Интеллектуальная позиция №3 / Кооперативный мат как «выигрыш» в кооперативном дележе

Интеллектуальная позиция №3 · раздел 8 из 15 · источник: автоматическая транскрипция.

Содержит авторские утверждения; их фактическая достоверность оценивается отдельно. Текст — автоматическая транскрипция источника.

Первичный текст. Интеллектуальная позиция №3. Источник: Интеллектуальная позиция №3.doc sha256 c382f8464331aff8…; страница на dotu.ru. Автоматическая транскрипция DOC→Markdown; смысл и формулировки не правились. Контрольные суммы и статус проверки — в NOTICE.md. Содержание передаёт позицию авторов; утверждения не верифицированы библиотекой.

Кооперативный мат как «выигрыш» в кооперативном дележе

1. Астрологи давно предсказывали, что в начале третьего тысячелетия планета Земля войдёт в созвездие Водолея, после чего произойдёт смена эпохи Рыб на эпоху Водолея. Поскольку иудо-христианство всегда обозначалось знаком Рыбы, то по умолчанию полагалось, что произойдёт и смена библейской концепции управления на концепцию, адекватную знаку Водолея. Многие на Западе относились к этим предсказаниям со скептицизмом, свойственным жителям библейской цивилизации, однако август 2002 года, ознаменовавшийся затоплением почти всей западной и центральной части Европы — оплота библейской цивилизации — заставил иначе взглянуть на астрологические прогнозы такого рода. В некоторых газетах Запада наводнение, сильнее которого не было более ста лет, получило название «Библейского потопа». И всё-таки, происходящее на Западе наши и зарубежные СМИ подают как сцены развлекательного шоу, в процессе которого благополучные западные обыватели через перила мостов и набережных наблюдают за разбушевавшейся стихией. Точно так, как это было описано у Пушкина в “Медном всаднике”.

По утру над её брегами

Теснился кучами народ,

Любуясь брызгами, горами

И пеной разъяренных вод.

Конечно, Запад достаточно богат, чтобы выделить 5 миллиардов евро только для восстановления разрушенного наводнением в одной Германии. К тому же в Европе к наводнениям относятся как к делу достаточно серьёзному: всё разрушенное оценено, застраховано и подлежит оплате.

Другое дело — наводнение в России, пришедшее в этом году в её южные регионы. Со всех каналов Российского ТВ не сходят сцены, демонстрирующие беспомощность руководства и жалкое существование простых тружеников, чьё убогое достояние стало добычей разбушевавшейся стихии.

Обломки хижин, брёвна, кровли,

Товар запасливой торговли,

Пожитки бледной нищеты,

Грозой снесённые мосты.

Это тоже из описания наводнения в поэме А.С.Пушкина “Медный всадник”, которое произошло за год до того, как «дни лета катились к осени», то есть когда пришёл август катастроф, самая страшная из которых — сумасшествие главного героя поэмы. Известно, что когда Бог хочет наказать человека, он лишает его разума. Пушкин тоже считал самой страшной катастрофой для человека — сумасшествие:

Не дай мне Бог сойти с ума;

Уж лучше посох да сума.

2. Август 2002 года хронологически совпал по дням недели с августом 1991 года и потому, как и 11 лет назад, в воскресенье — 18 августа, и в понедельник — 19-го многие жили тревожным ожиданием: а вдруг снова какой-нибудь путч? И почти все газеты вышли со статьями на тему: что же всё-таки произошло в августе 1991 года? Что же это было? Революция или контр-революция?

«В шахматах есть этюды на так называемый кооперативный мат. Это когда и белые, и чёрные играют в одну дуду — одни по-серьёзному, другие — в поддавки. Складывалось впечатление, что я участвую примерно в такой игре».

Это признание одного из активных участников событий 11-ти летней давности профессора Д.Ольшанского, сделанное в газете “Россия” № 32 (статья “Уроки “как бы”. Чему нас научил последний кремлёвский переворот”).

Действительно в шахматах существуют задачи (а не этюды) на кооперативный мат, алгоритм решения которых специально подбирается так, чтобы чёрные, начиная игру с большим преимуществом, гарантировали себе мат со стороны белых. Нет нужды объяснять, что «составители задачи» на кооперативный мат для августа 1991 года обязали чёрными играть членов ГКЧП, у которых к началу «игры» по сравнению с белыми (ими играли диссиденты-демократы) было полное преимущество. Эта странная игра, в которой и члены ГКЧП, и толпа беснующихся полупьяных «демократов» были лишь шахматными фигурами, велась только в Москве. Всем остальным гражданам СССР была отведена роль зрителей циничной по своим замыслам партии. Но «составители шахматной задачи» на кооперативный мат, по всей видимости, были ещё и большими специалистами в области теории игр.

«Кооперативная теория игр, раздел теории игр, в котором игры рассматриваются без учёта стратегических возможностей игроков (тем самым К. т. и. изучает некоторый класс моделей общих игр). В частности, в К. т. и. входит исследование нестратегических (кооперативных) игр, лишённых с самого начала стратегического аспекта. В кооперативной игре задаются возможности и предпочтения различных групп игроков (коалиций) и из них выводятся оптимальные (устойчивые, справедливые) для игроков ситуации, в том числе распределения между ними суммарных выигрышей: устанавливаются сами принципы оптимальности, доказывается их реализуемость в различных классах игр и находятся конкретные реализации. В терминах кооперативных игр поддаются описанию многие экономические и социологические явления» (Большая российская энциклопедия, 2001 год).

