«Русский мир»: что стоит за этим словами в настоящем и в будущем (ч.2) / 9.4. Право собственности, научно-технический прогресс и этика[^101]

9.4. Право собственности, научно-технический прогресс и этика[^101]

«Русский мир»: что стоит за этим словами в настоящем и в будущем (ч.2) · раздел 10 из 10 · источник: автоматическая транскрипция.

Содержит авторские утверждения; их фактическая достоверность оценивается отдельно. Текст — автоматическая транскрипция источника.

Первичный текст. «Русский мир»: что стоит за этим словами в настоящем и в будущем (ч.2). Источник: dotu.ru:38fc5b277207a23c.doc sha256 dccd0a86e5d95311…; страница на dotu.ru. Автоматическая транскрипция DOC→Markdown; смысл и формулировки не правились. Контрольные суммы и статус проверки — в NOTICE.md. Содержание передаёт позицию авторов; утверждения не верифицированы библиотекой.

9.4. Право собственности, научно-технический прогресс и этика¹

Право — это открытая возможность делать что-либо, будучи гарантированным от наносящего ущерб воздаяния за содеянное (т.е. если кто-либо прав, то по обратным связям не притекают процессы, сдерживающие его деятельность, отвлекающие его внимание и ресурсы на преодоление воздействия этих процессов или убивающие его).

Вследствие этого истинное право носит объективный характер, обусловлено объективными закономерностями, о которых речь шла в разделе 9.1, и выражает праведность как свойство людей вести свою жизнь в согласии с этими объективными закономерностями, опираясь на них. Как следствие истинное право — выше учреждаемого обществом закона, который может выражать в жизни общества и неправедность*.* Об этом поговорка «Богу не грешен — царю не виновен», в умолчаниях которой осталось: если царь думает, что праведник виновен, то это —проблемы царя, а не праведника.

В Русском миропонимании понятия «право» и «праведность» взаимосвязанные, а соответствующие слова — однокоренные. Утверждение о том, что «Право» и «Закон» — синонимы, проистекает из злонравия и представляет собой навязывание обществу смешения понятий с целью возведения <u>неправедного закона</u> в ранг истинного права: это одна из компонент либерализма, выражающаяся в его законотворчестве и правоприменительной практике.

Соответственно, если вести освещение вопросов в системе мышления, в которой «Право» и «Закон» — синонимы, то в жизни общества необходимо разделять две категории прав:

• права объективные, истинные, дарованные Свыше человеку и человечеству, и первое из них, объемлющее все прочие, — право стать наместником Божьим на Земле по совести, о чём так или иначе говорят все Откровения Свыше, и которое проецируется в общество как первейшее из прав — право на полноценное личностное развитие всех и каждого в том смысле, как это определено в столбце 3 таблицы, приведённой в разделе 5, поскольку без этого миссия наместничества Божьего не реализуема.

• «права» субъективные, учреждаемые в общественной жизни самими её участниками по их нравственно обусловленному произволу, который может выражать как праведность, так и несправедливость, т.е. антиправедность, а равно — фашизм или предпосылки к его возникновению.

Вследствие этого в обществе возможны и реально имеют место конфликты между правами объективными, истинными, в следовании людей которым находит своё выражение Божий Промысел, — с одной стороны, и с другой стороны — «правами» субъективно заданными в случаях, когда творцы законов пытаются своею отсебятиной воспрепятствовать осуществлению Промысла.

Люди могут признавать друг за другом «право» на какое угодно миропонимание, но Бог, как сообщают Откровения, не признаёт за человеком права быть атеистом, т.е. отрицать Его бытие или обожествлять что-либо или кого-либо из сотворённого Им, а также не признаёт права впадать в сатанизм.

Атеисты — те, кто невнимателен или рассудочно отрицает тот реальный факт, что Бог даёт доказательства Своего бытия персонально каждому тем, что отвечает в соответствии со смыслом их молитв изменением жизненных обстоятельств тем более выразительно, чем отзывчивее сам человек к обращениям Бога к нему через совесть, через его внутренний мир, через других людей, через произведения искусств и через памятники культуры, через знамения жизненными обстоятельствами.

Но и атеисты должны признать: то, что здесь названо «объективными правами», реально существует вне зависимости от того, что они не признают Источник их происхождения, поскольку за нарушением людьми и человечеством объективных, истинных прав следует воздаяние, несущее ущерб: болезни, травмы, социальные бедствия, и глобальный биосферно-экологический кризис как наиболее мощное из всех воздаяний, которые люди смогли обрушить на свою голову. И это обусловлено объективными закономерностями, о которых речь шла в разделе 9.1, и отрицать действие которых или настаивать на их непознаваемости — либо полная интеллектуальная несостоятельность (в философии именуемая словом «агностицизм»), либо мошенничество.

Смысл объективных прав человека неоднократно излагался в Откровениях, но беда в том, что при фиксации Откровений в писания, названные «священными», и канонизации их текстов, смысл Откровений утаивался, подменялся отсебятиной, извращался, заменялся на противоположный. Но писания никогда не должны были быть основой религии — сокровенной осмысленной связи души человека и Бога, — а только напоминанием о необходимости таковой связи для нормальной праведной жизни людей на земле. Основа религиозного миропонимания — совесть.

Вследствие этого конфликт между нормами ВСЯКОГО писания², его каноническими толкованиями и реальной жизнью — разрешается верующим непосредственно Богу человеком сообразно совести на основе восприятия конкретных жизненны обстоятельств в доступной чувствам их полноте и детальности и памяти.

Это — мировоззренческая основа для рассмотрения писаных и неписаных законов и отнесения каждого из них к одной из двух категорий:

• нормальной алгоритмике самоуправления общества в соответствии с Промыслом в конкретных жизненных обстоятельствах на основе объективных — истинных прав;

• субъективных антиправедных «прав», учреждаемых людьми, исходя из деградационно-паразитической нравственности, препятствующей необратимому становлению на Земле Царствия Божиего в полном соответствии со словами Христа в молитве «Отче наш»: «Да придет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе».

Одно из многих прав — право собственности. Оно реализуется субъектами-собственниками в отношении объектов собственности. Реализуется оно как по оглашению, так и без каких-либо деклараций — по умолчанию. При этом оглашения могут в жизненной практике подавляться действием умолчаний, сопутствующих оглашению. Пример чему нарушение библейской заповеди «не укради» библейским же предписанием иудеям международного ростовщичества на расовой корпоративной основе («Второзаконие», 23:19, 20; 28:12), что является одним из факторов фашизации глобальной цивилизации, который дополняется утверждениями представителей раввината о том, что совесть не существует (см. сноску 73 в разделе 5).

Тем не менее, если субъективно учреждённые «права» посягают на нарушение объективно дарованных Свыше прав, то в итоге будут осуществлены объективные права, хотя может возникнуть иллюзия осуществления субъективно учреждённых «прав». Примером тому, вознесение Христа, упредившее посягательство на его распятие, о чём сообщает кораническое Откровение (4:156), поясняя смысл пророчества Соломона («Премудрость Соломона», гл. 2), но что христиане, порабощённые догмами своего вероучения, не желают воспринять в качестве благой вести. Тем не менее «очевидцы», искренне веруя в писание, но не веруя Богу, засвидетельствовали о распятии праведника, после чего почти две тысячи лет поддерживают культ казни праведников в бессмысленной надежде обрести на этой вере светлое будущее вопреки прямо сказанному: По вере вашей да будет вам.³

В концепциях общественного устройства, исходящих из благонравия и выражающих праведность, объектами собственности не могут быть люди — ни гласно (рабовладение, феодализм, крепостное право), ни по умолчанию (либерально-буржуазная культура, в которой все влачат существование в ростовщической удавке⁴ и в удавке персональных «авторских» прав на объекты «интеллектуальной» собственности⁵).

Из всех прав собственности особое место занимает понятие права собственности на средства производства, поскольку из него прямо или косвенно проистекает многое в законодательном регулировании экономической жизни общества.

Понятие «право собственности на средства производства» содержательно раскрывается единственно как право управления производством и распределением продукции либо непосредственно, либо через доверенных лиц.

Понятие права собственности на такие объекты, как земля, её недра, воды и другие природные ресурсы содержательно раскрывается только, как право организовать труд людей с использованием этих природных ресурсов; а также как право ограничить доступ к непроизводственному их использованию (для отдыха, восстановления и развития биоценозов, т.п.).

• Право (в смысле субъективное право, учреждённое обществом) и стоимость — категории, присущие культуре общества и его социальной организации, а не природе. При покупке такого рода прав оплачивается всегда результат трудовой деятельности человека: имевшей место в прошлом, протекающей в настоящем или возможной в будущем.

• Либо оплата стоимости природных ресурсов и благ, которые объективно стоимостью не обладают, представляет собой ограничение номинальной платёжеспособностью пользования ими, а также создание источников оплаты работ, способствующих их воспроизводству силами самой природы.

Понятия частной и общественной собственности связаны с общественным разделением профессионализма и его воспроизводством при смене поколений в общественном объединении труда. Они содержательно раскрываются через то, как формируется круг управленцев.

Собственность частная, если персонал, занятый обслуживанием средств производства в их совокупности, не имеет осуществимой возможности немедленно отстранить от управления лиц, не оправдавших их доверия, и нанять или выдвинуть из своей среды новых управленцев.

Собственность общественная, если управленцы, утратившие доверие, не справившиеся с обязанностями по повышению качества управления, немедленно могут быть устранены из сферы управления по инициативе персонала, занятого обслуживанием данной совокупности средств производства, основой чего является условие, что социальной базой управленческого корпуса не является замкнутая социальная группа, вход в которую закрыт для представителей и выходцев из иных социальных групп.

Общественную собственность на что-либо в её управленческом существе невозможно ввести законом, поскольку, если господствует взгляд, что общественное де-юре — это <u>бесхозное де-факто</u>, то бесхозное де-факто станет чьим-то частно-собственным персональным или корпоративным. Кроме того, право отстранить управленца от должности может быть полезным только, если персонал отдаёт себе отчёт в том, что единственной причиной для отстранения является неспособность управлять с необходимым уровнем качества по поддерживаемой обществом концепции общественной жизни. В частности, причиной для немедленного отстранения может быть использование управленческой должности кем-либо для личного и семейно-кланового обогащения.

Но то же самое право в руках бездумной толпы и паразитирующего люмпена вытеснит из сферы управления наиболее квалифицированных и заботливых управленцев, заменит их говорунами и вредителями, которые собственное должностное несоответствие будут называть саботажем подчинённых и наломают немало дров, прежде чем их прогонят; общественное же достояние будет разворовано люмпенизированной толпой. Это произошло в 1917 г. и вызвало разруху; это же происходило в общегосударственных масштабах и в перестройку, и «демократизацию» 1990‑х.

Частная собственность на средства производства может быть как личной, клановой, так и «элитарно»-корпоративной. В последнем случае она по форме может выглядеть как общественная. В СССР «общенародная» государственная и кооперативно-колхозная собственность формально выступали как общественная, но по причине «элитарной» замкнутости и неподконтрольности обществу «номенклатуры» бюрократии, в послесталинские времена начавшей из поколения в поколение воспроизводить саму себя в династиях, вся «общественная» собственность реально стала частной «элитарно»-корпоративной при попустительстве остального населения СССР. В этом выразилась реальная нравственность, господствовавшая в беспартийной части общества и в КПСС. В перестройку и «демократизацию» под этот реальный жизненный факт просто стали подводить юридическое обоснование.

Право общественной собственности проистекает из миропонимания людей, а не из юридических деклараций. Сначала должен возникнуть нравственно-мировоззренческий базис, обращающий собственность на средства производства коллективного пользования в общественную вне зависимости от её юридического оформления, а только после этого господство общественной собственности де-факто выразит себя юридически. Если есть только юридические формы, но нравственно-мировоззренческий базис отсутствует, то «общественная» собственность обречена быть частной собственностью корпорации негодяев-управленцев.

• Так Генри Форд I, будучи создателем и почти единоличным собственником «Форд мотор компани», рассматривал все предприятия в составе этого юридического лица как собственность народа Соединённых Штатов, а своё руководство им — как служение обществу.

• Но многие директора предприятий в СССР относились к вверенным им предприятиям, как к своей частной собственности, и некоторые стали даже их единоличными собственниками или ведущими акционерами в ходе приватизации 1990‑х гг.

Общественная собственность, если соотноситься с миссией наместничества Божиего на Земле, предопределённой для человека, — это та доля собственности индивида, которую он выделил в некоторое коллективное общее или всеобщее пользование.

Если людей, именно так понимающих право общественной собственности, достаточно много, то общественная собственность перестаёт быть бесхозной, а посягательства на её присвоение и оформление в виде частной собственности — пресекаются⁶.

С принципом частной собственности на средства производства, с его господством в обществе, марксизм связывает эксплуатацию человека человеком и учит тому, что только с ликвидацией частной собственности на средства производства и переходом к общественной собственности на средства производства эксплуатация человека человеком может быть искоренена.

