1. «Горби»: снова тень на плетень…

В этом абзаце всё выделено курсивом нами при цитировании.

По сути выделенное курсивом — признание М.С.Горбачёва в том, что <u>он САМ</u> оставил государственную и партийную власть бесхозной в самый ответственный период времени, когда решалась судьба страны. И это было им сделано вопреки тому, что возникновение чего-то подобного ГКЧП для него не было неожиданным (в этом он признаётся несколько далее по тексту).

Даже если оставить пока вне рассмотрения содержание той политики, которую он олицетворял собой в годы «перестройки», то отправиться на отдых в таких условиях, как минимум, — преступная халатность, а как максимум, — его супруга Раиса Максимовна и он сам плели некую интригу, в которой в конце концов они и запутались, что в конечном итоге и привело Р.М.Горбачёву к инсульту, онкологии и биологически преждевременной смерти (при этом супруги Горбачёвы сами были пешками в сценарии куда более обширной интриги, проводимой силами «закулисной политики»).

В связи с высказанной выше юридической квалификацией действий М.С.Горбачёва приведём выдержку из публикации в “Комсомольской правде” от 19.08.2006 г.:

«Вчера на пресс-конференции в «Комсомолке» бывший зам. председателя Военной коллегии Верховного суда РФ рассказал журналистам о некоторых тайнах расследования уголовного дела организаторов августовского путча 1991 года. Например, все 12 арестованных оправдывали своё участие в ГКЧП одним аргументом: «Мы действовали в состоянии крайней необходимости и в интересах государства».

Уколов признал, что этот довод был «железным» и судьи не могли не считаться с ним. Генерал юстиции дал неожиданно жёсткую личную оценку бывшему Президенту СССР Михаилу Горбачёву:

— Он привык работать в комфортных условиях. Когда стране стало трудно, он не нашёл эффективных решений.

На вопрос из зала «Возможно ли возбуждение уголовного дела против Горбачева?» Уколов ответил так:

— Как гражданин, я убеждён и считаю, что уголовное дело должно быть возбуждено» (выделено нами при цитировании: это мнение профессионального юриста. “Комсомольская правда” 19.08.2006 г., “Дело ГКЧП: Горбачёва ещё могут осудить”. Приводится по публикации в интернете http://www.kp.ru/daily/23758/56414/print).↩

Социология как наука по своей сути такова, что в конечном итоге рассмотрение всех проблем общества упирается в особенности психики людей — психики обществ и тех или иных людей персонально. Соответственно в настоящей записке нет ругани в адрес тех или иных людей персонально, но приходится связывать порождаемые ими проблемы и их мнения с их личностными качествами, включая и такие, как интеллект, нравственность, сборка психики в целом, и давать им нелицеприятные оценки. Если социология этого не делает, то она перестаёт быть наукой. Как говорится во многих американских фильмах, «ничего личного: это работа такая…»

В данном конкретном случае высказывания М.С.Горбачёва заставляют заподозрить то, что он — не только интриган и провокатор, но и шизофреник:

«я не допускал, что (…) противники перестройки пойдут на государственный переворот»;

«для меня не было неожиданным появление ГКЧП» (но если вопреки действительности признавать деятельность М.С.Горбачёва правомочной, а не изменнической, то ГКЧП — порождение государственного переворота и орган государственной власти, альтернативной власти президента СССР, какую должность в тот период занимал М.С.Горбачёв).↩

Сетовать на это М.С.Горбачёву глупо: после 1953 г. номенклатура на протяжении нескольких десятилетий формировалась как эксплуататорский класс, как наследственно-клановое сословие, паразитирующее за счёт своего социального статуса на всех сферах жизни общества. Это вполне можно было понять и до начала «перестройки», если не своим умом, то хотя бы на основании ленинского определения общественных классов (его в СССР «проходили» ещё в средней школе все, и повторно «проходили» во всех вузах):

«Большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определённой системе общественного производства, по их отношению (большей частью закреплённому и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которыми они располагают. Классы это такие группы людей, из которых одна может присвоить себе труд другой благодаря различию их места в определённом укладе общественного хозяйства» (Ленин В.И., Полное собрание сочинений, изд. 5, т. 39, стр. 15).