В этом определении уже содержится подмена понятий, упрощающая ситуацию до абсурдности: «игроки» в кооперативной игре в своих возможностях, и особенно в предпочтениях, объективно ограничены концепцией управления игрой в целом, суть которой при таком подходе остаётся в умолчаниях. Выявление этой концепции одним из «игроков» (или их корпорацией) позволяет оценить «кооперативную игру» иначе, чем это возможно в навязываемых ею рамках, и тем самым позволяет выйти из-под власти концепции кооперативной игры после порождения собственной альтернативно-объемлющей концепции управления ситуацией в целом.

Есть в кооперативной теории игр и такой термин, как «гарантированный делёж». По всей видимости это и была та самая «вся правда», про которую одна из пешек в игре на кооперативный мат, вообразившая себя ферзём (а может быть и «шахматистом»), заявила после её завершения, что «всей правды она все равно никогда не скажет». Эта пешка, получившая по гарантированному дележу свою долю, благодаря которой и сегодня живёт беззаботно и припеваючи, видимо, всей правды просто не знала. Всю правду о событиях августа 1991 года знают некоторые специалисты-прикладники в области кооперативной теории игр.

Но ещё в 1984 году, за год до того, как эту и другие пешки «специалисты-прикладники» стали готовить для решения задачи кооперативного дележа, в которой гарантированный «выигрыш» — кооперативный мат, русский поэт Юрий Кузнецов популярно объяснил обществу суть алгоритмики «кооперативных игр с гарантированным дележом» в стихотворении «Маркитанты».

Было так, если верить молве,

Или не было вовсе,

Лейтенанты всегда в голове,

Маркитанты в обозе.

Шла пехота. Равненье на «ять»!

Прекратить разговоры!

А навстречу враждебная рать —

Через реки и горы.

Вот сошлись против неба они

И разбили два стана.

Тут и там загорелись огни.

Поднялись два тумана.

Лейтенанты не стали пытать

Ни ума, ни таланта.

Делать нечего. Надо послать

Толмача-маркитанта!

— Эй, сумеешь на совесть и страх

Поработать, крапивник?

Поразнюхать о слабых местах

И чем дышит противник? —

И противник не стал размышлять

От ума, от таланта.

Делать нечего. Надо послать

Своего маркитанта!

Маркитанты обеих сторон —

Люди близкого круга.

Почитай с легендарных времён

Понимали друг друга.

Через поле в ничейных кустах

К носу нос повстречались,

Столковались на совесть и страх,

Обнялись и расстались.

Воротился довольный впотьмах\

Тот и этот крапивник\

И поведал о тёмных местах\

И чем дышит противник.

А наутро, как только с куста

Засвистела пичуга,

Зарубили и в мать, и в креста

Оба войска друг друга.

А живые воздали телам,

Что погибли геройски.

Поделили добро пополам

И расстались по-свойски.

Ведь живые обеих сторон —

Люди близкого круга.

Почитай, с легендарных времён

Понимают друг друга.

3. Определение карикатурного путча, как шахматной задачи на кооперативный мат, интересно рассмотреть применительно к современному развитию событий в России. До сих пор считалось, что перевести социальную систему в иное состояние можно двумя способами: либо через революцию, либо через войну. А если ни то, ни другое не срабатывает, как это и оказалось к середине 1991 года, когда все многочисленные военные конфликты, спровоцированные националистическими «элитами» и поддерживаемые высшим руководством СССР в бывших советских республиках Средней Азии, Кавказа и Прибалтики никак не хотели перерастать в полномасштабную войну, тогда как? Для революции снизу не было ресурсов, да к тому же и «демократы» постоянно повторяли, что «в России лимит на революции исчерпан». Но оказывается возможен ещё один приём, внешне напоминающий одновременно и революцию «снизу» и революцию «сверху», который и можно назвать решением задачи на кооперативный мат. В августе 1991 года игра закончилась, «гарантированный делёж» состоялся, и те, кому составителями «шахматной задачи» была уготована роль зрителей, вернувшись к своим обычным житейским делам, вдруг обнаружили, что пока они бездумно глазели на происходящее, их обобрали до нитки. Правда им обещали реформы, в результате которых они должны были сказочно разбогатеть, но очень скоро «зрители» убедились, что реформы идут в интересах лишь тех, кто уже и так сказочно разбогател в результате «гарантированного дележа».

Прошло 11 лет после тех странных августовских событий 1991 года и в стране снова сложилась патовая ситуация: страна топчется на месте и снова требуется совершить перевод социальной системы в иное состояние. Но вся проблема в том, что никто из претендующих на управление страной не может чётко сформулировать обществу — что должно представлять собой это новое состояние. Сегодня всем ясно лишь одно: в «развитой социализм» по образцу застоя никто не хочет, но и в западное «общество всеобщего благоденствия» для России путь закрыт. Десять процентов населения, решившие свои проблемы за 10 лет реформ — это ещё далеко не вся Россия. Оставшееся в нищете 90 % — жаждут реальных перемен, понимая, что в результате «демократических реформ» их просто «кинули», если пользоваться терминологией уголовного мира.

