Печальное наследие Атлантиды (Троцкизм это «вчера», но никак не «завтра») / 5. Вынужденность психического троцкизма

Печальное наследие Атлантиды (Троцкизм это «вчера», но никак не «завтра») · раздел 6 из 9 · источник: автоматическая транскрипция.

Содержит авторские утверждения; их фактическая достоверность оценивается отдельно. Текст — автоматическая транскрипция источника.

Первичный текст. Печальное наследие Атлантиды (Троцкизм это «вчера», но никак не «завтра»). Источник: Печальное наследие Атлантиды (Троцкизм это «вчера», но никак не «завтра»).doc sha256 4b3085a3f511e12d…; страница на dotu.ru. Автоматическая транскрипция DOC→Markdown; смысл и формулировки не правились. Контрольные суммы и статус проверки — в NOTICE.md. Содержание передаёт позицию авторов; утверждения не верифицированы библиотекой.

5. Вынужденность психического троцкизма

Если не стоять на точке зрения бессмысленности природных (естественно-стихийных) явлений, свойственной материалистическому атеизму, то предшествующая глобальная цивилизация была разрушена властью Свыше целенаправленной геофизической или астрофизической катастрофой по причине того, что в ней носители демонического типа психики¹ пришли к безраздельной внутрисоциальной власти и поддерживали её в преемственности поколений, угнетая тех, кого смогли подневолить, не взирая на предупреждения Свыше² о запретности этого пути. И только разрушение прошлой глобальной цивилизации в катастрофе планетарного масштаба открыло дорогу к построению на Земле человечной глобальной цивилизации.

Тем не менее всем, кому дано Свыше быть людьми, также дано действовать по их свободной воле, в соответствии с их миропониманием, и реальной нравственностью. Вследствие этого, попытки к восстановлению в жизни нынешней цивилизации реальной нравственности и этических норм Атлантиды, в большинстве своем не пресекались непосредственно Свыше, хотя примеры такого рода имеют место на всём протяжении её истории. Один из последних примеров такого рода — смерть митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, когда Свыше было пресечено его ритуальное злоупотребление именем Божьим в попытке благословить пирушку “элиты”; ранее, подобно этому, из-за внезапной болезни Бронштейн (Троцкий) не смог вовремя прибыть в Москву, чтобы стать преемником Ленина в должности вождя мирового пролетариата после его смерти.

Но все деятельные устремления тех, кто был не согласен с явным и тайным “элитарно”-невольничьим общественным устройством, поддерживались Свыше прямо и косвенно, т.е. и непосредственно, и опосредованно через других членов общества и общеприродные явления.

Демонизм ограничен во всех своих проявлениях вследствие индивидуализма, превозносящегося над окружающими; он внутренне конфликтен. По этой причине он обречен и на ограниченность своих прогнозов и сценаристских разработок; а при их осуществлении, вследствие ограниченности и внутренней конфликтности при выяснении, кто из демонических личностей иерархически более значим, сценарии всегда осуществляются с потерей времени и некоторыми отклонениями от ранее задуманного.

Такого рода непредсказуемые ошибки в прогностике при разработке сценариев и непредсказуемые препятствия при их осуществлении в мировоззрении знающего о Боге, характеризуются словами А.С.Пушкина: «случай — мощное мгновенное орудие Провидения». В атеистическом же мировоззрении такого рода непредвиденные случаи воспринимаются не как мощное мгновенное орудие “несуществующего Провидения”, а как ничем не обусловленное, непредсказуемо случайное невезение или везение при осуществлении тех или иных намерений.

Приведенная характеристика «случая» А.С.Пушкиным выражена им в таком контексте:

«Провидение не алгебра. Ум ч<еловеческий>, по простонародному выражению, не пророк, а угадчик, он видит общий ход вещей и может выводить из оного глубокие предположения, часто оправданные временем, но невозможно ему предвидеть случая — мощного мгновенного орудия Провидения³».

В этой неспособности предвидеть действие мощного мгновенного орудия Провидения — случая — одинаковы и человечность, и демонизм. Но отношение Свыше к тому и к другому — качественно различно.

Демонизм и человечность также равны и в их способности видеть общий ход вещей, которому принадлежит статистика множества случаев, в силу чего они оба способны выявить, что определённо в жизни цивилизации на протяжении всей истории систематически поддерживается залпами мощного мгновенного орудия Провидения, а что определённо ими же уничтожается.