Как можно понять на основе изложенного выше разделе 9.4, принцип частной собственности, её господство в обществе действительно позволяет осуществлять эксплуатацию человека человеком, но не путём «присвоения прибавочной стоимости» капиталистами — частными собственниками средств производства, а путём взимания монопольно высокой цены на продукт управленческого труда, поскольку ценообразование на рынке труда, фактическими участниками которого являются и капиталисты-собственники⁷, подчинено той же закономерности, представленной на рисунке в разделе 8, «Объём предложения некоего природного или производимого блага — цена, обеспечивающая полный сбыт этого блага на рынке», что и всякое иное ценообразование. В качестве блага, продаваемого на рынке труда, выступает профессионализм и моральная готовность его реализовать в трудовой деятельности, а не товар «рабочая сила», что утверждает «мраксизм». И соответственно:

• если носителей массовых профессий много и нет никаких законодательных установлений на минимум оплаты труда и максимум рабочего времени, позволяющих человеку жить и строить семью, то они обречены влачить существование в беспросветной нищете в преемственности поколений, работая при этом на износ от зари до зари, потому, что есть безработица и любого из них в общем-то беспроблемно можно выкинуть с работы и заменить;

• если носителей управленческого профессионализма и знаний техники, технологий и организации производства мало, и есть узаконенное право частной собственности на средства производства и право наследования права собственности на средства производства, то собственники предприятий — носители управленческого профессионализма и соответствующих технико-технологических и организационных знаний — имеют возможность заявлять монопольно высокие цены на свои услуги (потом к собственникам в этом деле присоединяются топ-менеджеры, от которых собственники зависят по тем же причинам: те превосходят большинство собственников в знаниях и навыках), а остальное общество не имеет возможности отвергнуть эти притязания и вынуждено жить под их властью и властью спонсируемого ими либерально-буржуазного государства⁸.

——————————

Средства искоренения эксплуатации человека человеком

Соответственно изложенному выше в разделе 9.4, реальное искоренение эксплуатации человека человеком во всех её разновидностях, что является неискоренимым идеалом многонационального Русского мира, требует:

• всеобщей (или близкой к всеобщей) управленческой грамотности,

• культурной состоятельности основной статистической массы населения в иных аспектах (помимо управленческой грамотности),

• господства в обществе человеческой этики, искореняющей (а не подавляющей) принцип «я — начальник, ты — дурак и холоп; ты — начальник, я — дурак и холоп».

——————————

Только таким путём возможен переход к социализму и коммунизму — общинности в масштабах культурно своеобразного общества (если пользоваться русскоязычной терминологией) — как к экономическому укладу на основе общественной собственности на средства производства. На это государственность СССР перестала работать в послесталинские времена, но на основе «мраксизма» этого злокачественного перерождения государственной власти не увидеть и не понять вследствие того, что теории управления в «мраксизме» нет, а понятие собственности на средства производства как организуемого теми или иными людьми процесса управления объектом собственности и трудовой деятельности на нём в «мраксизме» отсутствует.

Но кроме того, В.И. Ленин⁹ писал:

«Производительность труда, это, в последнем счете, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя. Капитализм создал производительность труда, невиданную при крепостничестве. Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда. Это — дело очень трудное и очень долгое, но оно начато, вот в чем самое главное»¹⁰.

И история СССР показывает, что она делится на два периода:

• большевистский (от завершения гражданской войны в 1922 г. до начала антикоммунистического госпереворота в 1953 г., начатого убийством И.В. Сталина и Л.П. Берии и завершившегося расчленением СССР и принятием конституции РФ 1993 г.), когда страна интенсивно развивалась, и производительность труда действительно росла, а в ряде случаев задавала и мировой уровень, в основе чего лежали:

<!-- -->

• культурная политика Советской власти

• и распространение в обществе товарищеской этики, вытеснявшей толпо-«элитарную»;

<!-- -->

• антикоммунистический (с 1953 г. до ликвидации СССР в 1991 г.), когда государственная власть, утратив чувственно-интеллектуальный суверенитет, проводила реформы, тормозившие и извращавшие научно-технический прогресс, тормозившие рост производительности труда и даже снижавшие производительность и качество выпускаемой продукции, что стало экономической предпосылкой к организации предателями краха и ликвидации СССР во исполнение Директивы Совета национальной безопасности США 20/1 от 18.08.1948 «Цели США в отношении России»¹¹ (пресловутый «план Даллеса»).¹²

В годы перестройки внутренняя мафия в руководстве КПСС и в органах государственной власти (включая КГБ и прочие спецслужбы), курируемая из-за рубежа, олицетворяемая М.С. Горбачёвым и А.Н. Яковлевым, и их приспешниками (экономист академик А.Г. Аганбегян — один из них), стала выдавать научно-техническое и общеэкономическое отставание СССР от передовых стран «коллективного Запада» за системное, и соответственно — неустранимое в принципе — свойство социализма, одновременно препятствуя: 1) публикации возражений, 2) адекватному изучению большевистского и послесталинского периодов истории СССР и реальных проблем СССР и 3) возможностей разрешения проблем на социалистическом пути развития.

Пропаганда этой идеи, распространяясь в обществе, привела к возбуждению массовки идиотов, радостно поддержавших и расчленение СССР, и экономические реформы начала 1990‑х годов, проведённые внутренней мафией в СССР в интересах «коллективного Бендера» — как внутреннего, так и зарубежного.

Эта идея о превосходстве либерально-рыночной экономики капитализма над плановой экономикой социализма СССР — скелетная основа всей либерально-буржуазной пропаганды (одного из потоков действий в гибридной войне), предназначенной как для внутреннего употребления в либерально-буржуазных странах, так и для оболванивания населения других стран.

В наиболее ярком виде, легко доступном для приобщения к ней бездумных, эта идея выражена в произведениях Алисы Зиновьевны Розенбаум (1905–1982), более известной под псевдонимом Айн Рэнд. Её произведения в США на протяжении нескольких десятилетий уступают по тиражам только Библии.

Наиболее широко известное её произведение, рекламируемое и в России, — роман «Атлант расправил плечи». Он принадлежит к жанру «фэнтази», поскольку сюжет разворачивается в выдуманном Алисой мире, в котором не действуют объективные закономерности (см. раздел 9.1), реально действующие в нашем мире.

Однако читатели «Атланта» (те, кто не вникает в причинно-следственные связи, действующие в реальной жизни обществ) переносят закономерности созданного ею «мира фэнтази» в наш реальный мир, и потому Алиса для них — пророк на тему «как должна быть правильно организована жизнь общества».¹³ Это выражение бесчувственности и интеллектуальной несостоятельности¹⁴, и таких индивидов в мире много. По этим причинам роман «Атлант расправил плечи» популярен в среде либерально недомыслящих интеллигентов-предпринимателей и оторвавшихся от жизни либералов — книгочеев и говорунов. Для многих из них «Атлант» и другая писанина Алисы является руководством к построению их собственной жизни и поучению других: «Труды всех нобелевских лауреатов по экономике по своему значению для Западной цивилизации меркнут по сравнению с “Атлантом”»¹⁵.

* * *

Суть этого «откровения о жизни» необходимо пояснить. Оно проистекает из воззрений современного нам либерализма на человека:

• все люди рождаются разными, принадлежат только себе и ничем не обязаны ни другим людям, ни своему обществу, ни человечеству в целом, и ничего им не должны, и потому каждый должен жить в своё удовольствие так, как хочет и может;

• норма жизни общества — беспредельное разнообразие людей, ничем не ограниченное, разве что законодательством и правоприменительной практикой, защищающими это беспредельное разнообразие от каких-либо незаконных посягательств на ограничение индивида в проявлениях им его эгоизма¹⁶.

Т.е. диктатура Закона, происхождение которого и целесообразность его и правоприменительной практики вне публичного обсуждения, должна уничтожить в людях совесть и не допустить её диктатуры.

Поскольку реальное личностное развитие немногих людей тонет в этом массовом беспредельном разнообразии, в статистике которого деградационные процессы, если и не доминируют, то достаточно весомы, то личностное развитие — всего лишь одна из разновидностей этого беспредельного разнообразия. И соответственно при отсутствии определённости в ответе на вопрос: в чём суть личностного развития как основы и двигателя общественного развития? — в либеральном миропонимании цивилизационное развитие, суть которого — развитие людей, подменяется научно-техническим прогрессом цивилизации, который за собой влечёт потребительский прогресс, не желающий знать никаких ограничений, поскольку в потреблении и демонстрации «статусных» продуктов и вещей выражается алгоритмика инстинктов стадно-стайного поведения, под властью которых воспроизводится иерархия особей в стае¹⁷.

И потребительский прогресс либерализм возводит в ранг единственно истинного смысла жизни при всех масштабах рассмотрения от личностного до человечества в целом, и этому «смыслу жизни» должна быть подчинена организация глобальной цивилизации и каждого культурно своеобразного общества¹⁸.

В концепции Алисы Розенбаум, двигателями научно-технического прогресса, а равно «локомотивами» цивилизационного развития в указанном смысле, которые на протяжении всей истории тянут на себе всё человечество во всё более «прогрессивное» будущее, являются предприниматели.

Все прочие своим благополучием обязаны предпринимателям и деньгам, поэтому сообщество предпринимателей — это особые люди, не только превосходящие других, но и самые ценные в обществе. Поскольку весь прогресс создан ими, то они имеют первоочередное право на доступ к потреблению создаваемых ими благ, на качественно и количественно более высокий потребительский статус, чем все прочие. Деньги, личное богатство, — это мерило значимости индивида в обществе, и общество обязано признать это¹⁹. А все прочие должны довольствоваться тем, что им достанется по остаточному принципу после того, как предприниматели удовлетворят свои потребности в виллах, в роскошных яхтах и т.п. Если прочие этим недовольны и истребят предпринимателей, то вместе с предпринимателями исчезнет и цивилизация, а жизнь оставшихся борцов за «справедливость» в смысле «отнять и поделить» превратится в кошмар войны всех против всех за своё индивидуальное выживание.

Соответственно, эксплуатация предпринимателями, составляющими меньшинство общества, не-предпринимателей, составляющих большинство общества, — реально не существует, а является пропагандистской выдумкой социалистов-утопистов и политических авантюристов. Если кто-то хочет жить лучше, чем живёт, то он должен работать больше, повышать свою квалификацию, стать предпринимателем, а не завидовать более успешным людям, не озлобляться против них, не выдвигать паразитических требований, чтобы они отдали им долю из своих доходов потому, что им хочется тратить больше, чем они зарабатывают. Это касается и бедных людей, и бедных государств.

Предприниматели создают научно-технический прогресс, благодаря которому все начинают потреблять больше и лучше, если не год от года, то от десятилетия к десятилетию. Сопоставьте роскошные автомобили 1930‑х гг. с массовыми автомобилями наших дней — современные машины их превосходят и доступны многократно более широкому кругу потребителей, в то время как роскошные автомобили 1930‑х были штучным товаром, доступным только самым богатым. Но без тех штучных роскошных машин прошлого, на которых отрабатывались технические решения, были бы невозможны превосходящие их массово выпускаемые машины наших дней. То же и с самолётами, с телефонами и прочей бытовой и инфраструктурной техникой и средой, которая создаёт качество жизни цивилизованных обществ, которым пользуются так или иначе все соответственно уровню и покупательной способности своих доходов и накоплений. И потому лидером цивилизационного развития человечества являются те страны, в которых созданы (сложились) лучшие условия для творчества предпринимателей, которые вы называете «коллективным Западом».

Поэтому если вы хотите уничтожить так называемую «эксплуатацию человека человеком», то вместе с нею вы уничтожите предпринимательский интерес, научно-технический прогресс и обрушите цивилизацию в каменный век, в котором будете тупо выживать в борьбе друг с другом за пищу и в борьбе со стихийными силами природы (включая болезни), от которых вас защитил научно-технический прогресс, созданный предпринимателями вместе с привидевшейся вам «эксплуатацией человека человеком».²⁰

* *\

*

Примерно так выразила идеи буржуазного либерализма наших дней Алиса Розенбаум. И казалось бы её правоту подтверждает весь исторический опыт успешных США и других стран либерально-рыночноё экономикой — с одной стороны, а с другой стороны — отставание и крах социалистической экономики СССР, а ранее в истории СССР голодомор на Украине и в Казахстане, организованный большевиками (в прозападной либерально-буржуазной версии истории России — СССР); трагедия Камбоджи, которая под властью «красных кхмеров» потеряла от четверти до трети (по разным оценкам — от 1,7 млн. до 3 млн. человек) своего населения и т.п.

Но о «великой депрессии», начавшейся в 1929 г. в США и обретшей глобальный масштаб, которая была порождена заправилами финансовой системы США, действующей на принципах либерализма, — в либеральной пропаганде ни слова, хотя в результате неё население США сократилось примерно на 10 миллионов человек, большая часть из которых не покинула страну, а погибла в результате экономического геноцида: так «сильные мира сего» перераспределяли права частной собственности в глобальных масштабах.

Но даже в мире буржуазного либерализма знающие реальность жизни люди оценивают воззрения Алисы как бредни²¹.

Основой для оценок как бредней социально-экономических воззрений Алисы являются три провальных момента в сюжете «Атланта», на жизненную несостоятельность которых не обращают внимания бездумные почитатели её писанины:

• В сюжете «Атланта» среди основных персонажей нет детей и нет школы — вообще нет, и соответственно — у выдуманного ею общества нет перспектив, определяемых тем, как зачинаются, воспитываются и получают образование дети, которым предстоит стать взрослыми, в том числе и предпринимателями²².

