники и злоумышленные извратители этой идеи, которые тоже не сидели, сложа руки. Поэтому надо целенаправленно работать над своими и чужими ошибками и стараться не совершать впредь новых ошибок. На этом можно объединиться, преодолев все прошлые разногласия, если делать это искренне без предубеждений о своей исключительной правоте и исключительной преступности и ошибочности действий оппонентов.

Идеалисты — те, кого действительно интересует обретение Правды-Истины и жизнь по совести, — предложенным путём пройдут. Но в результате у них получится своя редакция (версия) содержательно одной и той же — общей для всех них — концепции организации жизни общества, в которой выражается Божий Промысел — становление Царствия Божиего на Земле. Такого рода концепцию организации жизни общества мы называем Концепцией общественной безопасности, и содержательно она сильно отличается и от лжесоциализма марксистско-интернацистского и гитлеровско-нацистского толка, и от интернацизма западного либерально-корпоративного индивидуализма, и от тираний иного идеологического оформления.

А вот циники, заинтересованные только в своей победе на очередных или каких-то последующих выборах или в очередной революции, ГКЧП и т.п., а также и фанатично упёртые «идейные», не желающие переосмыслить общее прошлое человечества и свои намерения на будущее, обречены изойти «на нет» в политическом «сортире» вне зависимости от своих убеждений: либеральных, анархистских, монархистских, марксистских, интернацистских, нацистских и т.п.

К произведению · Каталог