На протяжении всей истории определённо поддерживается отказ тех, кому дано Свыше быть людьми, пребывать рабами кого-либо из осознанно или бездумно притязающих на достоинство “сверхчеловека” в человечестве. Как выражение этого рухнуло обнаженное рабовладение и кастовая система, когда исчезла социальная база, способная психически и мировоззренчески быть невольниками, «говорящими орудиями».

Реагируя на такого рода изменение общественной психики и мировоззрения, реставраторы Атлантиды вынуждены были перейти к кланово-сословному строю типа европейского феодализма, признающего хоть какое-то достоинство человека за представителями “социальных низов”. Потом, спустя продолжительное историческое время, после многократных крестьянских восстаний и незатухающего конфликта между региональной земельной аристократией и международными “элитами” и их хозяевами, а также и по причине исчезновения социальной базы, способной быть крепостными и бесправными низшими сословиями, рухнул и феодализм.

Реставраторы глобальной Атлантиды вынуждены были перейти к «буржуазной демократии» на основе формального юридического равенства всех членов общества перед законом. Но законодательство по-прежнему выражало библейскую доктрину финансово-ростовщического расового рабовладения, а Библия открыто лежала в основе культуры Западной региональной цивилизации.

Тем не менее и в таком виде с начала XIX века их безраздельная власть обещала потерять устойчивость по причине фактически рабского положения в обществе «свободы, равенства, братства» всевозможного “лично свободного” наемного персонала, не согласного со своим положением. Кроме того, гонка потребления в обществе с господством животного строя психики, игнорирующем даже ту ограниченную самодисциплину, которую предлагали ограниченные библейские заповеди, вследствие роста энерговооруженности и технико-технологического прогресса вела дело к дальнейшей раскачке социальной системы при изменении межотраслевых пропорций занятости и сохранении прежней системы образования, программирующей психику готовыми к употреблению знаниями и навыками.

А главное — ширилось падение доверия к священнослужителям, что сулило перспективу утраты доверия к библейским культам в целом. Это означало, что необходимо было заботиться о том, как сохранить существо библейской “элитарно”-невольничьей культуры, когда Библия утратит свой авторитет в обществе под давлением нараставшего авторитета материалистической науки, развивавшейся без церковной опеки и репрессий уже несколько столетий.

Соответственно складывающейся новой исторической обстановке и возник марксизм, как очередная модификация «свободы, равенства, братства», без реальных свободы, равенства, и братства членов цивилизуемых обществ, подневольных «расе цивилизаторов». Как было показано ранее, марксизм, будучи изначально психически троцкистским учением, давал правдоподобные объяснения общественно-историческому развитию и хозяйственной деятельности общества, в предположении его хозяев, что «эти скоты, предназначенные для работы, но возомнившие себя людьми», не поймут скрытой сущности учения и удовлетворятся тем, что: «работа есть, зарплата есть, сыт, обут, одет, в праздник “культурно пьян”, жить где — есть, жена и дети устроены, в отпуск езжу каждый год; господ, включая и Бога, нет, все равны и “товарищи” один другому. Еще чего?»

Когда же новый строй блестяще показал свою жизнеспособность в общественно-экономическом и культурном развитии, а тем более во второй мировой войне ХХ века, и казалось уже можно было приступить к распространению “передового опыта” на весь остальной мир, то неожиданно определенный на должность “великого и мудрого вождя” «вожак стада этих скотов» в “Экономических проблемах социализма в СССР”:

• выносит марксизму смертный приговор;

• излагает основы антимарксистского по существу учения о социализме и переходе к коммунизму, хотя и пользуется марксистской терминологией;

• а потом натравливает, возглавляемое им рабочее стадо на стадо управляющих биороботов, осуществляющих особую функцию глобальной сборки социальной системы в осуществляемой доктрине.

  В результате массово изданная одна брошюрка объемом около 100 страниц и несколько искусственно раздутых процессов против сионизма высветили и спустили в историческую канализацию всю многовековую работу по воссозданию, если уж не обнаженной сегрегации Атлантиды, то хотя бы сохранения скрытной безраздельной власти «расы господ» над «этими скотами».