• Нет в сюжете и фундаментальной науки как сферы коллективной общественной деятельности, которая поглощает всё больше ресурсов по мере своего развития, но которая в принципе не способна к самоокупаемости в условиях либерально-рыночной экономики²³. Однако достижения науки в общем-то бесплатно (если не считать плату за обучение) осваивает некоторая часть предпринимателей и выражает их в научно-техническом прогрессе во всех отраслях экономики и во всех сферах жизни общества. В результате те предприниматели, которые не смогли оценить и освоить достижения фундаментальной науки, проигрывают в конкурентной борьбе более знающим и умелым.

• Предприниматели бросают свои предприятия на фоне «социалистических» преобразований, проводимых в стиле «отнять и поделить» правительством США выдуманного Алисой мира, и скрываются в изолированной непроходимыми горами от остального общества пустынной местности, куда «только самолётом можно долететь»²⁴. Кроме того, Джон Галт (организатор «Атлантиды» и кампании по бегству в неё наиболее успешных предпринимателей) закрыл её от посторонних взоров физическими полями, не известными науки нашего мира. Эта местность названа «Атлантидой». Там предприниматели строят свой мир (дома, шоссе, улицы, железные дороги²⁵, электростанции, рудники, промышленные предприятия и т.п.). И как можно понять из романа, строят они всё это сами, т.е. — без наёмного персонала, поскольку о наёмном персонале и его жизни в «Атлантиде» в романе нет ни слова. И нет ни одного персонажа из числа рабочих или фермеров. Но нет в «Атлантиде» и заменившей людей робототехники.

—————————

Соответственно, если в США тиражи произведений Алисы — вторые после Библии, и на её обильной писанине с середины ХХ века выросли и верят в её жизненную состоятельность многие поколения предпринимателей, топ-менеджеров, политиков и журналистов, — то в перспективе США не ждёт ничего хорошего даже при том, что массовость предпринимательской инициативы в них повышает адаптационный потенциал социально-экономической системы в сопоставлении с обществами, в которых преобладает безынициативность (как одно из выражений культурной несостоятельности населения) или в которых инициативность пресекается и подавляется тиранией или бюрократическим способом правления.

—————————

При этом социализм Алиса, вопреки реальной истории СССР, понимает на уровне Шарикова, ставшего именем нарицательным для обозначения индивидов-примитивов: «Взять всё, да и поделить…» (М.А. Булгаков, «Собачье сердце»). Что-либо созидать — не входит в её понимание социализма.

*[В оригинальном издании здесь расположен рисунок/схема. Иллюстрация не включена в данный выпуск: ожидает визуальной и правовой проверки. Файл источника: image40.jpeg]*Т.е. это ещё одно подтверждение тому, что она как выразительница либерально-буржуазного экстремизма (в том смысле как термин «экстремизм» определён в разделе 6.2) — дура²⁶ редкостная, сексуально озабоченная наркоманка-шизофреничка (см. подробности её биографии), а её почитатели — стадо бесчувственных и невнимательных к жизни недоумков, даже если кто-то из них смог состояться как успешный предприниматель. Прижизненная и, тем более, посмертная слава Айн Рэнд — результат целенаправленно организованного в глобальных масштабах нарушения принципа: «Перестаньте делать дурных людей «лидерами» и образцами для подражания», — не очень точно выраженного лозунгом, известным по протестным субкультурам США (на фотографии слева).

• Тем не менее, при всех глупостях, нашедших выражение в писанине Алисы, она права в одном: творческий потенциал людей — действительно самое значимое богатство любого общества.

И именно на эту идею откликаются люди, кто убеждён, что исторически сложившаяся социальная организация — помеха в реализации ими своего творческого потенциала, но чья картина мира за пределами сферы их профессионализма примитивная или извращённая. Поэтому в графоманстве Алисы эта идея — становится приманкой, посредством которой людей вовлекают в ловушку иллюзии капитализма на идейной основе буржуазного либерализма как безальтернативно наилучшего образа жизни цивилизации.

Однако указание на значимость творчества в жизни общества не было открытием Алисы в области социологии, поскольку об этом задолго до написания ею «Атланта» сказал не один человек.

• В частности, В.И. Ленин, в отличие от оторвавшейся от жизни Алисы, был реалистом-прагматиком, и потому вопрос о значимости творчества в жизни общества понимал гораздо лучше Алисы и прочих либерал-буржуинов:

«Живое творчество масс — вот основной фактор новой общественности… Социализм не создаётся по указам сверху. Ему чужд казённо-бюрократический автоматизм; социализм живой, творческий, есть создание самих народных масс»²⁷.

Разница в их взглядах в том, что:

• по Алисе творчество — удел биологически наилучшего меньшинства людей, порождающего предпринимательское сообщество, которому должно служить всё остальное общество;

• а по В.И. Ленину творчество — норма жизни всех и каждого в праведном обществе и к этой норме необходимо стремиться и целенаправленно работать на её воплощение в жизнь.

Безусловно, что все люди разные, но за исключением относительно небольшого количества генетически дефективных и покалеченных, чьи чувства и интеллект не функциональны, большинство людей — не творчески бездарные от рождения, а те — чей творческий потенциал не был востребован или был подавлен в толпо-«элитарной» культуре: см. таблицу типологии культур в разделе 5. Доля же генетически дефективных и покалеченных должна сокращаться при праведном образе жизни родителей и самих людей в преемственности поколений. И соответственно:

Общество, в котором реализовано ленинское воззрение на социализм, обладая большей и разносторонней творческой мощью, будет жить реально лучше²⁸, чем общество, построенное на принципах буржуазного либерализма и иллюзий, навеваемых Алисой в зачатки <u>невостребованного по жизни интеллекта почитателей её писанины</u>.

И эти воззрения на социализм как на общество всеобщего творчества находило выражение в большевистской пропаганде вопреки бредням Алисы и антисоветчиков наших дней о социализме как о культуре прогрессирующей деградации вследствие приверженности принципу «отнять и поделить». См. ниже репродукции плакатов 1920‑х гг.

[В оригинальном издании здесь расположен рисунок/схема. Иллюстрация не включена в данный выпуск: ожидает визуальной и правовой проверки. Файл источника: image41.emf] [В оригинальном издании здесь расположен рисунок/схема. Иллюстрация не включена в данный выпуск: ожидает визуальной и правовой проверки. Файл источника: image42.emf]

Спустя 35 лет после того, как В.И. Ленин высказал своё мнение о социализме как о продукте творчества масс, о той же значимости освоения и реализации в жизни всеми членами общества познавательно-творческого потенциала в своём политическом завещании и напутствии потомкам в 1952 г. писал И.В. Сталин:

«Необходимо, в-третьих, добиться такого культурного роста общества, который бы обеспечил всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей, чтобы члены общества имели возможность получить образование, достаточное для того, чтобы стать активными деятелями общественного развития...»²⁹ (текст выделен курсивом нами при цитировании: — ВП СССР).

Выделенное курсивом — это о созидательной, а не о разрушительной реализации творческого потенциала, что предполагает выявление и распознавание процессов деградации и развития в жизни общества, распознавания Добра и Зла в конкретике их проявлений в темпе, упреждающем течение событий. А это требует реального, а не фиктивного личностного развития людей — всех без исключения — и освоения ими соответствующих знаний и навыков, о чём И.В. Сталин писал прямо, продолжая приведённый выше текст:

«Что требуется для этого?

Было бы неправильно думать, что можно добиться такого серьёзного культурного роста членов общества без серьёзных изменений в нынешнем положении труда.

Для этого нужно, прежде всего, сократить рабочий день по крайней мере до 6, а потом и до 5 часов. Это необходимо для того, чтобы члены общества получили достаточно свободного времени, необходимого для получения всестороннего образования.

Для этого нужно, далее, ввести общеобязательное политехническое обучение, необходимое для того, чтобы члены общества имели возможность свободно выбирать профессию и не быть прикованными на всю жизнь к одной какой-либо профессии.

Для этого нужно, дальше, коренным образом улучшить жилищные условия и поднять реальную зарплату рабочих и служащих минимум вдвое, если не больше, как путём прямого повышения денежной зарплаты, так и, особенно, путём дальнейшего систематического снижения цен на предметы массового потребления. Таковы основные условия подготовки перехода к коммунизму».³⁰

——————————

Это что:

• Типично тиранический человеконенавистнический маниакально властолюбивый подход к организации жизни общества под властью тирании, которая должна устойчиво воспроизводиться в преемственности поколений?

• Либо И.В. Сталин и деятельность большевиков под его руководством нагло оболганы после 1953 г. — сначала троцкистами-хрущёвцами, а потом либерал-буржуинами и их содержанками из сообществ представителей гуманитарной лженауки и «творческой интеллигенции»?

——————————

И если мы обратимся к большевистскому периоду истории СССР, то мы увидим, что организация социально-экономической системы СССР и управление ею в то время были подчинены задачам, решение которых необходимо для экономического обеспечения общественного развития:

• повышение производительности труда на основе совершенствования организации и технико-технологического обеспечения производства и сбыта,

• повышение качества выпускаемой продукции³¹,

• порождение и реализация научно-внедренческих циклов в своём обществе,

• интеграция в экономику СССР научно-внедренческих циклов, осуществляемых за рубежом,

• интеграция в культуру общества иных достижений других народов.³²

• И в основе всего этого — культурная политика, направленная на выработку культурной состоятельности населения в преемственности поколений.

С фактологией большевистского периода в истории организации народного хозяйства СССР и управления им можно ознакомиться в упоминавшейся ранее книге «Кристалл роста. К русскому экономическому чуду». Однако, названная книга затрагивает исключительно организационно-управленческие аспекты функционирования и развития хозяйства страны в большевистский период истории СССР, обходя молчанием политические и нравственно-этические вопросы, главные из которых:

• эксплуатация человека человеком и отношение к ней;

• и деловая коммуникация людей в ходе производственной и управленческой деятельности.

Сначала рассмотрим вопрос об эксплуатации человека человеком.

Если мы обратимся к выделенным ранее в тексте настоящего раздела средствам искоренения эксплуатации человека человеком, то мы увидим, что внутренняя политика Советской власти в большевистский период истории СССР была основана именно на них, но в тех ограничениях, которые были обусловлены качеством развития обществоведческой науки в те времена и качеством культуры общества:

• Лозунг «всякая кухарка должна НАучиться управлять государством» (В.И. Ленин) — в нашей истории был. Он — выражение требования всеобщей управленческой грамотности, но не требования передать государственную власть невежественным «кухаркам»³³. При этом необходимо указать на точность формулировки — не учиться нескончаемо долго и безрезультатно, а НАучиться, и это подразумевает как минимум — в разумные сроки освоить теорию, что позволяет хотя бы отличать полезных управленцев (как в сфере государственного, так и в сфере хозяйственного управления) от паразитов, т.е. эксплуататоров, а как максимум — войти в сферу государственного и хозяйственного управления и работать в ней полноценно. Обучение этому осуществлялось в системе преодоления политической неграмотности, но опять же — в пределах тех ограничений, которые задавал «мраксизм», возведённый в ранг единственно верного научного знания («учение Маркса всесильно потому, что оно верно»³⁴ — один из лозунгов всей советской эпохи).

• Требование культурной состоятельности И.В. Сталин выразил в приведённой выше выдержке из «Экономических проблем социализма в СССР» — в терминологии тех лет, соответственно уровню понимания этой проблематики, обусловленному развитием обществоведческой науки в те годы.

• Товарищеская этика поддерживалась и поощрялась, и прежде всего, — лично И.В. Сталиным³⁵, хотя психодинамика общества, унаследованная от Российской империи, препятствовала этому процессу и извращала его разнородной мимикрией холопства и мимикрией притязаний одних на господство над другими.

Поэтому, даже с учётом марксистского — управленчески несостоятельного понимания частной и общественной собственности — в СССР эксплуатация человека человеком была реально устранена в наиболее явных её формах юридическим введением общественной собственности на средства производства и юридическим запретом производителям-единоличникам использовать наёмный труд. Это было узаконено уже на уровне Конституции СССР.

В хозяйственной системе СССР в большевистский период нашей истории, в соответствии с законодательством, соответствующим Сталинской³⁶ Конституции СССР 1936 г., средства производства могли быть:

• в государственной собственности (это — общенародная общественная собственность);

• в кооперативно-колхозно-артельной собственности (это — общественная собственность, владельцами которой были члены конкретного колхоза, кооператива или артели);

• в собственности тружеников-единоличников, которые были не в праве использовать наёмный труд (соответственно, в их собственности могли быть средства производства только индивидуального, но не коллективного пользования).

Три сектора экономики, основанные на трёх названных выше видах собственности, объединялись в единую производственно-потребительскую систему торговыми отношениями (т.е. рынком), но не либерально-рыночными, а государственно регулируемыми. Государственное регулирование функционирования рыночного механизма в плановом народном хозяйстве СССР осуществлялось посредством назначения государством ряда цен (но не всех цен без исключения), ставок налогообложения, дотациями и субсидиями в процессе разработки государственных планов социально-экономического развития. Государственное регулирование торговли обеспечивало приемлемую рентабельность деятельности в каждом из секторов экономики, обусловленную как целями политики государства, так и производственными возможностями производственно-потребительской системы страны в целом и её регионов и отраслей, и качеством управления (это субъективно обусловленный показатель) предприятиями в каждом из секторов. Производственные возможности год от года росли³⁷.