4. Однако, состояние общества сразу после игры на кооперативный мат и 11 лет спустя — разное. Те, кто начинал реформы, показали свою дееспособность на стадии разрушения экономики «развитого социализма», но они оказались совершенно никчёмны при решении задач созидания, поскольку просто не представляют, что же должно быть создано на развалинах постсоветской экономики. Из истории ХХ столетия известно, что поколение разрушителей России в период революции и гражданской войны было уничтожено поколением, пришедшим им на смену, после чего процесс ликвидации революционных романтиков получил название «погрома ленинской гвардии». Демократическая пресса не раз называла Гайдара и К⁰ — «революционными романтиками».

В начале третьего тысячелетия в жизнь вступило новое поколение, одинаково свободное как от демократическо-библейской, так и марксистской зашоренности. Этому поколению, по замыслу составителей шахматных задач, видимо, и уготована миссия ликвидации «ельцинской гвардии», независимо от их желания: такова историческая необходимость. В какой форме может проходить ликвидация — пока вопрос неясный. Но если исходить из известной формулы того же Маркса: «История повторяется дважды: один раз как трагедия, другой, — как фарс», то видимо предстоит большая потеха, в результате которой «новые россиянские революционе-р-ры» сойдут с исторической сцены не просто как куклы-марионетки, а как очень смешные куклы. И идущая более пяти лет по каналу НТВ передача «Куклы» — своеобразная подготовка общественности к такому концу «перестроечной гвардии».

5. Однако не следует забывать, что в обществе присутствует довольно большая часть, которая с вожделением ждёт топора «инквизиции». С 1997 года в стране существует подготовленный в Гарварде и сценарий под кодовым названием «Инквизитор», в соответствии с которым большая часть социально активного русского молодняка должна быть уничтожена в ходе борьбы со всевозможными видами «экстремизма». Большинство из тех, кто самозабвенно жаждет «топора инквизиции», не задумывается о последствиях «топора» и уверено в том, что само оно под «топор инквизитора» не попадёт ни при каких обстоятельствах. Эта часть общества жаждет возмездия и справедливости, и их настроения будут учитываться составителями шахматных задач на кооперативный мат до тех пор, пока жизнь большинства не изменится к лучшему. Какова же вероятность в России новой реализации алгоритма шахматной задачи на кооперативный мат? Достаточно высокая и вполне возможно, что такая задача составлена и в ней уже определено, кто будет играть чёрными, а кто — белыми. Какие можно указать признаки существования такой задачи? Те же самые, что сформировались к августу 1991 года.

Сегодня, как и 11 лет назад, и тех, кто жаждет «топора инквизиции», и тех кто этого топора боится, одинаково не устраивает фигура нынешнего президента. Но есть в сложившейся политической ситуации в России и нечто новое, не учитываемое составителями «шахматных задач» на кооперативный мат. Это новое определяется тем, что в отличие от 1991 года, сегодня политических группировок не две как это было тогда (марксисты и демократы), а много больше и каждая из них занята поиском фигуры, способной прежде всего воплотить интересы её закулисных хозяев и публичных лидеров. И поскольку цели всех кланов и корпораций не совпадают с общенародными и государственными интересами, то никто особенно не задумывается и над тем, какая же личность может быть востребована или принята в качестве главы государства если не всем обществом, то по крайней мере его недеклассированной частью.

В данном случае речь идёт не о конкретной личности Иванова, Петрова или Сидорова, а о некотором нравственно-психологическом типаже, выражающем ожидания большинства, И хотя он не соответствует стереотипам недавнего прошлого и настоящего, но тем не менее он объективно существует и о нём можно получить какое-то представление, анализируя по крайней мере внешний образ тех политических фигур, которые всплыли на волне перестройки.

6. После августа 1991 года хорошо стало видно, что при всём многообразии претендентов на пост президента страны, только двое из них имели реальный шанс быть избранными: Ельцин и Зюганов. В 1996 году появилась третья пешка, у которой также был некоторый шанс пройти в ферзи — Лебедь. Однако, при всём различии оглашаемых ими лозунгов, наша и зарубежная пресса почему-то обходила вниманием их внешнее сходство: все трое были «весьма похожи на средней величины медведя», хотя и рычали по-разному. Это могло означать, что «составители шахматных задач» в своём выборе главной пешки ориентировались на какой-то типаж, который был в тот период объективно ожидаем большинством общества.

«Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. Для довершения сходства фрак на нём был совершенно медвежьего цвета. (...) Известно, что есть много на свете таких лиц, над отделкою которых натура недолго мудрила, не употребляла никаких мелких инструментов, как-то: напильников, буравчиков и прочего, но просто рубила со всего плеча: хватила топором раз — вышел нос, хватила в другой — вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и, не обскобливши, пустила на свет, сказавши: «Живёт!»

Этот литературный портрет Собакевича можно с равным успехом примерить и к Ельцину, и к Зюганову, и к Лебедю.

«Чичиков ещё раз взглянул на него искоса, когда они проходили в столовую: медведь! совершенный медведь! Нужно же такое странное сближение: его даже звали Михаилом Семеновичем».