  Опасность была локализована, и зона так неудачно завершившегося, но поначалу обнадеживающего эксперимента была изолирована от остального мира на тридцать лет. После этого начался новый этап включения её в “новый мировой порядок” осуществления унаследованной от прошлой глобальной цивилизации привязанности “господ” к демонической беззаботности, безответственности и комфорту.

  При этом обладающие повышенной чувствительностью к тенденциям развития общественных процессов психические троцкисты излагают мнения, по существу указывающие на их сомнения в возможности исчерпания «общего кризиса капитализма» на основе определенной идеологии, будь то марксизма, либо что-то еще, способное сокрыть их власть за пеленой правдоподобной лжи. Общий кризис капитализма предлагается изживать не на основе явно оглашенного учения, а на основе единообразного понимания умолчаний и намеков во множестве учений теми, кто к этому способен, в предположении, что «эти скоты» купятся на сей раз на свободу от идеологий, вспомнив в душе не добрым словом систему политучебы от детского сада до старости, существовавшую в эпоху марксизма. Должен состояться “плюрализм” идеологий, в котором «скоты» и «зомби» будут беспомощно блуждать, а «умные люди» поймут и тем самым сохранят свое “элитарное” положение и власть над «рабочими скотами» и пасущими их стада «биороботами».

  Образец такого подхода продемонстрировал не «Троцкий сегодня», а «Парвус сегодня»⁴ — Джордж Сорос. Газета “Совершенно секретно” № 2, 1998 г. опубликовала статью “Грабительский капитализм” с подзаголовком «Сенсационная речь Джорджа Сороса, которую все осуждающе комментировали, но никто не читал». В статье приводятся обширные выдержки из выступления Дж.Сороса на Американо-российском симпозиуме инвесторов в Гарвардском университете, проведенном в начале января 1998 г. Хотя в ней речь идет только о нынешнем российском капитализме, который характеризуется как грабительский, но по существу она порицает всю глобальную систему капитализма, в частности, потому, что Дж.Сорос не может не знать, что его персонально, контролируемые им и прочие спекулятивные фонды, обвинили в том, что они ограбили в октябре — ноябре 1997 года страны Юго-Восточной Азии.

  Дж.Сорос характеризовал все имевшие место в недавнее время валютно-финансовые потрясения, и намеченные на ближайшее будущее (крушение японской иены 1 апреля 1998 г.⁵) как «ничто по сравнению с окончанием советской эпохи...

  Крушение одной системы потребовало срочного создания новой. Есть два взгляда⁶ на то, каким должен быть этот новый режим. С моей точки зрения, оптимальным было бы создание открытого общества, которое не зависит от какой бы то ни было идеологии. И поскольку мы постоянно сталкиваемся с несовершенством восприятия, несовершенством взаимопонимания, мы не можем создать совершенное общество. Всё, что нам остается, — это создать несовершенное общество, в котором люди имеют свободу выбора и свободу самореализации, тем самым совершенствуя общество. Безусловно, подобная система не сможет существовать без необходимых демократических институтов, без рыночных механизмов, способных корректировать ошибки, и, конечно, без главенства закона, управляющего всей жизнью общества... Так, в сущности, существуют все цивилизованные государства».

  Это — выражение пессимистичного демонизма, вне зависимости от того, насколько глубоко понимает это сам Дж.Сорос. Оно хорошо стыкуется с проблематикой, освещенной в статьях Марков Владимировых в “НГ-Сценариях”: отсутствие определенной идеологии, как системы ясно выраженных воззрений на нормальную жизнь общества и отклонения от нормы; верховенство закона, по умолчанию выражающего некую концепцию общественного самоуправления; абстрактный гуманизм; и плюрализм мнений, без заинтересованности в том, какое из них ближе к истине; отказ от определённости терминологии при описании жизненных явлений и обсуждении проблематики при переносе основного содержания выступлений в подтекст и намеки, чтобы только «преданные поняли»⁷; негласные запреты на обсуждение некоторых тем, и, как следствие, — гонения и репрессии без объяснения причин в отношении тех, кто не желает жить в мире намеков и умолчаний и не подчиняется безоговорочно диктату намеков, умолчаний и их толкователей.