Такая трёхсекторная экономика при соответствующей культурной политике государства (прежде всего в аспекте обеспечения как можно более широкого доступа к образованию всё более высокого уровня и качества) действительно обеспечивала в перспективе полное искоренение во всех её разновидностях эксплуатации человека человеком (паразитизма одних на труде и жизни других — как системно организованного, так и эпизодически-спонтанного, который может породить системно организованный).

И вопреки мнению Алисы и ей подобных либералов, не вникающих в суть социально-экономических процессов и в их причинно-следственные взаимосвязи, эта трёхсекторная экономика не убила творчество, а создала для него более широкую социальную базу, нежели та, что была в Российской империи и сохранилась после её краха в государствах, отколовшихся от неё (в Польше, в Финляндии, в Литве, Латвии, Эстонии), а также — открыла те возможности, которых не может быть в либерально-рыночной экономике даже с элементами государственного планирования и регулирования.

Т.е. в СССР в большевистский период его истории реально было осуществлено освобождение творческой и предпринимательской инициативы от сопутствующей им в условиях толпо-«элитаризма» всех разновидностей эксплуатации человека человеком (системно организованного паразитизма одних на труде и жизни других).

Это во мнении либерал-буржуинов всегда невозможно, какую идею для широких масс недомыслящих людей и выразила Алиса, заодно представив эксплуатацию человека человеком как естественное право предпринимателей пользоваться плодами своего творческого труда, что исключает из миропонимания саму тему эксплуатации человека человеком как реально не существующего социально-экономического явления.

Но вопреки Алисиным бредням в социализме большевистского периода истории СССР труженику-единоличнику никто не мешал проявлять предприимчивость и быть творцом. Если он приходил к выводу, что ёмкость доступного ему рынка требует продукции больше, чем он может произвести в одиночку, то он мог организовать артель. В этом случае производственные мощности вырастали, а вместе с ростом производительности труда в коллективе и ростом объёма сбыта возрастали и его доходы.

Но если он по своей нравственности и психологии был буржуем-собственником, то он сталкивался с неприемлемым для буржуя обстоятельством: он становился членом артели и мог быть не избран в очередной раз её председателем (руководителем, директором), если другие члены артели находили, что кто-то другой в качестве управленца лучше, чем он. Паевой взнос участников артели никакой роли в результатах голосования не играл, поскольку артель — не акционерное общество, в котором голоса пропорциональны количеству акций либо из которого исключаются владельцы непривилегированных акций. «Лучше» в контексте жизни артели означало — превосходит других в профессионализме и знании дел либо превосходит в нравственно-этических качествах, либо превосходит в обоих смыслах, которые необходимы практически (а не в декларациях) для успешной работы коллектива артели, а равно — для достижения экономического благополучия её сотрудников, которое обусловлено качеством управления артелью — как её внутренними делами, так и её взаимодействием с окружающей социально-экономической средой.

Если по своей психологии создатель артели не был буржуем-собственником, то этой проблемы для него не было вообще: даже если кто-то из членов артели проявлял себя как лучший, чем он профессионал и управленец и становился руководителем созданной им артели, то началу дела положил основание создатель артели, а другие сделают начатое им дело ещё лучше — о чём печалиться?

В артелях и колхозах были «неделимые фонды» — средства производства и финансы, которые оставались в собственности артели или колхоза, если кто-то из членов выходил из коллектива. Это исключало единоличное обогащение и возможности возникновения юридически легального частного капитала путём выхода индивида из успешно работающей артели вместе со своим выросшим в результате успешной работы личным паем, и так же исключало схемы обогащения типа «быстро срубили бабки и быстро разбежались, прихватив каждый свою долю»³⁸.

В ранге артелей в СССР в тот период были производственные предприятия, проектно-конструкторские бюро, научно-исследовательские институты и научно-производственные объединения. Они, будучи созданными носителями разного рода творческих идей, по своей инициативе производили то, что находили востребованным обществом, но производство чего по разным причинам не всегда предусматривалось государственным планом либо вообще, либо в необходимых обществу объёмах.

Но в трёхсекторной экономике государственным планом всегда предусматривалось производство много чего, что было необходимо для успешной работы колхозно-кооперативно-артельного сектора народного хозяйства СССР и для деятельности тружеников-единоличников (конечно, в пределах достигнутых производственных возможностей страны), что они покупали у государства по установленным государством ценам (стабильность цен обеспечивала надежность бизнес-планирования для колхозно-кооперативно-артельного сектора и тружеников-единоличников — «кустарей-одиночек» в лексике той эпохи).

В таких условиях артельный сектор производил и инновационную продукцию (первые советские радиолы были выпущены артелью) и высокотехнологичную продукцию (в годы войны артели выпускали боеприпасы и оружие, в частности, в блокадном Ленинграде пистолет-пулемёт Судаева производили артели).

Т.е. в СССР в большевистский период его истории был организован сектор экономики артельно-колхозный:

• в котором было невозможно успешно работать без предпринимательской инициативы и разнообразного творчества;

• в котором была конкуренция, стимулирующая и творчество, и рост профессионализма, и обеспечение качества продукции;

• который успешно работал, производя до 40 и более процентов объёма выпуска многих видов продукции как конечного потребления (компоненты элементов столбца в блоке «Б» таблицы межотраслевого баланса в разделе 9.2.2), так и производственного потребления (поставки в пределах блока «А» таблицы межотраслевого баланса и инвестиционные продукты — компоненты элементов столбца в блоке «Б»).

Теперь обратимся к рассмотрению этики — деловой коммуникации людей в ходе производственной и управленческой деятельности, обеспечивающей эффективное творчество.

В государственном секторе, работавшем на осуществление государственных планов социально-экономического развития³⁹ под управлением отраслевых министерств, тоже было место творчеству и конкуренции вопреки одному из излюбленных либерал-буржуинами мифу «о неэффективности работы предприятий, находящихся в государственной собственности».

Либерал-буржуины никогда не вдаются в рассмотрение этого мифа по его существу, т.е. с представлением на обсуждение действующих факторов и причинно-следственных связей, а просто декларируют миф в режиме «это же очевидно, у госчиновника в деле нет непосредственной заинтересованности, в отличие от собственников, заинтересованных в успехе». Однако вопреки этому мифу в реальной жизни дело не в том, на кого записаны права собственности, а в том, как организовано управление и какими личностными качествами обладают управленцы. Именно поэтому множество алчных людей пытались построить высокоприбыльный бизнес, но их предприятия терпели крах вследствие отсутствия у них определённых личностных качеств, которые остаются вне рассмотрения либералов и их противников.

В цивилизации, где право на занятие управленческих должностей не обусловлено в первую очередь нравственно-этическими и творческими качествами претендента, неэффективность управления — в действительности следствие неизбежной в этом случае бюрократизации, при которой: 1) обязанность знать дело возлагается на подчинённых, а 2) производство документов и документооборот подменяют собой дело, поскольку бюрократы документированию (и, прежде всего, отчётности), сопровождающему реальное дело, придают более высокую значимость, чем делу как таковому⁴⁰. Вследствие воздействия обоих названных факторов, свойственных бюрократизации управления, дело ведётся плохо и даже может рухнуть при безупречном документировании и отчётности нижестоящих подразделений и должностных лиц перед вышестоящими⁴¹.

И почти все сколь-нибудь крупные предприятия в мире буржуазного либерализма страдают от бюрократизма и порождаемой им неэффективности управления. Иначе бы в западном управлении персоналом не возникло бы темы «корпоративной глупости», суть какой проблемы в том, что:

«Каждое лето тысячи лучших выпускников вузов вливаются в поток рабочей силы⁴², надеясь на то, что будущие работодатели откроют перед ними широкие возможности для интеллектуального развития. Но их ждёт неприятный сюрприз.

Умные молодые люди вскоре обнаруживают, что их мозги на самом деле никому не нужны: то, благодаря чему их наняли (интеллект), они в работе не используют. Перед ними ставятся обычные задачи, которые они считают глупыми. Если же они совершают ошибку, используя свой интеллект, то слышат <выражения> недовольства от коллег и вежливые предупреждения от руководства. Пройдёт несколько лет, и они поймут, что люди, которые продвигаются вверх по карьерной лестнице, на самом деле являются «звездами» корпоративной глупости. (…)

Поощряются те, кто умеет отключать свои мозги. Устранение неудобных вопросов, которые возникают в процессе мыслительной деятельности, также позволяет сотрудникам избегать конфликтов с коллегами. В корпоративном мире глупые сотрудники воспринимаются как «материал руководства» и потому успешно продвигаются по карьерной лестнице⁴³».⁴⁴

Соответственно наличию реальной проблемы неэффективности бюрократического управления в либерально-буржуазном мире непрестанно возникают попытки преодолеть и искоренить бюрократизм, который мешает победе в конкурентной борьбе. О своём опыте в практическом разрешении этой проблемы ещё в начале 1920‑х гг. писал Г. Форд:

«Величайшее затруднение и зло, с которым приходится бороться при совместной работе большого числа людей, заключается в чрезмерной организации и проистекающей отсюда волоките⁴⁵. На мой взгляд, нет более опасного призвания, чем так называемый «организационный гений». Он любит создавать чудовищные схемы <организационно-штатных расписаний>, которые, подобно генеалогическому древу, представляют разветвления власти до её последних элементов. Весь ствол дерева обвешан красивыми круглыми ягодами, которые носят имена лиц или должностей. Каждый имеет свой титул и известные функции, строго ограниченные объёмом и сферой деятельности своей ягоды⁴⁶.

(…) Но, по моему мнению, предприятие вовсе не машина. Оно представляет собой рабочее общение людей, задача которых, как уже сказано, — работать (выделено жирным нами при цитировании: — ВП СССР), а не обмениваться письмами».⁴⁷

Г. Форд в книге «Моя жизнь. Мои достижения» (гл. 16, «Железные дороги») сообщает, что после покупки «Форд мотор компани» Детройт-Толедо-Айронтонской железной дороги в 1921 г., численность её персонала была сокращена с 2 700 до 1 650 человек, главным образом за счёт ликвидации Юридического отдела и Исполнительного бюро (функционально — «Управления дороги», ответственного перед прежними акционерами). В организации управления дорогой, созданной Г. Фордом, как он сообщает, функции Исполнительного бюро стал выполнять один человек. То, что он смог в одиночку заменить собой целое бюро и обеспечить бо́льшую эффективность управления, может быть объяснено только тем, что в коллективе дороги начал распространяться принцип единоличной персональной ответственности за порученное дело, что позволило сократить объёмы документирования и переписки и повысить быстродействие системы управления. Но это радикальное сокращение штатов показывает, насколько дорого обходится бюрократический способ управления даже в финансовой оценке, не говоря уж об ущербе, не поддающемся бухгалтерскому учёту, который многократно больше, хотя оценивается в иных категориях.

Но культура мира буржуазного либерализма не смогла воспитать в качестве «Фордов» своё предпринимательское сообщество (отчасти и потому, что новые поколения предпринимателей росли на вздоре, произведённом Алисой Розенбаум и ей подобными), и потому проблема искоренения бюрократизма в управлении по-прежнему актуальна, как и во времена Г. Форда. В частности, это — одна из тем всевозможных направлений «альтернативного менеджмента», например, бывшего модным несколько лет тому назад стремления перейти на «бирюзовую» организацию управления предприятиями⁴⁸. Но и это, как и взгляды Г. Форда и В.И. Ленина⁴⁹ на тему бюрократизма, на пути и способы его искоренения, — не нечто новое, поскольку дебюрократизация управления — древняя мечта всех обществ, в которых была письменность и возникала государственная власть с её производством документов, документооборотом и архивами, в какую деятельность в ходе исторического развития включились хозяйственники и финансисты.

Ключ к искоренению бюрократизма и соответственно — к дебюрократизации управления и освобождению творчества из-под гнёта бюрократов и бюрократии — переход от толпо-«элитарной» этики «господства — холопства» («ты начальник — я дурак, я начальник — ты дурак») к иной этике — товарищеской.

Этот переход, начатый в большевистский период истории СССР, объясняет причины культурного и экономического чуда, явленного нашей страной в то время.

Но в условиях капитализма постсоветской России, которому на протяжении более двадцати лет пытаются придать слегка очеловеченное мурло, — всё то, о чём пишут авторы «Кристалла роста», вспоминая успехи СССР в большевистский период его истории, не даст полноценного результата, если общество не вернётся к воплощению в жизнь идеалов большевизма.

В СССР в большевистский период его истории в обществе распространялась товарищеская этика, одной из компонент которой было добросовестность в труде и соответственно — наращивание и распространение профессионализма. Поэтому бюрократизм, унаследованный Советской властью от Российской империи вместе с людьми, которых она вовлекла в сферу государственного управления, постепенно изживался.

Хотя И.В. Сталин на одном из приёмов в Кремле сказал актёру Игорю Владимировичу Ильинскому, сыгравшему роль бюрократа в фильме «Волга-Волга»: «А, товарищ Бывалов! Вы бюрократ. Я бюрократ. Мы поймём друг друга», — однако сам И.В. Сталин бюрократом, подменяющим дело документооборотом, не был.