Но совершенно очевидно, что эти политические фигуры только внешне схожи с персонажем, созданным Н.В.Гоголем в «Мертвых душах»; содержательно же все трое отличаются от Михаила Семёновича. Лебедь, отправленный на административную стажировку в Красноярский край, добил и без того умирающую экономику этого богатейшего региона России, а Ельцин довёл до дефолта страну в целом. Зюганов, хотя внешне и схож с Собакевичем, но содержательно своими проектами, которым никогда не суждено воплотиться, ближе к Манилову, который тоже дальше лозунгов и заявлений никогда не шёл. У Михаила же Семёновича слова не расходились с делом: в хозяйстве порядок; крестьяне сыты, здоровы и, судя по ревизским сказкам, которые изучает Чичиков, — неплохие мастера в своём деле.

«Помещик, казалось хлопотал много о прочности. На конюшни, сараи и кухни были употреблены полновесные и толстые брёвна, определённые на вековое стояние. Деревенские избы мужиков тож срублены были на диво: не было кирчёных стен, резных узоров и прочих затей, но всё было пригнано плотно и как следует».

Да и в кооперативные игры, судя из его бесед с Чичиковым, Михаила Семёновича, в отличие от Ельцина, Лебедя и Зюганова, современным «составителям шахматных задач» вряд ли бы удалось вовлечь.

«— А прекрасный человек! — произнёс Чичиков.

— Кто такой? — сказал Собакевич, глядя на угол печи.

— Председатель.

— Ну, может быть, это вам так показалось: он только что масон, а такой дурак, какого свет не производил.

Чичиков немного озадачился таким отчасти резким определением, но потом поправившись, продолжал:

— Конечно, всякий человек не без слабостей, но зато губернатор какой превосходный человек!

— Губернатор превосходный человек?

— Да, не правда ли?

— Первый разбойник в мире!

— Как, губернатор разбойник? — сказал Чичиков и совершенно не мог понять, как губернатор мог попасть в разбойники. — Признаюсь, этого я бы никак не подумал, — продолжал он. — Но позвольте, однако же, заметить: поступки его совершенно не такие, напротив, скорее даже мягкости в нём много. — Тут он привёл в доказательство даже кошельки, вышитые его собственными руками, и отозвался с похвалой об ласковом выражении лица его.

— И лицо разбойничье! — сказал Собакевич. — Дайте ему только нож да выпустите его на большую дорогу — зарежет, за копейку зарежет! Он да ещё вице-губернатор — это Гога и Магога!»

По сути Михаил Семёнович воспользовался библейскими персонажами для доказательства грабительской сущности действующей власти, отождествив тем самым эту власть с разбойничьей библейской властью.

«— Впрочем, что до меня, — сказал он (по контексту поэмы — Чичиков), мне, признаюсь, более всего нравится полицмейстер. Какой-то этакой характер прямой, открытый; в лице видно что-то простосердечное.

— Мошенник! — сказал Собакевич очень хладнокровно, — продаст, обманет. Да ещё и пообедает с вами! Я их знаю всех: это всё мошенники, весь город там такой: мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет. Все христопродавцы. Один там только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья».

Характеристикой городской власти — «христопродавцы» Михаил Семёнович размежевался и с исторически сложившимся христианством, которое, в отличие от Иуды, продавшего Христа де-факто 20 веков назад, уже 17 веков продаёт его де-юре, то есть пытается доказать всему обществу, что для этого есть законные основания.

И хотя трое современных персонажей — тоже мастера по части резких оценок, но это также из области внешнего сходства с Михаилом Семёновичем. Резкие оценки своих политических противников ни Ельцина, ни Зюганова, ни Лебедя не избавили их от роли пешек в шахматной игре на кооперативный мат. Собакевича же в роли пешки в любой игре представить сложно. Но это внутреннее содержание любой политической фигуры, которое толпе как правило неинтересно: ей подавай внешнее сходство с образом героя.

Да, слава к прихоти вольна,

Как огненный язык, она

По избранным главам летает,

С одной сегодня исчезает

И на другой уже видна.

За новизной бежать смиренно

Народ бессмысленный привык;

Но нам уж то чело священно,

Над коим вспыхнул сей язык.

«Герой», А.С.Пушкин.

Толпа — и есть «народ безсмысленный». Одна её часть бежала за Ельциным, другая — за Зюгановым, а третья, в случае разочарования в первом и втором, готова была бежать и возможно побежала бы за Лебедем, если бы «герой» не самоликвидировался. Получается, что у общества за 10 лет реформ не могло быть никакого общего вождя, хозяина-распорядителя страны: каждой части толпы была приготовлена своя пешка, внешне схожая с Собакевичем, оказывающаяся на поверку расхитителем. Все остальные фигуры, необходимые для игры на кооперативный мат либо на стороне чёрных, либо на стороне белых, также есть среди персонажей “Мёртвых душ”. Но поскольку у них нет даже внешнего сходства с Собакевичем, то шансов пройти в ферзи тоже не было.

«Ноздрёв был в некотором отношении исторический человек. Ни на одном собрании, где он был, не обходилось без истории. Какая-нибудь история непременно происходила: или выведут его под руки из зала жандармы, или принуждены бывают вытолкать свои же приятели. Если же этого не случится, то все-таки что-нибудь да будет такое, что с другим никак не будет: или нарежется в буфете таким образом, что только смеётся, или проврётся самым жестоким образом, так что наконец самому сделается совестно. И наврёт совершенно без всякой нужды».