Элитаризовавшимся паразитам, для которых всякая власть, оказавшаяся в их руках, — средство осуществления паразитизма, действительное народовластие — помеха. Поэтому не выдержал «испытания демократией» и сам М.С.Горбачёв…↩

Это правильная постановка вопроса.↩

Кто её сейчас помнит? И в чём её «знаменитость»? — Похоже М.С.Горбачёв живёт в выдуманном им самим мире, в котором он и события его биографии и есть главный поток истории человечества.↩

«Жёстче» — в контексте той эпохи — значит по-диктаторски, поскольку доверие изрядной доли широких народных масс и рядовых партийцев к лету 1991 г. к себе М.С.Горбачёв сам уничтожил своею же политикой в стиле «и нашим (слова: «больше социализма» и т.п.), и вашим (дела: дезорганизация работы Госплана и Совмина СССР, попустительство продвижению кадров с прозападным буржуазно-либеральным миропониманием на руководящие посты, экстренное разоружение страны с выводом войск зарубежных группировок в чистое поле на территории СССР, строительство “дачи” в Форосе вместо жилья для семей офицеров за счёт бюджета Министерства Обороны СССР (об этом пишет В.С.Павлов в своей книге “Упущен ли шанс? или финансовый ключ к рынку”, Москва, «Терра», 1995 г.) и т.п.)».

Кроме того, в основе «жёсткости» успешных политиков лежит либо беспредельное властолюбие, либо непреклонная идейная убеждённость — определённость знания, что именно он хочет воплотить в жизнь для блага общества и что делать ни при каких условиях недопустимо. М.С.Горбачёву действительно ни то, ни другое не свойственно ни тогда, ни сейчас. Иными словами в основе «жёсткости политики» лежит какая ни на есть идея, а не плюрализм мнений (тем более если этот «плюрализм мнений» по одному и тому же вопросу сосредоточился в одной голове, как это имеет место у М.С.Горбачёва на протяжении всей его жизни).

Но точно так же такого рода «жёсткости» не хватило и ГКЧП.↩

Если бы КПСС раскололась, то последствия были бы те же, что наступили в результате ГКЧП, хотя процесс протекал бы, возможно, медленнее, чем в результате ГКЧП.

Дело в том, что в тот период раскол КПСС мог быть только по признаку самоопределения лидеров противоборствующих внутрипартийных группировок: бюрократов-консерваторов — с одной стороны и с другой стороны — реформаторов-перестройщиков — буржуазных либералов в «коктейле» с социал-демократами:

для бюрократов-консерваторов идеалом был социалистический экономический уклад под управлением режима типа брежневского, но при более дееспособных, просвещённых и концептуально дисциплинированных как лидерах персонально, так и номенклатуре в целом (по этому пути пытался вести страну Ю.В.Андропов: так министр МВД Н.А.Щёлоков, который был скорее «антикваром»-стяжателем за счёт государства, а не борцом за правопорядок и при котором милиция сама совершала преступлений едва ли не больше, чем раскрывала, хотя это при Л.И.Брежневе и не было широко известно, — стал одной из первых “жертв” кадровой политики Ю.В.Андропова к одобрению народа);

а для реформаторов-перестройщиков идеалом был фактически капитализм по образцу «передовых стран Запада», т.е. капитализм, разрядивший во многом классовую напряжённость за счёт более или менее развитой системы социального обеспечения, возникшей в них в середине ХХ века под давлением страха правящих классов перед организацией в них социалистических революций.

Благонамеренная партийная масса и беспартийное население в случае явного раскола руководства и актива КПСС при том состоянии общества, которое имело место быть в 1991 г., были бы раздираемы этими группировками, которые бы грызлись между собой за имущество и административный ресурс в прошлом единой КПСС. В таких условиях крах системы государственности СССР был бы неизбежен и вопрос только в том, кому и в какие сроки достались бы какие-то доли «советского наследия».

Альтернативой этому могла бы быть упреждающая лозунги «перестройки», её экономические и политические реформы чистка партии и прежде всего её руководства от паразитов на идеалах коммунизма. В ходе такого рода чистки мнение рядовых партийцев и беспартийных, — тех, кто не занимал номенклатурно-управленческих должностей и действительно жил своим трудом на одну зарплату, — должно было бы стать решающим в вопросе о том, достоин ли тот или иной партиец по своим нравственно-этическим качествам быть членом единственной правящей партии, либо же нет. И эта чистка затронула бы прежде всего партийную, государственную, хозяйственную и военную бюрократию.

Но начать «перестройку» с чистки правящей партии от идейных антикоммунистов и безъидейных «примазавшихся», ориентированных на «животно-физиологические радости», — на это М.С.Гобрачёв пойти не мог, хотя проведение чистки партии с участием беспартийных перед началом социально-экономических реформ и реформ государственного устройства было то единственное, что могло сохранить государственную целостность СССР и придать последующим реформам созидательный, а не катастрофический характер.