Он вникал во все дела, которыми занимался. Его библиотека, вывезенная в годы войны в Куйбышев (ныне Самара), насчитывала около 30 тыс. книг, прочитанных или просмотренных им, о чём свидетельствуют его заметки, сделанные в книгах. Тематика библиотеки самая широкая: там есть и справочники электротехников и металлургов, и академические издания философов разных эпох и народов⁵⁰. И все профессионалы-отраслевики (авиаторы, артиллеристы, моряки, сухопутные военачальники) в своих воспоминаниях отмечают, что с И.В. Сталиным они обсуждали вопросы своей деятельности по её существу, а не занимались просвещением малознающего человека; и никто не упрекал И.В. Сталина в том, что он не слушал собеседников и не вникал в их аргументацию. И потому не могло быть речи о манипулировании им. Кроме того, И.В. Сталин знал и помнил множество профессионалов — специалистов разного профиля, с которыми он консультировался в ходе обсуждения проблем и выработки управленческих решений. И такого отношения к делу он требовал от других и побуждал их к этому⁵¹.

Лаврентий Павлович Берия (1899–1953) тоже не был бюрократом. Это выразилось в росте экономики Закавказья и Грузии под его руководством; в его разноплановой успешной деятельности в годы Великой Отечественной войны; в создании ракетно-ядерной мощи СССР, что сделало невозможной безнаказанную военно-силовую агрессию «коллективного Запада» против нашей страны с середины ХХ века по настоящее время.

Лазарь Моисеевич Каганович (1893–1991) тоже не был бюрократом, и это выразилось в том, что в 1941 г. в Великую Отечественную войну железнодорожный транспорт вступил, имея запасы рельсов и шпал, колесных пар, стрелочных переводов и прочих предметов снабжения и специального оборудования, необходимых для восстановления функциональности железных дорог и поддержания их в работоспособном состоянии. Благодаря этому железнодорожный транспорт успешно обеспечивал на протяжении всей войны как военные, так и хозяйственные потребности в перевозках, а после войны — восстановление и жизнь страны⁵².

В конце 1930‑х гг. командующий артиллерией Красной Армии, будущий маршал артиллерии, Николай Николаевич Воронов (1899–1968) собственноручно написал ответ старшему лейтенанту, который — в обход служебной иерархии — уведомил его своим письмом о проблемах, имевших место в подразделениях звукометрической разведки, функция которой — выявлять позиции стреляющих батарей противника в условиях поля боя, насыщенного артиллерией, к чему она, однако, была реально неспособна в то время. Н.Н. Воронов в своём ответе согласился с наличием проблем и попросил только в дальнейшем при переписке с ним пользоваться секретной почтой. В результате к 1941 г. проблемы были разрешены, и звукометрическая разведка всегда надежно выявляла места расположения артиллерии противника, благодаря чему артиллерия Красной армии побеждала в контрбатарейных стрельбах.⁵³ Особую роль это сыграло в защите жилых массивов и работавших промышленных предприятий блокадного Ленинграда от разрушения артиллерийским огнём противника.

Последний эпизод показателен в том смысле, что у командующего артиллерией Красной армии было много других дел, кроме как читать все письма, приходящие на его имя по почте. И если личное письмо старшего лейтенанта было доведено до сведения командующего артиллерией, и он оценил его как значимое, то это говорит о том, что подчинённые ему сотрудники, работавшие с почтой, тоже не были бюрократами, а вникали в существо входящей корреспонденции и оценивали его значимость, а не выдавали формальные отписки сами, как это стало принято на всех уровнях «вертикали власти», начиная с хрущёвских времён по настоящее время.

В связи с этим необходимо пояснить вопрос о функциях подразделений, которые метафорически можно назвать «собственная его императорского величества канцелярия», поскольку они обслуживают непосредственно первых лиц предприятий, органов государственной власти, командиров войсковых частей и т.п. руководителей. Даже если такого рода специализированных подразделений оргштатной структурой не предусмотрено, то функции «собственной его императорского величества» так или иначе должны выполняться общей канцелярией или секретарями руководителя предприятия (или подразделения), «штабом» и т.п.

Однако многие (в том числе и управленцы, даже с большим управленческим стажем) не понимают, для решения каких управленческих задач необходима «собственная канцелярия», и потому даже если такое подразделение предусмотрено оргштатной структурой, оно может быть занято ерундой, а не той работой, которую оно должно выполнять. И это широчайше распространённое непонимание роли «собственных канцелярий» и неумение организовать их правильную работу — один из факторов бюрократизации управления во всех сферах.

Дело в том, что по контурам циркуляции информации, заданным оргштатной структурой и сводом должностных обязанностей, до сведения руководителя в силу разных причин может доводиться не вся информация, объективно необходимая для того, чтобы он мог на её основе осуществлять эффективное управление, а кроме того, может поступать недостоверная информация и разного рода «шумы». Причины этого разнообразны: сокрытие подчинёнными своих ошибок и злоупотреблений; представление последствий своих ошибок и злоупотреблений в качестве достижений; внедрение в систему противниками заведомо ложной информации в целях манипулирования извне выработкой и принятием управленческих решений⁵⁴; непонимание подчинёнными значимости той или иной информации для успеха деятельности; информация может быть «бесхозной», т.е. она может относиться к процессам, контроль которых не входит в должностные обязанности никого из подчинённых⁵⁵ и т.п.

Всё вышеназванное — неотъемлемые⁵⁶ свойства структурного способа управления, реализуемого посредством оргштатных структур, учредительных документов разного рода организаций, сводов должностных обязанностей предприятий, войсковых частей, спецслужб и органов государственной власти.

Тем не менее, надёжность управления требует профилактирования и компенсации ущерба, который может быть нанесён делу этими системными и потому неустранимыми свойствами структурного способа управления. И по отношению к этой задаче:

Назначение «собственной его императорского величества канцелярии» — из всего потока обращений, которые поступают на имя того или иного руководителя в письменной форме, выбирать те, в которых затронуты проблемы и вопросы, информация о которых в силу названных выше и иных причин не доходит до руководителя по контурам циркуляции информации, предусмотренным оргштатной структурой и сводом должностных обязанностей, но которая объективно необходима для эффективного и надёжного управления⁵⁷.

Но об этом предназначении «собственных канцелярий» руководителей не говорится ни в одном трактате по менеджменту и ни в одном учебнике по специальности «государственное и муниципальное управление».

—————————

• Это СТРАТЕГИЧЕСКИЙ тест на функциональную состоятельность / несостоятельность государственной власти.⁵⁸

• И кроме того, во всех толпо-«элитарных» культурах не надо насмехаться над словами Короля из фильма М.А. Захарова по сказке Е.Л. Шварца «Обыкновенное чудо»: «Сижу я, работаю, проверяю доносы⁵⁹ министров друг на дружку» — это одна из многих задач верификации информации, на основе которой вырабатываются управленческие решения: информация должна быть достоверной — иначе вплоть до краха управления.

—————————

Эффективность руководства страной И.В. Сталиным одной из своих основ имела работу его секретариата, которым с 1935 по 1953 г. руководил Александр Николаевич Поскрёбышев⁶⁰ (1891–1965). Но в те времена и во всех других ведомствах государственной, военной и хозяйственной власти СССР, в спецслужбах, на разных уровнях у тех руководителей, кто не был «барином»-бюрократом, эффективно работали их «собственные канцелярии» или же в общих канцеляриях были люди, которые выполняли указанную функцию — выявление управленчески значимой информации из всего потока обращений граждан и подчинённых. Т.е. приведённый выше пример реакции Н.Н. Воронова на письмо старшего лейтенанта — одно из многих событий такого рода⁶¹, в которых выразилась результативность работы «собственных канцелярий» руководителей, если руководители были людьми дела, а не бюрократами и не людьми трёпа.

Но не все были такими. В этом отношении ценно признание В.М. Молотова: «Ну, мы все, конечно, такие слабости имели — барствовать. Приучили — это нельзя отрицать. Всё у нас готовое, всё у нас бесплатно».⁶² По этой нравственно-психологической причине В.М. Молотова пришлось отстранить от руководства атомным проектом, а в последующие годы у него возникли проблемы, обусловленные утратой к нему доверия со стороны И.В. Сталина, который не барствовал⁶³. Но В.М. Молотов был не один, кто начал барствовать, поддавшись искушению полного гособеспечения жизни их семей: всё у вас будет, только работайте. — Но стали барствовать и распространять бюрократизм вместо того, чтобы полноценно отдаваться работе, т.е. с психикой, освобождённой от необходимости решать бытовые проблемы семьи.

В послесталинские времена линия «барствовать» в сфере управления возобладала, и ей стала подчинена вся кадровая политика, поскольку баре нуждались в холопах, а холопы со своей стороны мечтали не делать дело, а пробиться в баре, чтобы тоже барствовать — паразитировать на деле и людях, делающих дело. Причина победы барства в СССР двоякая:

• с одной стороны — бар поддержала либерально-буржуазная транснациональная политическая мафия — либерально-буржуазная ветвь масонства и спецслужбы либерально-буржуазных государства, а баре ответили полной взаимностью в силу нравственного единства с либерал-буржуинами и слабоумия,

• а с другой стороны — большевики, воспринимавшие И.В. Сталина как вождя и учителя, потому, что ждали вождя — преемника и продолжателя дела, — не смогли сорганизоваться и породить своей — более дееспособной — мафии, которая бы поставила политических противников (в данном случае бар и курирующих их братанов от либерально-буржуазной ветви масонства и периферию спецслужб государств «коллективного Запада») в положение невозможности действовать.

Поэтому с хрущёвских времён по настоящее время описанного выше большевистского отношения к проблемам общества и делу у носителей государственной и хозяйственной власти в России нет. Соответственно и на обращения граждан и профессионалов на имя «первых лиц» предприятий, иных организаций, органов государственной власти в ответ:

• либо молчание;

• либо отписки в стиле «спасибо, ваше обращение на имя (…) принято к сведению и будет учтено в работе», но благодетельных результатов этой «работы» не найти даже спустя многие годы;

• либо у наиболее настырных подчинённых, которые не вписываются в деловую субкультуру «корпоративной глупости» бюрократов, возникают разного рода проблемы вплоть до уголовных дел против них.

Во времена большевизма всё было иначе. Ещё один пример это подтверждающий.

Маршал авиации А.Е. Голованов (1904–1975), будучи ещё гражданским человеком, в январе 1941 г. написал письмо на имя И.В. Сталина о необходимости создания Авиации дальнего действия (АДД) и особой подготовке лётного состава для неё. В феврале 1941 г. А.Е. Голованов был принят И.В. Сталиным, они обсудили тему, на основании чего А.Е. Голованову было доверено-поручено руководство созданием АДД. Прошло мене полугода с момента написания им письма, и ещё толком не организованная АДД с началом войны приступила к бомбардировкам глубоких тылов вермахта, внося свой вклад в Победу⁶⁴. Понятно, что АДД разворачивалась не с нуля, но всё же она состоялась в качестве работающей системы — боеспособного вида вооружённых сил — очень быстро. Однако, после убийства И.В. Сталина, положившего начало ползучему государственному перевороту 1953–1993 гг., от А.Е. Голованова, как и от многих других людей дела той эпохи, антибольшевистские мафиозные группировки, действующие в политике, быстро избавились, отправив его на пенсию⁶⁵.

А в постсоветские времена «эффективные менагеры» — большей частью юристы и «бухгалтеры» — «модернизацию провалили» потому, что они — бюрократы⁶⁶; с импортозамещением (его было бы правильно назвать «обеспечение импортонеуязвимости страны») дело обстоит очень хорошо только в отчётах и пропагандистских материалах; а реально эта и многие другие проблемы не решаются десятилетиями, хотя о них и необходимости их решения десятилетиями же и говорится публично в официозе политики и пропаганды⁶⁷.

В связи с последним необходимо указать, что в большинство полезных в деле оценок качества управления сложными объектами входит такой показатель как быстродействие потому, что недостаточное быстродействие во взаимодействии с противниками, реализующими свои стратегии, или с потоком стихийных событий — может привести к краху процесса управления и гибели системы.**

Но бюрократам всех эпох это либо невдомёк, либо они занимают позицию «будем решать проблемы по мере их поступления», забывая при этом мудрость — «кто не хочет, когда может, — не сможет, когда захочет», правильность которой подтверждается Историей.

Интегральная государственно-политическая задача большевистского периода в истории СССР формулировалась в словах «догнать и перегнать развитые капиталистические страны»⁶⁸. Это не было ориентацией на достижение превосходства в изощрённом потребительстве, а имело иную цель — примером СССР показать другим народам будущий образ жизни всего человечества⁶⁹. Повышение производительности труда во всех отраслях и сферах деятельности — одна из составляющих решения этой задачи, обусловленная уровнем и темпом развития науки.

Роль науки — как фундаментальной, так и отраслевой — в осуществлении научно-технического и организационно-технологического прогресса руководством СССР в большевистский период его истории не только провозглашалась на словах (как это имеет место доныне, начиная с хрущёвских времён), но и была прочувствована на личном политическом опыте — как в имперские времена, так и во времена гражданской войны и последующего восстановления хозяйства. Много чего, что определяло рейтинг боевой мощи армии и флота и служило защитой суверенитета от военно-силового зарубежного диктата, ни Российская империя накануне первой мировой войны, ни СССР по завершении гражданской войны не могли производить⁷⁰. Но то же касалось и многих видов высокотехнологичной продукции мирного назначения⁷¹. Слабость же технико-технологическая и организационно-управленческая отсталость той хозяйственной системы, с которой СССР вышел из гражданской войны, приводили к тому, что многие правильные по целям и актуальные для жизни страны задачи в политике Советской власти не могли быть быстро решены без предварительного создания производственных мощностей и обучения персонала, которые могли бы обеспечить решение этих задач необходимыми продукцией и природными благами.