В этом внешнем и внутреннем описании Ноздрёва легко можно узнать собирательный портрет Немцова и Жириновского вне зависимости от личностных разногласий, которые они с удовольствием демонстрируют публике.

«Один Бог разве мог сказать, какой был характер Манилова. Есть род людей, известных под именем: люди так себе, ни то ни сё, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан, по словам пословицы. Может быть к ним следует примкнуть и Манилова. На взгляд он был человек видный; черты его лица были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано сахару; в приёмах и оборотах было что-то заискивающее расположения и знакомства. В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: “Какой приятный и добрый человек!” В следующую за тем минуту ничего не скажешь, а в третью скажешь: “Чёрт знает что такое!” — и отойдёшь подальше; если же не отойдёшь, почувствуешь скуку смертельную».

А это — очень краткий и яркий портрет яблочного Явлинского.

Случайны ли такие совпадения? Откуда такое сходство, если Запад контролировал расстановку фигур в игре на кооперативный мат? Ответ прост: такое сходство возможно лишь потому, что Запад Гоголя не читает, а всё больше почитывает Достоевского. Известно, что даже Бушу младшему перед поездкой в Россию предложили почитать “Преступление и наказание” Ф.М.Достоевского, а не “Ревизора” Н.В.Гоголя, например. Бессознательно Запад не приемлет Гоголя, во-первых, потому, что считает его «антисемитом», а во-вторых, полагает, что многие сюжеты (в частности “Ревизор”, “Мертвые души”), а следовательно и проблематику для освещения в литературе Н.В.Гоголю рекомендовал А.С.Пушкин.

7. Как уже было сказано выше, сегодня ни одну публично демонстрируемую СМИ политическую группировку или партию Путин не устраивает. Неоднозначное отношение к нему и на Западе, поскольку два года стабилизации политической обстановки в России вызывает у истеблишмента США и Европы серьёзное беспокойство: развал СССР позволил Соединенным Штатам по крайней мере лет на 10 оттянуть свой собственный экономический кризис, а Международному Валютному Фонду — отодвинуть крушение мировой кредитно-финансовой системы.

В ХХI веке Глобальный предиктор сделал ставку на новый вид фашизма — интернационал-социализм, для достижения целей которого Путину в России, видимо, отведена роль фюрера. Фашизм национал-социалистического толка в России ещё мог бы состояться в начале ХХ века сразу после февральской буржуазной революции, если бы кто-либо из авторитетных генералов своевременно повесил А.Ф.Керенского и занялся бы государственным строительством. Если бы это произошло, то благодаря огромному интеллектуальному и экономическому потенциалу России, напугавший Европу германский фашизм был бы лишь его жалким подобием. Но в силу того, что Российская империя была многонациональной и многоконфессиональной державой, русский национал-социализм был задушен ещё в зародыше интернационал-социализмом троцкистов, который затем оказался частично вытеснен с политической арены сталинским большевизмом. Интернационал-социализм был частично вытеснен, но не уничтожен, ибо если бы он был уничтожен, то после ухода из жизни Сталина в принципе не состоялся бы троцкистский переворот Хрущёва.

Почти всю вторую половину ХХ столетия красные и белые троцкисты медленно двигали СССР-Россию в сторону интернационал-социализма, которому неосознанно сопротивлялся русский большевизм до тех пор, пока его идеи не были выражены в Концепции Общественной Безопасности (КОБ) с эпическим названием “Мёртвая вода”. К периоду смены эпохи Рыб на эпоху Водолея КОБ получила достаточно широкое распространение в обществе и с этого момента сопротивление интернационал-социализму в России приобрело осознанные формы. И чтобы это сопротивление не стало массовым, в стране снова необходимо было организовать либо войну, либо революцию.

8. Перманентная война в Чечне, развязанная белыми троцкистами с их идеей «ни мира, ни войны» на какое-то время отодвинула решение проблем будущего политического устройства России. При всём саботаже троцкизма эта война подходит к своему завершению. Однако её истинные причины имеют более глубокие корни, которые не до конца осознаются воюющими сторонами и потому для более правильного их понимания необходимо сделать краткий экскурс в историю присоединения к России Северного Кавказа. Можно сказать, что кавказская война XIX века была для России вынужденной: тоже «кооперативный делёж» в русле библейской концепции без какой-либо альтернативы. Но чтобы понять это, следует вспомнить, для чего на границах ещё допетровской России формировались казачьи поселения: для охраны приграничных областей от разбойничьих набегов северокавказских племён, которые опустошали южные регионы России. Но самым страшным и позорным в этих набегах было пленение и работорговля поданными Российской империи.

Многочисленные скотоводческие племена Северного Кавказа даже в начале XIX века находилось в переходной стадии от первобытно-общинного к рабовладельческому строю. И институт рабовладения был для них в нравственном отношении своеобразным прогрессом по сравнению с убийством пленных из-за недостатка пищи в условиях первобытно-общинного строя. Поэтому превращение пленного в раба и продажа его в качестве рабочего скота с точки зрения законов родо-племенной общины не имело состава преступления. Но даже после насильственного присоединения Северного Кавказа к Российской империи мало что изменило в нравственности «гордых горцев». В дальних аулах, куда не добиралась полиция, как и прежде строили зинданы, в которых по-прежнему содержали рабов. Когда же полиция обнаруживала подобные вещи, богатые беи подкупали стражей порядка, и те за деньги закрывали глаза на происходящее, фактически потворствуя институту рабства в среде этих племён.