При взгляде с иных позиций чистка партии всё же была проведена, и она предшествовала «перестройке». Однако она проводилась не трудящимися рядовыми партийцами, а партноменклатурой так, чтобы, во-первых, в партии было поменьше настоящих приверженцев коммунизма — общества, в котором нет места системно организованному паразитизму разного рода меньшинств на труде и жизни большинства; и во-вторых, чтобы настоящие большевики-коммунисты не занимали в КПСС руководящих постов. Сам М.С.Горбачёв — порождение именно этой многолетней чистки единственной правящей в СССР партии от настоящих коммунистов — большевиков.↩

Самоопределение коммунистов в те времена требовало отказа от марксизма как от основы социологических и экономических воззрений партии и замены марксизма иной — адекватной жизни, и прежде всего, задачам управления теорией. На выработку такой теории и признание её прокоммунистически ориентированной частью общества требуется время. Этого времени заправилы закулисной политики коммунистам не дали в варианте реально происшедшего ГКЧП, но не дали бы они его в гипотетическом варианте раскола руководства КПСС. Поэтому высказанное М.С.Горбачёвым утверждение о способности коммунистов определиться в те годы — вздор.

Эту задачу — развития социологической теории — в последние годы своей жизни и в личных беседах, и в публичных выступлениях (см. “Экономические проблемы социализма в СССР”), неоднократно ставил И.В.Сталин. Но современники не вняли, и потому к началу перестройки настоящие коммунисты были в методологически-познавательном и идейно-теоретическом отношении безоружны. Собственно по этой причине они и проиграли битву за СССР и его дальнейшее развитие.

Более обстоятельно эта проблематика в материалах Концепции общественной безопасности рассмотрена в работах ВП СССР “Мёртвая вода”, “Краткий курс…”, “Диалектика и атеизм: две сути несовместны”, “Форд и Сталин: о том, как жить по-человечески”, “Иудин грех ХХ съезда”. Эти другие работы ВП СССР опубликованы в интернете на сайтах:

www.vodaspb.ru, www.globalmatrix.ru, http://mera.com.ru, http://subscribe.ru/catalog/state.politics.bkz, а также распространяются на компакт-дисках в составе Информационной базы ВП СССР).↩

Премьер-министром СССР в тот период был В.С.Павлов, впоследствии — один из членов ГКЧП, о чём далее.↩

В своём большинстве остальной мир этого не понимает и видит в России либо потенциального раба, либо потенциального врага. Всё прочее в остальном мире — большей частью декларации о благонамеренности, не подтверждаемые реальной политикой на протяжении нескольких столетий.↩

Потенциал действительно есть, хотя и существенно более слабый, нежели был у СССР в 1985 г. Ослабление потенциала выражается в основном в следующем:

изрядная доля населения утратила идеалы в отношении будущего;

демографическая ситуация стала хуже;

структура производственных мощностей не отвечает потребностям общественного развития и подавляющая часть технологического оборудования, капитальных сооружений и инфраструктур исчерпала свой ресурс и устарела «морально»;

научные школы, школы проектирования новой техники деградировали и процесс их деградации продолжается.

В уничтожении изрядной доли потенциала развития России и других постсоветских государств — прямая вина М.С.Горбачёва как главы государственности СССР. В частности: Кто должен был подготовить страну к жизни и развитию в условиях глобализации, если не Политбюро ЦК КПСС во главе с Генеральным секретарём?↩

Если «перестройка» в том виде, как её подавали обществу (экономический и научно-технический прогресс, демократизация жизни, рост благосостояния и т.п.), была прервана ГКЧП, то последнее утверждение М.С.Горбачёва вздорно, поскольку крах политики «перестройки», может иметь только одно значение для тех, кто привержен идеалам, провозглашённым при её начале. И это значение может быть выражено в приписываемой В.И.Ленину фразе: «Мы пойдём другим путём» (после того, как его старший брат А.И.Ульянов был казнён за участие в покушении на Александра III с целью ниспровержения исторически сложившегося в России политического строя и экономического уклада).

Но М.С.Горбачёв ВСЕГДА говорит о «перестройке» так, будто она достигла успеха. Это ещё одно проявление шизофрении? либо он подразумевает, что истинные, но не оглашавшиеся цели «перестройки» в действительности были успешно осуществлены: СССР был ликвидирован, а в постсоветских государствах произошла реставрация капитализма?↩