Соответственно государственное планирование в большевистский период истории СССР было нацелено не на убедительность пропаганды (пиара), а на реальное развитие культуры, на обновление и развитие хозяйственной системы страны на основе освоения имеющихся наработок передовых стран, а также на основе достижений науки (как отечественной, так и зарубежной). Соответственно государственная власть консультировалась с наукой по вопросам дальнейшего развития страны, и со своей стороны инвестировала в развитие науки.

При этом большевики понимали, что фундаментальная наука — это только расходы на развитие её технической базы исследований, на сами исследования, на обучение персонала, на содержание учёных, но к непосредственной самоокупаемости фундаментальная наука неспособна⁷²; она может окупаться только опосредованно, когда её достижения массово внедряются в образ жизни, изменяя его качество, но эта её опосредованная окупаемость бухгалтерски невыразима.

Внедрение достижений фундаментальной науки в практику хозяйственной деятельности и в образ жизни населения, в свою очередь, требует развития отраслевой науки, которая является «трансформатором» достижений фундаментальной науки в продукцию, в технологии и организацию её производства. Отраслевая наука соучаствует наряду с производственниками в проектировании новых предприятий, в реконструкции и модернизации существующих предприятий. Поэтому в СССР государственные планы предусматривали развитие и отраслевой науки. Тем самым выстраивалась сеть каналов «фундаментальная наука — отраслевая наука — предприятия», в которых могли бы протекать научно-внедренческие циклы⁷³. И эта сеть работала, что выразилось, в частности в создании импортонеуязвимой авиационной промышленности; в создании первого поколения кораблей океанского флота, начиная от линкоров проекта 23, завершению чего помешала война; в создании новых отраслей промышленности (радиоэлектронной, химической, фармацевтической, оптической, точной механики).

С другой стороны, это было возможно потому, что наука, унаследованная СССР от Российской империи, была представлена людьми, которые не были графоманами, а действительно были исследователями, самокритичными к себе и осмысленно относившимися к достижениям других. Т.е. доля имитаторов научной деятельности была низкой, и имитаторов научной деятельности научное сообщество тех лет презирало. Соответственно, учёные анализировали состояние, тенденции и перспективы (подчас очень удалённые в будущее) как отечественной науки, так и зарубежной. Поэтому наука делилась с государственной властью не только научной фантастикой о перспективах воздействия научно-технического прогресса на жизнь цивилизации (всё же достижения науки должны воплощаться в образ жизни), но и соображениями о задачах, которые необходимо решить для развития само́й науки — прежде всего фундаментальной, а также и отраслевой. И эти задачи решались в системе государственного планирования.

В частности, первый в Европе циклотрон был создан в СССР под руководством И.В. Курчатова (1903–1960) в 1935 г. и был самым большим в мире на момент начала его создания. Он работал в Радиевом институте, созданном в январе 1922 г. по инициативе В.И. Вернадского (1863–1945).⁷⁴ Позднее, по инерции, унаследованной от эпохи большевизма, в 1957 г. в Дубне был запущен в действие первый в мире синхрофазотрон; первая атомная АЭС была построена тоже в СССР; и первый спутник тоже по инерции, унаследованной от эпохи большевизма, был создан и запущен в СССР в 1957 г.; и первый полёт человека 12 апреля 1961 г. в космос тоже — советский — по тем же причинам⁷⁵. Т.е. к концу 1950-х гг. СССР в развитии фундаментальной науки реально перестал отставать от «коллективного Запада», а по некоторым направлениям и обогнал его⁷⁶.

Возражения в том смысле, что жили тогда впроголодь, в неблагоустроенном быту, ходили в ватниках и т.п. — не принимаются потому, что царизм не обеспечил лучшего качества жизни большинству населения и перспектив развития. И если бы не тот научно-технический прогресс и не повышение образовательного уровня персонала во всех отраслях, которому в 1920‑е гг. положили начало большевики, то вторая мировая война была бы, но нашей страны сейчас бы не было, а выжившие стали бы рабами. При этом надо иметь в виду, что рабовладельцам рабы-неумехи не нужны.

Лидерство в науке — основа для лидерства в образовании и обеспечения полноты суверенитета государства в условиях глобализации.

Деградация науки в СССР началась в послесталинскую эпоху. Причин для неё было две:

• Внешняя по отношению к науке — баре-бюрократы, после убийства И.В. Сталина захватившие государственную власть, под кураторством из-за рубежа. Они:

<!-- -->

• отказались от курса на лидерство СССР в науке и развитии системы образования, что было необходимо для лидерства страны и в области техники и технологий, а в перспективе — и для лидерства в качестве жизни населения;

• далее в ходе реформ они разрушили сеть каналов «фундаментальная наука — отраслевая наука — предприятия», в которой в большевистскую эпоху протекали научно-внедренческие циклы⁷⁷;

• задали идиотскую систему плановых и отчётных показателей, которая не характеризовала научно-технический прогресс и эффективность использования производственных мощностей, природных и социальных ресурсов;

• в процессе разработки государственных планов власть бюрократов перестала ставить перед наукой (и фундаментальной, и отраслевой) задачи по развитию страны и инновационному развитию её экономики.

<!-- -->

• В научном сообществе тоже происходили изменения:

<!-- -->

• исследователи, делавшие науку в имперские и большевистские времена, постепенно уходили из жизни, а в новых поколениях в силу того, что власть бюрократов не требовала выдавать полезный для страны результат в виде её инновационного развития и задания мирового уровня качества продукции, карьеру стали делать не творцы науки, а интриганы-манипуляторы (так называемые «организаторы науки»);

• система образования, в большевистские времена настроенная на воспитание человека-творца⁷⁸, по инерции продолжала готовить профессионалов, которые были способны делать науку, но теперь они работали в подчинении у карьеристов, однако по экстренному приказу властных бюрократов они могли разрешать возникавшие проблемы;

• карьеристы-манипуляторы, породившие в науке разного рода мафиозные группировки⁷⁹, начали «пилить бюджет», безупречно отчитываясь об успехах и освоении средств, но не выдавая результата в виде инновационного развития страны, за что их бюрократы от власти не драли нещадно как врагов народа, которыми и имитаторы успеха, и властные бюрократы по своей сути и были.

В добавление к этому в послесталинские времена наука и НИОКР стала наращивать отставание от других отраслей в оплате труда основной массы научных работников (младших и старших научных сотрудников, инженеров-конструкторов: выпускник профтехучилища зарабатывал примерно в полтора — два раза больше, чем выпускник технического вуза, и далее по мере наращивания профессионализма этот разрыв увеличивался в пользу рабочих), что послужило дополнительным стимулом для карьеризма, поскольку «светила науки» зарабатывали существенно больше. В итоге во второй половине 1960‑х появилась поговорка «учёным можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан». Она появилась потому, что производство диссертаций, научная значимость которых был нулевая или незначительная, но защита которых открывал возможности продвинуться по служебной лестнице к большей зарплате, — стала массовым явлением.

Тогда же профессионалы стали писать диссертации под заказ руководителям подразделений научно-исследовательских и иных контор — «принцам-администраторам»⁸⁰, которые желали стать «королями». В результате к началу 1980‑х звания докторов наук, член-корреспондентов⁸¹ академий, академиков ставили знающих тему людей перед вопросом: это действительно выдающийся учёный либо успешный карьерист-манипулятор? — Но пришедшая к нам с Запада мода развешивать на стенах рабочего кабинета дипломы и сертификаты, которые должны подтверждать ум, профессиональную компетентность их обладателя, ответить на этот вопрос не помогает.

Но бюрократам в государственной власти было достаточно учёных степеней и званий, чтобы безумно полагаться на мнение интригана, которого он привлёк для консультаций по тем или иным вопросам. Такие консультанты от науки интенсивно «онаучивали» «хотелки» властных бюрократов, а те со своей стороны — финансировали консультантов и содействовали успеху их карьеры и росту их «социального статуса» в иерархии послесталинского толпо-«элитаризма» в СССР. Постепенно такие карьеристы — «организаторы науки», манипуляторы профессионалами⁸² — вошли в диссертационные советы и возглавили их, вошли в ВАК и её экспертные советы. После этого главной задачей при написании и защите диссертаций стало — не напугать действительной научной новизной диссертационный совет: поскольку действительная научная новизна не соответствует сложившимся предубеждениям этих людей, а аргументацию в её обоснование за 10–20 минут доклада⁸³ они в большинстве своём понять и принять не в состоянии по разного рода психологическим причинам. Поэтому защиты диссертаций в СССР (примерно с середины 1960‑х гг.) и потом в России — спектакль-ритуал, в котором для успеха надо правильно оформить тексты диссертации и прочих документов и при защите исполнить «арию» на тему «одобрите моё заявление о повышении зарплаты, оформленное в виде диссертации»⁸⁴; а кастинг тех, кому будет доверено принять участие в ритуале в качестве соискателя, особенно докторской степени, — это отдельная тема⁸⁵. И были случаи, когда соискатели не могли при защите назвать тему «его» диссертации, даже после того, как с ними несколько дней работали консультанты, а он был в положение двоечника, который пытается вызубрить параграф из учебника.

С началом 1990‑х гг. в России наука и НИОКР вообще перестали быть источником заработка для основной массы учёных и инженеров-разработчиков, позволяющего жить и развиваться их семьям⁸⁶. Потом реформа системы образования лишила науку и инженерное дело, медицину и другие отрасли притока способных к профессиональному росту молодых кадров на фоне того, что профессионалы старших поколений, в послесталинские времена работавшие под властью бюрократов, стали уходить на пенсию и из жизни. Вследствие этого проблемы по экстренным пожеланиям властных бюрократов решать становится некому.

Потому постсоветская власть объявить модернизацию, импортозамещение и многое другое смогла, а осуществить всё это не смогла и не сможет, если будет по-прежнему верна либерально-рыночной экономической модели криптоколонизации страны и поддерживающей её «элитарно»-корпоративной этике «господско-холопских отношений», на основе которых развитие страны невозможно в принципе.

Это тоже на тему, что работают не деньги, не организационно-штатные структуры и не должностные инструкции, а люди — такие, какие они есть, и в зависимости от того, как к ним относятся управленцы всех сфер деятельности.

Новые поколения бюрократов во власти и в отраслях экономики (к которым принадлежит и наука) в их массе характеризуются словами С.В. Лаврова «дебилы, б…», и потому новая эффективная сеть каналов «фундаментальная наука — отраслевая наука — предприятия», необходимая для реализации научно-внедренческих циклов и инновационного развития страны, не построена, и она не может быть построена ими. Шоу типа «Сколково», даже в нескольких экземплярах, не заменяет системы каналов «фундаментальная наука — отраслевая наука — предприятия», в которой реально должен протекать массовый научно-технический прогресс, необходимый для обеспечения инновационного развития страны и её лидерства в цивилизационном развитии человечества. И это обстоятельство обещает многие проблемы в будущем.

В отличие от послесталинских времён по наши дни включительно, в большевистские времена государственный сектор экономики СССР был настроен на осуществление научно-технического прогресса и обеспечение инновационного развития страны. И это обеспечивало стране настолько высокие темпы экономического развития, что в конце 1940‑х — начале 1950‑х гг. зарубежные аналитики приходили к выводу, что если СССР сохранит такие темпы, то к концу ХХ века он станет вне конкуренции и будет безальтернативным лидером экономического и, на этой основе, — лидером цивилизационного развития человечества. Но это было остановлено антисталинистами всех поколений при безучастности остального населения, проявившего неспособность к самоорганизации и защите государственной власти от негодяев и слабоумных.

Была в государственном секторе экономики СССР в большевистский период его истории и конкуренция, причём более совершенная, нежели конкуренция в либерально-рыночной экономике, если конкуренцию оценивать с позиций теории управления.

О конкуренции как о процессе большинство не имеет никаких содержательных представлений. Всё сводится к формулировкам типа: спрос рождает предложение; предприниматели изучают спрос и организуют производство продукции и её сбыт; покупатели-потребители по своему усмотрению выбирают то, что им видится наилучшим из им предложенного, в результате чего производители лучшего устойчиво ведут бизнес, а производители худшего проигрывают в конкурентной борьбе — всё справедливо.

Теперь детали, которые не попали в это описание.

О «финансовом климате», который создают транснациональная глобальная корпорация ростовщиков, узурпировавших банковское дело, и законодатели, но который определяет возможности ведения бизнеса (т.е. конкурентную среду глобального масштаба, фрагментами которой являются конкурентные сре́ды всех государств) — не вспоминают.

Далее: спрос — это платежёспособный спрос. Т.е. если не́кто не в состоянии заплатить за желаемое им благо, то его неплатёжеспособный спрос удовлетворён не будет. А если таких неплатёжеспособных людей много, то и отраслей, работающих на удовлетворение их спроса, тоже не будет⁸⁷. И наряду с этим платёжеспособный спрос — один из ограничителей ёмкости соответствующего рынка (см. рис. в разделе 8). Но и жизненные потребности общества в продукции и природных благах как таковые тоже ограничены. Поэтому при множестве предпринимателей и наличии избыточной по отношению к ёмкости рынка ресурсной базе объём предложения может быть избыточен по отношению не только к платежёспособному спросу, но и по отношению к потребностям общества как таковым.