Мало что изменилось в жизненном укладе северокавказских племён и после революции, хотя НКВД и милиция жестоко карали за приверженность к рабовладению «гордых горцев». И многие из них с приходом на Кавказ немецко-фашистских войск встали на сторону третьего рейха не столько из ненависти к русским, сколько из нравственного согласия с законами расового фашистского государства, вожди которого пропагандировали рабовладение по отношению к неполноценным, как им привиделось, славянским народам. Чеченцы и другие племена Северного Кавказа решили, что теперь они могут держать в своих зинданах славян в качестве рабов на законных основаниях. Такое поведение представителей этих племён не было для них актом предательства, как считают многие наши правоведы, поскольку любое законодательство проистекает из нравственности самих народов и прежде всего их родо-племенной верхушки.

Сталин, прекрасно знающий жизнь и обычаи племён Северного Кавказа, проблему искоренения рабовладельческой нравственности (их и крымских татар) начал решать путём выселения их в равнинную часть СССР. И для того времени это было единственно верное решение, гарантирующее будущее этих племён с искоренением их приверженности к жестоким обычаям родо-племенной общности. Если бы чеченцы два-три поколения прожили среди народов, в которых рабовладение находилось под запретом не только с точки зрения законов, но прежде всего потому, что было для них нравственно неприемлемо, то в начале XXI века война в Чечне при всех интригах либерал-демократов вряд ли была бы невозможна.

И психтроцкисты времён Хрущёва, вернувшие горцев в родные места спустя всего 10 — 12 лет после их переселения, знали что делали: они закладывали бомбу под будущее. Вернувшись в свои аулы, многие чеченцы взялись за старое: снова строили зинданы, снова воровали и перепродавали людей, снова выводили рабов в железных ошейниках на работы, и снова власти, как и до революции, за деньги закрывали глаза на эти позорные явления ХХ века. Эта склонность родоплеменной культуры к паразитизму на окружающих обществах нашла ещё одно свое выражение в последние годы существования СССР: когда его репрессивный аппарат перестал быть сдерживающим фактором, то остановка и ограбление транзитных поездов на перегонах Чечни стала местным «народным промыслом».

Сегодня многие наши борцы за права человека задают вопросы: за что страдают простые чеченцы, если людей воруют и продают лишь «бандиты-чеченцы»? Пусть они зададут себе другой вопрос: возможно ли в русской деревне такое явление, когда на полевые или какие-то другие работы в сельской местности кто-то из сельчан выводит человека в ошейнике раба? Такого «рабовладельца» забьют свои же или, по крайней мере, вызовут милицию для наведения порядка. В Чечне, в Ингушетии и Дагестане рабовладение по-прежнему норма. «Простые чеченцы» прекрасно знают, в каком доме содержали до войны и содержат сегодня в многочисленных зинданах пленных русских ребят в качестве рабов. Знают, но не только не обращаются к властям за пресечением этого позорного явления, но главное — в душе своей одобряют и считают это нормой. И будь у них деньги, многие бы из «гордых и свободолюбивых горцев» и сегодня приобрели бы рабов для выполнения тяжёлых работ в своём хозяйстве.

Конечно, в этой странной войне, которая длится почти 10 лет, много грязи, подлости и предательства. И многие представители высших эшелонов власти по-прежнему наживаются на крови своих соотечественников благодаря этой войне. Но есть в ней и благородные цели: искоренение остатков института рабства в пределах Русской многонациональной цивилизации. Это должны прежде всего понимать так называемые «простые чеченцы», которые по-прежнему считают рабовладение нравственно приемлемым. В XXI веке на земле не должно быть места рабству в любой форме, и пока этого не поймут «простые чеченцы», война в Чечне будет идти до полного искоренения этого позорного явления. Тот факт, что об этом позорном явлении в жизни горцев молчит правительство России, свидетельствует либо о его глупости, либо о его продажности и молчаливом попустительстве институту рабства. Русский солдат никогда за деньги хорошо не воевал и хорошим наёмником не был. Для полной и окончательной победы в любой войне ему нужна не просто чёткая и ясная идея, во имя которой он готов сражаться «не щадя живота своего», но прежде всего это должна быть великая праведная идея. Величие не всегда справедливо, справедливость — всегда велика! Америка великая страна, но никто не может сказать, что Соединённые Штаты — оплот справедливости в мире. Если Россия действительно хочет стать великой державой, то она должна стать прежде всего оплотом справедливости, а для этого ей необходима и подлинно великая идея. Идея борьбы с последними очагами рабовладения на земле — справедливая и великая идея.