  Из этого же можно понять, почему психический троцкист А.Н.Яковлев так внезапно возлюбил буддистскую философию. Один из учителей буддизма — Дзесю — высказался так:

  «Совершенный путь не труден, он просто презирает отбор и выбор. Как только вы начинаете что-либо утверждать, имеет место отбор и выбор. Существует прозрачная пустота, но я не пребываю в этой прозрачной пустоте. Но достаточно ли вы, однако, уделяете ей внимание?» (“Дзэн-Буддизм”, Дайсэцу Судзуки, «Основа Дзэн-Буддизма», с. 225, 1993 г., МП “Одиссей”, Главная редакция Кыргызской Энциклопедии, Бишкек).⁸

  Исторически реальному буддизму действительно свойственна гибкость мышления, парящая над окостеневшими логическими схемами и догматикой, что нашло в буддизме выражение в развитой культуре многозначных (в том числе и внелексических) иносказаний, которые каждый понимает в зависимости от строя психики и в меру развития его чувственности, миропонимания и внелексического мышления как такового, только соотнося со своим психическим миром некие “слова” собеседника. Хотя это и позволяет обеспечить передачу <u>представлений об истине</u> и самой буддистской истины, однако, при таком подходе возможны и взаимно исключающие варианты понимания одних и тех же слов, после чего, ошибочно их понявший, обречен идти по жизни, неизменно набивая себе шишки до тех пор, пока не обретет иного видения внелексического смысла, на который ему указали какими-то словами или иными знаками: слово «луна» — только «палец, указующий на луну»⁹, но не сама луна; горе тому, кто примет палец за луну. Это действительно так, но такой подход предполагает, что на “луну” допустимо указать, не только “пальцем”, но как-то иначе, например, тем, что находится ниже спины; но всё же следует признать, что все варианты указания на “луну” различаются между собой по точности указания и однозначности его восприятия. Однако из всего сказанного следует простой вывод: те, чье внимание обращают на “луну”, обязаны сами увидеть “луну”, а не утверждать, что “луна” и есть то, чем им на неё указали.

  Так и приведенную фразу о совершенном пути тоже можно понять как минимум двояко:

• Во-первых, как утверждение, что выражением приверженности совершенному пути является отказ в повседневной жизни во всех обстоятельствах от какого-либо определённого отбора и выбора.

• Во-вторых, как утверждение о том, что после отбора выявленных вариантов дальнейшего развития, свершения определённого выбора объективно совершенного (в смысле наилучшего) пути и выхода на него, остается только его придерживаться, в силу чего поступающие предложения отбора и выбора альтернатив действительно совершенному пути отвергаются. Этому пониманию в Русской культуре соответствует пословица «от добра добра не ищут».

  Так что действительно: совершенный путь не труден, но требует терпения и определенных усилий при отборе и выборе путей выхода на него и самодисциплины при переходе на него из состояния несовершенства. Но так обстоит дело во втором варианте понимания; в первом варианте иллюзия возможности не делать выбора действительно объективно совершенного пути обрекает на трудности, способные привести не внемлющего ничему демонического индивида к погибели и в этой, и в вечной жизни.

  Абстрактному гуманизму, в котором часто выражается бессознательный демонизм при осознанной декларации благонамеренности индивидом, внутренне присуще нежелание делать определённый отбор и выбор своего свободного поведения в согласии его с Высшим промыслом, поскольку это было смертью своевольно демонического индивидуализма и преображением его в человечный строй психики.

  Тем не менее демонический отказ от выбора определённости и поисков своего согласия с Высшим промыслом самооправдывается, как правило, нежеланием лишиться неповторимого своеобразия личности.

  Демоническое нежелание делать выбор и вызывает внезапную “любовь” к недогматической буддистской философии, в которой недогматичность демонически понимается не как умение дать собеседнику множество подходов к одной и той же определённой истине, а как неопределённость и непознаваемость самой истины как таковой.

  При таком понимании отказ от отбора и выбора для тех, кому дано быть людьми, эквивалентен тому, что они сами падут жертвой осуществляемого Свыше естественного отбора тех, кто стремится реализовать себя в качестве человека состоявшегося и помогает в этом другим, и тех, кто уклоняется от этой возможности сам или препятствует в её осуществлении другими. Именно вследствие этого отбора Свыше в течение истории нынешней цивилизации потомки демонической «расы господ» Атлантиды утрачивают социальную базу «говорящих орудий», вследствие чего они вынуждены сдавать человечности одну позицию за другой, вынуждено изображая при этом свою приверженность равноправию и свободе выражения человеческого достоинства всех.

К произведению · Каталог