Но проблема, рассмотренная в разделе 8, приводит к тому, что при избыточном предложении цены не могут быть снижены ниже порога рентабельности, и вследствие того, что платежёспособный спрос ограничен, сбыт не находит не только худшая продукция, но и хорошая. Положение усугубляется тем, что лучшая продукция может проигрывать рынок худшей вследствие того, что худшая продукция побеждает в борьбе рекламы, или большинство потребителей по каким-то другим причинам имеет извращённые представления о качестве продукции, вследствие чего лучшая продукция им не нужна, а худшая более предпочтительна даже по более высокой цене⁸⁸. На следующем этапе конкуренция приводит к тому, что производители-монополисты вступают в сговор на тему «снижение ресурсных характеристик продукции и её ремонтопригодности с целью скорейшего возобновления на неё ранее удовлетворённого спроса»⁸⁹. Всё это ведёт к перемалыванию без пользы природных и социокультурных ресурсов, порождает и усугубляет биосферно-социальный (экологический) кризис.

С точки зрения теории управления производство, избыточное по отношению к потребностям своего общества и потребностям экспортной политики государства, — это «перерегулирование», снижающее оценки качества управления. А запрограммированное снижение ресурсных характеристик и ремонтопригодности продукции — это ложные вектора целей управления производством, влекущие за собой узаконенное систематическое ограбление потребителей и усугубление экологического кризиса. Поэтому один из кумиров либерал-буржуинов — основатель клана Рокфеллеров — Джон Рокфеллер такую конкуренцию совершенно правильно охарактеризовал словами: конкуренция — это грех.

Но в государственном секторе экономики СССР в большевистский период его истории была иная конкуренция — конкуренция идей, которая заканчивалась по завершении этапа испытаний и опытной эксплуатации экспериментальных образцов продукции, в которых были воплощены эти идеи⁹⁰.

Ярче всего это проявилось в довоенной работе авиационной промышленности. По одному и тому же техзаданию разные конструкторские бюро проектировали самолёты. Потом экспериментальные образцы испытывались по одной и той же методике, что обеспечивало корректную сопоставимость результатов испытаний. Они доводились до лётной и сервисной годности и предъявлялись на государственные испытания, по результатам которых принималось решение о запуске в серийное производство того самолёта, который, по мнению заказчика, был лучше. Но проектанты-«неудачники» продолжали работать и достигали успеха в других конструкциях, либо так и оставались экспериментаторами, не создающими серийных самолётов, но чьими идеями подпитывались другие конструкторские бюро, впоследствии создававшие на основе этих экспериментов и оценки их результатов другие самолёты, и под чьим руководством росли выдающиеся конструкторы следующих поколений⁹¹. Если предпочтение какому-то одному самолёту было отдать трудно, поскольку достоинства и недостатки распределялись по-разному между самолётами разных конструкторских бюро, то могло быть организовано серийное производство нескольких конкурирующих моделей сходного назначения. Примером тому серийное производство истребителей МиГ-3, Як-1, ЛаГГ-3. По итогам реальной боевой службы в ходе Великой Отечественной войны: Як-1 стал базовой моделью для нескольких модификаций, прошедших всю войну; ЛаГГ-3 после замены мотора М‑105 на М‑82 превратился в Ла-5, и далее — в Ла‑7; МиГ‑3 по причине ориентации его конструкции на бои на больших высотах (потолок до 12 тыс. м) ушёл с фронта (бои проходили на высотах до 4 000 м, в каком диапазоне высот он утрачивал преимущества) и, хотя был снят с массового производства в конце 1941 г., занял свою нишу в качестве высотного перехватчика в войсках ПВО страны, где использовался до конца войны.

В тот период в научно-исследовательских институтах и проектно-конструкторских бюро была и внутренняя конкуренция идей, поскольку, если это позволяло кадровое и ресурсное обеспечение, то над одной темой работали две и более бригад, которые не только конкурировали друг с другом за результат, но и обменивались знаниями и наработками, помогавшими работать всем творческим бригадам.

Понятно, что в такой системе было и место творчеству, в том числе и инициативному. Один из примеров — разработка авиационного двигателя АМ‑38, на котором летал самый массовый советский самолёт времён Великой Отечественно войны штурмовик Ил‑2 (тираж 34 943 экземпляра), была начата в инициативном порядке, и только потом эта работа была включена в план. Истребители Гу-82⁹² и Ла-5 тоже были созданы в инициативном порядке.

В довоенный период по причине слабости экономики СССР, её кадрового и ресурсного обеспечения, такая конкуренция идей не была нормой для всех отраслей промышленности, поскольку она требует умелых кадров и ресурсного обеспечения их экспериментов. Но в наиболее значимых отраслях она была, в частности авиационной промышленности, в танкостроении, в производстве артиллерии и стрелкового оружия.

Такая конкуренция идей в условиях плановой экономики государства исключала «перерегулирование», организацию серийного выпуска продукции, не удовлетворяющей техническим требования, злоумышленное занижение ресурсных характеристик и ремонтопригодности продукции. Но до начала Великой Отечественной войны такая конкуренция идей не успела проникнуть во все отрасли народного хозяйства, главным образом по причине его неразвитости, что требовало развития в первую очередь отраслей группы «А» (производство средств производства), а также вследствие ограничений кадрового характера и иного ресурсного обеспечения научных исследований и опытно-конструкторских разработок в менее значимых отраслях.

Ликвидация конкуренции идей вместо её дальнейшего распространения на все отрасли народного хозяйства, была осуществлена уже в послесталинские времена бюрократами в процессе ликвидации ими большевистской организации народного хозяйства и системы управления им. Надо полагать, что предлог был подсказан из-за рубежа, и он был простой — «в параллельных разработках понапрасну растрачиваются ресурсы, поэтому в целях повышения экономической эффективности все научно-исследовательские институты и проектно-конструкторские бюро, предприятия должны специализироваться». Так бюрократы ввели повсеместно монополизм под видом специализации, которая действительно — там, где она уместна, — позволяет наращивать профессионализм и производительность труда. Но там, где прогресс обусловлен конкуренцией идей, узкая специализация неуместна, но требуется широта кругозора и способность соотносить разные предметные области друг с другом.

В эпоху распространения бюрократизации управления уничтожению конкуренции идей способствовало и интриганство многих руководителей, по просьбе которых властные бюрократы в отраслевых министерствах останавливали проекты конкурентов безо всяких к тому научно-технических или организационно-технологических причин (поэтому у нас есть Ту-160, но нет «сотки» — Т-4, созданной КБ П.О. Сухого, и развития «сотки»: их отличие в том, что для Ту-160 сверхзвук — это форсаж, а для «сотки» — маршевый режим; сэкономили на инвестициях в технологии и производственную базу авиапрома, которых требовало производство «сотки»).

Науку и НИОКР в послесталинские времена добивала и кадровая политика. Дело в том, что многие (если не большинство) научно-исследовательские институты и проектно-конструкторские бюро, чьё значение было всесоюзным (а не региональным), располагались в Москве, в Ленинграде, в столицах союзных республик. В них и в некоторых других городах прописка приехавших из других местностей (т.е. право на постоянное проживание) регламентировалась особо. Эта «особость» допускала прописку носителей рабочих профессий, но запрещала прописку выпускников вузов. Поэтому по окончании вузов в НИИ и КБ всесоюзного значения, размещённые в таких городах, распределяли только студентов, которые имели местную прописку. Но Москва и Ленинград, столицы союзных республик и некоторые крупные города, попавшие в реестр ограничений на прописку, не смогли обеспечить науку и инженерное дело талантливыми кадрами в необходимом количестве. Сколько потенциальных гениев не допустили в науку и инженерное дело по этой причине в 1960‑е — 1980‑е гг. — один только Бог знает. Но ущерб от этого (если судить по биографиям гениев прошлых эпох⁹³) гораздо больше, чем ущерб от негласных ограничений для евреев на обучение и работу, которые сделали многих талантливых людей антисоветчиками и вынудили их к эмиграции из СССР, после чего они реализовались как весьма успешные деятели в науке и технике либерально-буржуазного мира.

Это ещё раз на тему, что работают не деньги, не организационно-штатные структуры и своды должностных обязанностей и инструкций, не полномочия руководителей, а люди. Поэтому:

• Праведная этика — главный фактор успешности общественного развития.

• А кадровая политика в стиле «в связи с назначением на должность такую-то выдать такому-то «искру Божию» во временное пользование и удостоверить сие сертификатом с печатью⁹⁴», свойственная «элитарно»-корпоративной государственной власти и иных сфер деятельности, ни к чему хорошему не приводит, поскольку «искра» — всё же Божия и «Бог лучше знает, где помещать своё посольство»⁹⁵, а если сдуру или злоумышленно власть гасит «искры Божии» и их носителей, сживает их со свету, — то она сама неизбежно порождает широчайший спектр тяжёлых проблем — как для общества, так и для самой себя.

В большевистский период истории СССР была создана и система доступа к научно-технической информации. В 1952 г. был создан Всесоюзный институт научной и технической информации, который отслеживал публикации в отечественной и зарубежной печати, формировал краткие описания публикаций, из которых профессионал мог понять, о чём идёт речь, и эти описания публиковались в реферативных журналах⁹⁶. Все заинтересованные лица (как физические, так и организации и предприятия) могли подписаться на них, и, кроме того, эти журналы были в общем доступе многих библиотек по всей стране. Если управление в сети «фундаментальная наука — отраслевая наука — предприятия» ориентированно на развитие и поддерживает творчество, то благодаря этой системе они могли не «изобретать велосипед» с нуля, а будучи в курсе тематики заинтересовавших их публикаций, обратиться к самим публикациями и использовать их для развития своих идей. В этой системе была такая служба как «межбиблиотечный абонемент», в которой центральные более богатые по объёму хранимой литературы библиотеки высылали во временное пользование в региональные библиотеки и библиотеки предприятий литературу, вызвавшую интерес, либо микрофильмы. Главным недостатком этой системы было то, что ещё не было сети обмена информацией типа интернета, вследствие чего пересылка литературы занимала много времени, за малочисленными экземплярами выстраивались очереди на прочтение, вследствие чего её быстродействие в сопоставлении с эрой компьютерных сетей оставляло желать лучшего. Тем не менее, в ту эпоху эта система решала задачу информационного обеспечения творчества, если творчество носило систематический характер и человек вживался в систему, а не обращался к ней эпизодически.

Но по мере того, как бюрократизм в послесталинские времена распространялся и усиливался, вследствие чего наука стала плодить избыточно много публикаций по одним и тем же вопросам с одним и тем же смыслом либо с его отсутствием, эта система перестала отвечать задачам. Её забили «собственные шумы» науки как отрасли: возобладавший в ней принцип «учёным можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан» требовал для защиты диссертаций публикаций соискателей учёных степеней, и соискатели графоманствовали. Кроме того, количество изобретений и публикаций учитывалось в оценках работы сотрудников при начислении им премий и в делании карьеры, поэтому сотрудники тоже на основе одной статьи, в которой была некая научная новизна, писали серии статей, в которых эта научная новизна, переставшая быть научной новизной после публикации первой статьи, воспроизводилась в неких новых формах подачи информации или на основе иной фактологии.

В СССР действовала и система учёта изобретений, научных открытий и рационализаторских предложений. Её особенность была в том, что правом собственности на всё это обладало государство, а авторам (коллективам авторов) изобретений и научных открытий государство выдавало авторские свидетельства, юридически фиксировавшие их авторство по дате подачи заявок. Изобретения были одной из составляющих экспорта. Но во внутренней жизни страны государственная собственность на изобретения обеспечивала широкий доступ к ним заинтересованных лиц, и они внедрялись в жизнь. Это тоже работало до тех пор, пока государственные планы ориентировали предприятия на научно-технический прогресс, и тоже перестало работать, когда власть в стране стала тоталитарно-бюрократической. После этого заявки на изобретения стали подаваться ещё в большем количестве, поскольку они и авторские свидетельства учитывались при начислении премий и в продвижении по карьерной лестнице, по какой причине в общем объёме изобретений резко выросла доля графоманства, но сами изобретения не были востребованы в экономике⁹⁷. Права на их использование продавались за рубеж, и наши изобретения возвращались к нам в виде импортной продукции и технологий⁹⁸.

В связи с таким устройством патентной системы СССР либерал-буржуины обвиняют СССР в бесплатном присвоении государством права на изобретения, но умалчивают, что в странах либерально-буржуазной культуры собственниками изобретений, сделанных теми или иными людьми персонально, в подавляющем большинстве случаев являются фирмы, в которых эти люди работают. Потому вопросы не в том, на кого записаны права собственности на изобретения, а в том, 1) обеспечивает ли система социальной организации изобретателям дополнительные доходы от изобретательской деятельности, которые являются одним из стимулов к творчеству (но не главным) и 2) построена система так, что хозяйствующие субъекты заинтересованы во внедрении изобретений, либо они заинтересованы в том, чтобы ничего не внедрять, а носителей «искры Божией» — гнобить, а «искры» — гасить.

* * *

Безусловно, что эпоха большевизма и руководства страной И.В. Сталина не был «раем на земле». Причин было много, главные из них:

• «Общество праведного общежития, составленное из негодяев» — характеристика В.О. Ключевским перспектив социалистических преобразований в России: идеалы могут быть праведными, но негодяи не смогут их реализовать, пока не перестанут быть негодяями (см. сноску с мнением А.Е. Голованова о якобы «сталинских» репрессиях).