9. Война в Чечне (а не с Чечнёй, потому что там собрались бандиты не только со всего бывшего СССР, но и со всего мира), идёт к своему завершению. Очередная троцкистская революция в современной России невозможна. В стране с появлением КОБ — концептуальная неопределённость, которую официальные политики пока предпочитают называть «политической неопределённостью». Так, например, участник «Круглого стола» «Литературной газеты» № 33 Андрей Рябов, член научного совета Московского Центра Карнеги в статье “Кто сказал «Поехали»?”, анализируя начало предвыборной президентской кампании уже в этом году, пишет:

«Ранний старт — не признак силы, а, скорее, реакция на политическую неопределённость, правда, несколько иного рода, чем та, которая существовала при Ельцине. Ныне она присутствует скрыто и редко выплёскивается в информационное пространство. Неопределённость — на уровне непубличной политики. При Ельцине работоспособность и устойчивость политической системы обеспечивалась индивидуальными закулисными договорённостями, взаимными достаточно жёсткими индивидуальными обязательствами. Фактически государство базировалось на этих договорённостях. Они автоматически предполагали наличие арбитра. Функции президента были сведены к роли арбитра. Решение всегда принималось в нужный момент. Политическая система продолжала работать, несмотря на низкие рейтинги Ельцина и бесконечные скандалы вокруг “семьи”.

Сейчас другая ситуация. Основных политических игроков вокруг Путина (ту же “семью”, “питерских силовиков”, клан Чубайса) она не устраивает — они никак не могут понять, какую политику в конечном итоге и кем будет проводить президент, на кого он будет опираться. Нынешняя обстановка представляется им переходной к какому-то иному состоянию. Усиливается прессинг на президента с просьбой определиться: с кем он».

Другими словами, Путин — плохая фигура для составления алгоритма шахматной задачи на кооперативный мат. Да и в образы основных персонажей “Мёртвых душ” он как-то не вписывается. И тем не менее, в последней неоконченной главе этой удивительной поэмы в прозе, он там присутствует. Но прежде чем показать это, укажем ещё на один персонаж поэмы, созданный гением Гоголя, который, по нашему мнению, может сломать всякую шахматную партию на кооперативный мат, снова придуманную закулисой для России. Речь идёт о миллионере откупщике Муразове Афанасии Васильевиче, который наставляет князя — генерала, приехавшего из Петербурга для наведения порядка в город, где происходят главные события поэмы. Он предлагает князю осторожность и осмотрительность при принятии решений и опору на то, что называется совестью и нравственностью в человеке:

«У русского человека, даже и у того, кто похуже других, всё-таки чувство справедливо. Разве жид какой-нибудь, а не русский. Нет, ваше сиятельство, вам нечего скрываться. Скажите так точно, как изволили передо мной. Ведь они вас поносят как человека честолюбивого, гордого, который и слышать ничего не хочет, уверен в себе, — так пусть же увидят всё, как оно есть. Что ж вам? Ведь ваше дело правое. Скажите им так, как бы вы не перед ними, а перед самим Богом принесли свою исповедь».

После долгой беседы с Афанасием Васильевичем князь выступил с речью перед всеми чиновниками города:

«В большом зале генерал-губернаторского дома собралось всё чиновное сословие города, начиная от губернатора до титулярного советника: правители канцелярий и дел, советники, асессоры, Кислоедов, Красноносов, Самосвистов, не бравшие, бравшие, кривившие душой, полукривившие и вовсе не кривившие, — всё ожидало с некоторым не совсем спокойным ожиданием генеральского выхода. Князь вышел ни мрачный, ни ясный: взор его был твёрд, так же как и шаг... Всё чиновное собрание поклонилось, многие — в пояс. Ответив лёгким поклоном, князь начал:

— Уезжая в Петербург, я почёл приличным повидаться с вами всеми и даже объяснить вам отчасти причину. У нас завязалось дело очень соблазнительное. Я полагаю, что многие из предстоящих знают, о каком деле я говорю. Дело это повело за собою открытие и других, не менее бесчестных дел, в которых замешались даже наконец и такие люди, которых я доселе почитал честными. Известна мне даже и сокровенная цель спутать таким образом всё, чтобы оказалась полная невозможность решить формальным порядком. Знаю даже, и кто главная пружина и чьим сокровенным...¹, хотя он и очень искусно скрыл своё участие. Но дело в том, что я намерен следить не формальным следованием по бумагам, а военным быстрым судом, как в военное время, и надеюсь, что государь мне даст это право, когда я изложу всё это дело. В таком случае, когда нет возможности произвести дело гражданским образом, когда горят шкафы с бумагами и, наконец, излишеством лживых посторонних показаний и ложными доносами стараются затемнить и без того довольно тёмное дело, — я полагаю военный суд единственным средством и желаю знать мнение ваше.

Князь остановился, как бы ожидая ответа. Всё стояло, потупив глаза в землю. Многие были бледны.

— Известно мне также ещё одно дело, хотя производившие его в полной уверенности, что никому не может быть известно. Производство его уже пойдёт не по бумагам, потому что истцом и челобитчиком я буду уже сам и представлю очевидные доказательства.

Кто-то вздрогнул среди чиновного собрания; некоторые из боязливейших тоже смутились.

— Само по себе, что главным зачинщикам должно последовать лишенье чинов и имущества, прочим — отрешенье от мест. Само собою разумеется, что в числе их пострадает множество невинных. Что ж делать? Дело слишком бесчестное и вопиет о правосудии. Хотя я знаю, что это будет даже и не в урок другим, потому что на место выгнанных явятся другие, и те самые, которые были честны, сделаются бесчестными, и те самые, которые удостоены будут доверенности, обманут и продадут, несмотря на всё это, я должен поступить жестоко, потому что вопиет правосудие. Знаю, что меня будут обвинять в суровой жестокости, но знаю, что те будут ещё...² меня те же обвинять...³ Я должен обратиться теперь только в одно бесчувственное орудие правосудия, в топор, который должен упасть на головы».