• Общая культурная несостоятельность населения.

• «Мраксизм» с его атеизмом, метрологически несостоятельной политэкономией, отсутствием психологии и теории управления — в качестве безальтернативного и догматизированного научно-методологического обеспечения государственного управления жизнью общества и экономикой.

• Проникновение в общество периферии зарубежных политических мафий и развёртывание агентуры спецслужб зарубежных государств.

• Кроме того, реализация научно-внедренческих циклов тормозилась непониманием роли стандартизации как инструмента построения матрицы, в которой протекает научно-технический прогресс⁹⁹.

Но при всех ошибках и пороках той эпохи, она была эпохой реального, а не иллюзорного развития общества и государства.

В последующие времена лицо страны формируют деградационные процессы, хотя потенциал развития не искоренён.

Однако в наши дни официоз науки с одобрения министерства просвещения (в прошлом «министерство образования и науки) и по его рекомендации уже детям младших классов ту эпоху представляет как эпоху исключительно обмана народа государственной властью, её лицемерия, ошибок, злоупотреблений. Ниже выдержка из школьного учебника для 4‑го класса.

«СТРАНА-ТРУЖЕНИЦА

В 1930‑е годы СССР стал гигантской стройкой. Работали не считаясь со временем, искренне веря, что строят новую прекрасную справедливую жизнь. В это время были построены новые города, возникли тысячи заводов, электростанций. В Москве появилось метро.

Изменилась и жизнь деревни. Крестьян стали принуждать хозяйствовать по-новому, коллективно. Они должны были объединяться в колхозы — коллективные хозяйства — и сообща трудиться на земле. Не все труженики хотели этого.

Радостные песни звучали по радио, на улицах во время демонстраций. Фильмы тех лет рассказывают о счастливой жизни народа: «Цирк», «Волга-Волга», «Светлый путь». Но на самом деле в государстве воцарилось беззаконие. Ещё в конце 1920‑х годов в партии и стране утвердилась личная власть И.В. Сталина. Хозяйственные планы часто не выполнялись в срок. Вину за это возлагали на руководителей заводов, учёных-экономистов, инженеров, рабочих, колхозников. Людей, которые честно трудились, объявляли «врагами народа» (…)

В 1922 году образовался Союз Советских Социалистических республик. К концу 1930‑х годов СССР добился больших успехов в развитии промышленности. Но это произошло за счёт трудового порыва народа, лишений большинства населения страны.

Задания для домашней работы

1. Узнай у взрослых, из семейного архива, как отразились события 1920—1930‑х годов на жизни твоей семьи. Составь рассказ».¹⁰⁰

Приведённый фрагмент школьного учебника, помещённый в контекст раздела 9.4, — показательная иллюстрация на тему «как лгать умолчаниями, не сказав при этом ни слова лжи».

Кроме того, учебник полон глупостей. Одна из глупостей в приведённом выше фрагменте — «СССР добился больших успехов в развитии промышленности. Но это произошло за счёт трудового порыва народа, лишений большинства населения страны». — Как можно добиться больших успехов в развитии без труда? Если в Российской империи, большинство населения жило в нищете, было безграмотным, то откуда после разрухи, вызванной первой мировой войной, гражданской войной, в которой приняли участие интервенты — претенденты в колонизаторы России, о которых в разделе учебника, посвящённом гражданской войне вообще не упомянули, дабы не рассказывать о зверствах представителей «коллективного Запада», — могло мгновенно возникнуть потребительское изобилие?

И не надо говорить, что в цитированном учебнике — упрощённое, адаптированное до уровня развития детей описание этой и других эпох. Это — ложь и клевета на эпоху большевизма, фальсификация всей истории страны, её очернительство. Учебник даёт ложное представление об истории, скрывая её алгоритмичность (целесообразность действий людей и причинно-следственные связи между событиями), умалчивая о «неудобных» и неугодных — для либерального антирусского политического официоза — фактах, социальных явлениях (прежде всего, об объективном различии деградации развития) и проповедуя заказное отношение к упоминаемым в нём событиям.

На учебник получено положительное заключение Российской академии наук № 1016-5212/321 от 01.11.2010 и Российской академии образования № 01-5/7д-539 от 20.10.2010 г. и, соответственно, — де-юре, — авторы учебника, его рецензенты из обеих академий и властные бюрократы в минпросвете¹⁰¹, допустившие учебник в школы, — не враги народа¹⁰², а просветители подрастающих поколений.

—————————

Теперь вернёмся к теме «Кристалла роста». В этой книге обойдены молчанием две фундаментальные темы:

• вопрос об эксплуатации человека человеком — её неизбежности, допустимости либо необходимости искоренить;

• вопросы о сути человека и потенциале его развития, нравственности и этики в жизни общества и во всём разнообразии деловой коммуникации людей в ходе хозяйственной деятельности.

В силу этого «Кристалл роста», лежит в пределах либерально-буржуазной парадигмы о смысле жизни цивилизации, согласно которой: Смысл жизни цивилизации — научно-технический прогресс, «рост экономики» и потребительство без каких-либо ограничений, если потребительские интересы не противоречат действующему законодательству, возведённом в ранг Божьего установления и потому происхождение и назначение которого неведомы и вне обсуждений.

Поэтому воспроизвести ни культурно-экономическое чудо СССР 1920‑х — 1953 гг., ни породить новое культурно-экономическое чудо в условиях капитализма, мурло которого пытаются слегка очеловечить, — не получится потому, что сутью чуда большевистской эпохи была устремлённость к праведной этике как безальтернативной основе жизни и развития человечества.

Хотя переход к плановой экономике, за которую ратуют авторы «Кристалла», необходим, и если в ней межструктурные связи и функции структур будут выстроены управленчески грамотно, то она будет эффективнее, нежели либерально-рыночная даже с внедрёнными в неё элементами государственного планирования и регулирования рынков. Однако этот переход следует изначально расценивать только как важный этап в развитии страны и человечества на пути к тому, чтобы признать:

• хилиазм-милленаризм — учение о становлении Царствия Божиего на Земле усилиями самих людей в Божьем водительстве — не ересь, а истинная суть Христианства, от которой создатели всех церквей имени Христа отказались (в частности, с «Символе веры» нет ни одной фразы, сказанной Христом: всё — отсебятина отцов-основателей церквей) и к которой их паства не пришла самостоятельно по причине культового бесчувствия и бездумья.

• либо в атеистической трактовке истории — коммунизм норма жизни человечества, хронический отказ от этого идеала имеет следствием порождение фашизма в той или иной форме, на что намекал У. Эко в статье «Вечный фашизм».

9.5. Структура системы государственного управления\

народным хозяйством

Устойчивое эффективное управление экономическим обеспечением общественного развития и задач государственной политики требует функциональной преемственности различных этапов процесса, представленного в виде циклики на рис. 9.1-1, т.е. системного исключения ситуаций, описываемых поговоркой «у семи нянек дитя без глазу» и компиляцией басен И.А. Крылова «однажды Лебедь, Рак и Щука решили Тришке починить кафтан». Это означает, что в соответствии с преемственностью этапов в циклике решения комплексной задачи государственного управления биосферно-социально-экономическим развитием:

Первый — четвёртый этапы цикла, представленного на рис. 9.1‑1

• Госплан должен быть при главе государства (но не в составе администрации Президента) и его обязанность — разрабатывать государственные планы биосферно-социально-экономического развития. Аппарат главы государства, Дума, Правительство могут принимать участие в разработке государственного плана только на этапах: 1) целеполагания и 2) оценки представленных Госпланом вариантов плана, поскольку после решения задачи целеполагания работа над планом — это сбор и верификация информации и последующие расчёты, а не обсуждение хотелок по регламенту, хотя Госплан должен консультироваться и с другими органами государственной власти по разным аспектам разработки и возможностей реализации всех вариантов плана.

• Госкомстат должен быть подчинён Госплану, который обязан контролировать работу Госкомстата.

• Кроме того, Госплан должен курировать разработку всего научно-методологического обеспечения управления хозяйством страны и его реализацию в стандартных алгоритмах и программном обеспечении, необходимых для сбора, верификации и обработки информации на всех этапах разработки и реализации государственного плана биосферно-социально-экономического развития.

Пятый этап цикла, представленного на рис. 9.1‑1

• Минэкономразвития должен знать фактологию, характеризующую биосферно-социально-экономические системы страны в целом и её регионов, и на этой основе соучаствовать в разработке планов, контролируя достоверность исходных данных при разработке планов, поскольку именно ему предстоит руководить осуществлением планов.

• Минфин, как инструмент управления кредитно-финансовой системой, которая в свою очередь являются инструментом управления статистиками производства, распределения и потребления, должен быть либо влит в состав Минэкономразвития либо подчинён в первую очередь ему. Эмиссия должна осуществляться Минфином на принципах, изложенных в разделе 9.2.3 (т.е. никаких независимых от государственной власти центроабнков, федеральных резервных систем и т.п. быть не должно). Федеральная налоговая служба и прочие финансово-контролирующие органы должны быть подразделениями Минфина в его описанном выше качестве.

——————————

• Всё это нуждается в юридическом обеспечении деятельности, и потому необходимо создать новое законодательство о хозяйственной и финансовой деятельности, свободное от пороков ныне действующего законодательства, а именно:

<!-- -->

• волокиты, при которой оформление всех документов (включает в себя их согласование разными ведомствами), позволяющих начать работы на законных основаниях, требует времени от трёх недель до бесконечности;

• невозможности во многих случаях на законных основаниях осуществить (вообще либо в разумные сроки) закупки необходимого оборудования, сырья, комплектующих, услуг соисполнителей и иных сторонних организаций, необходимых для проведения работ;

• практики навязывания исполнителю работ цен, заведомо не обеспечивающих уровень рентабельности, позволяющий предприятию устойчиво функционировать и развиваться (это особенно характерно для госзаказов и гособоронзаказов, в частности);

• узаконенной безответственности представителей госзаказчика за срыв именно им сроков завершения работ вследствие волокиты и некомпетентного сопровождения выполнения работ по заказу.

Для разработки этого законодательства требуются не только юристы, но и специалисты по теории управления, алгоритмисты и программисты, знающие, что такое процессы, быстродействие, оценки качества управления, — чего юристы не знают (их невежество, которое не может быть бесхозным, выражается в противоречивости и неработоспособности ныне действующего законодательства о хозяйственной и финансовой деятельности).

• Кроме того, совершенствование законодательства о хозяйственной и финансовой деятельности требует создания специализированного постоянно действующего органа государственной власти, в обязанности которого входило бы:

<!-- -->

• сбор и регистрация претензий хозяйствующих субъектов к действующему законодательству и правоприменительной практике;

• анализ существа претензий;

• организация разработки мер, направленных: 1) на устранение выявленных проблем в законодательстве и правоприменительной практике и 2) на повышение быстродействия управления производственно-потребительской системой государства и повышение качества её функционирования;

• реализация предложений по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики на основе права законодательной инициативы.

Ныне действующее законодательство о хозяйственной и финансовой деятельности и соответствующая правоприменительная практика таковы, будто они разработаны в полном соответствии с инструкцией 1944 г. Управления стратегических служб США по организации саботажа на оккупированных третьим рейхом территориях¹⁰³.

• Кроме того, это нуждается в кадровом обеспечении и кадры управленцев всех сфер деятельности и уровней власти в них и в масштабах страны должны готовиться на основе жизненно состоятельного научно-методологического обеспечения государственного управления.

• На уровне аппаратов глав регионов и первых лиц регионов и государства, на уровне директоров предприятий не должно быть лиц, которые не знают балансового метода, не понимают принципов построения балансовых моделей и их управленческой интерпретации и не умеют ими пользоваться в своей деятельности и во взаимодействии с органами государственной власти.

—————————

То, что хозяйственная система государства, в которой сочетаются государственный план, рыночное регулирование и творческая инициатива, возможна, была построена в СССР и доказала свою эффективность делом в мирное и военное время, — обстоятельно показано на фактах истории и их взаимосвязях авторами книги «Кристалл роста. К русскому экономическому чуду»¹⁰⁴. Однако, эта книга при всей её полезности не содержит научно-методологического обеспечения государственного управления и управления в народном хозяйстве, на основе которого можно было бы готовить управленческие кадры.

Основы научно-методологического обеспечения государственного управления общественным развитием и экономическим обеспечением прочих задач государственной политики в соответствии с предложенной моделью представлены в книге «Экономика инновационного развития»¹⁰⁵ и в шеститомнике ВП СССР «Основы социологии».

Для возрождения страны требуется политическая воля, реализующая отказ от либерально-буржуазных бредней и заведомой лжи (включая и либерально-рыночную экономическую модель) и обеспечивающая суверенитет¹⁰⁶ в его полноте в русле собственной концепции глобализации, выражающей идеалы справедливости многонационального Русского мира.

Кто хочет возродить страну — тот работает, кто не хочет — находит отговорки, чтобы оправдать своё ничегонеделанье, делает карьеру, а не дело, и тупо получает зарплату (денежное довольствие), паразитируя на занимаемой должности, на жизни народов страны, на биосфере Земли-Матушки.

Внутренний Предиктор СССР,\

26 февраля — 13 апреля 2022 г.

……………….. Продолжение следует ………………

К произведению · Каталог