10. Здесь гений Гоголя полтора столетия назад фактически изложил то, что при определённых обстоятельствах может реализоваться в России в качестве нового варианта шахматной задачи на кооперативный мат, алгоритм которой по нашему мнению уже в действии. И именно он, по мнению «составителей шахматных задач» должен вернуть наконец Россию в сценарий интернационал-социализма. Но, как видно из дальнейшего выступления князя, этому сценарию не суждено будет реализоваться, если...

«Содроганье невольно пробежало по всем лицам.

Князь был спокоен. Ни гнева, ни возмущенья душевного не выражало его лицо.

— Теперь тот самый, у которого в руках участь многих и которого никакие просьбы не в силах были умолить, тот самый бросается теперь к ногам вашим, вас всех просит. Всё будет позабыто, изглажено, прощено; я буду сам ходатаем за всех, если исполните мою просьбу. Вот моя просьба. Знаю, что никакими средствами, никакими страхами, никакими наказаниями нельзя искоренить неправды: она слишком уже глубоко вкоренилась. Бесчестное дело брать взятки сделалось необходимостью и потребностью даже и для таких людей, которые и не рождены быть бесчестными. Знаю, что уже почти невозможно многим идти противу всеобщего теченья. Но я теперь должен, как в решительную и священную минуту, когда приходится спасать своё отечество, когда всякий гражданин несёт всё и жертвует всем, — я должен сделать клич хотя бы к тем, у которых есть в груди русское сердце и понятно сколько-нибудь слово «благородство». Что тут говорить о том, кто более из нас виноват! Я, может быть, больше всех виноват; я, может быть, слишком сурово вас принял вначале; может быть, излишней подозрительностью я оттолкнул из вас тех, которые искренно хотели мне быть полезными, хотя и я, со своей стороны, мог бы также сделать им упрёк. Если они уже действительно любили справедливость и добро своей земли, не следовало бы им оскорбиться на надменность моего обращения, следовало бы им подавить в себе собственное честолюбие и пожертвовать своею личностью. Не может быть, чтобы я не заметил их самоотверженья и высокой любви к добру и не принял бы наконец от них полезных и умных советов. (...) Но оставим теперь в сторону, кто кого больше виноват. Дело в том, что пришло нам спасать нашу землю; что гибнет уже земля наша не от нашествия двадцати иноплемённых языков, а от нас самих; что уже, мимо законного управленья, образовалось другое правленье, гораздо сильнейшее всякого законного. Установились свои условия; всё оценено, и цены даже приведены во всеобщую известность. И никакой правитель, хотя бы он был мудрее всех законодателей и правителей, не в силах поправить зла, как ни ограничивай он в действиях дурных чиновников приставленьем в надзиратели других чиновников. Всё будет безуспешно, покуда не почувствовал из нас всяк, что он так же, как в эпоху восстанья народ вооружался против врагов, так должен восстать против неправды. Как русский, как связанный с вами единокровным родством, одной и тою же кровью, я теперь обращаюсь к вам. Я обращаюсь к тем из вас, кто имеет понятье какое-нибудь о том, что такое благородство мыслей. Я приглашаю вспомнить долг, который на всяком месте предстоит человеку. Я приглашаю рассмотреть ближе свой долг и обязанность земной своей должности, потому что это уже нам всем темно представляется, и мы едва...⁴»

О какой земной должности человека говорит здесь Н.В.Гоголь? Конечно, о должности наместника Бога на Земле, осуществление которой невозможно без понимания того, что правда, право и истина в культуре Русской цивилизации — одно и то же; что в этой культуре праведная нравственность противостоит порочной нравственности. Н.В.Гоголь не закончил свою великую поэму прежде всего потому, что на уровне сознания был раздавлен библейским православием, а на безсознательном уровне психики — верил в призвание человека быть наместником Божиим на Земле, что и было истинной верой Богу непосредственно. В одном из первых выступлений В.В.Путина после того, как он стал президентом, прозвучало такое заявление, которого русский народ не слышал более полувека ни от одного высшего лица в государстве: «Все наши проблемы сегодня упираются в нравственность». И тот рубеж, до которого поднялся гений Гоголя в его нравственном подвиге, воплотившимся в поэме «Мёртвые души», нам, его потомкам, предстоит двигать дальше, если мы действительно стремимся к царству Божию на земле и на небе.

Альтернатива этому — кооперативный мат, но не в смысле класса шахматных задач, а в прямом смысле: «мат» в переводе на русский — смерть, гибель всех претендентов на долю в кооперативном гарантированном дележе.

27 августа 2002 г.

«О текущем моменте», № 9

Новое время, наркомания, фашизм,\

и Идея цивилизационного строительства

=====================================

1. Конец августа — начало сентября СМИ провели в несколько истеричном ожидании новых терактов, которые кровожадные «исламские террористы» якобы должны были приурочить к годовщине терактов в США 11 сентября 2001 г. И хотя терактов такого масштаба и зрелищности как в день усекновения главы Иоанна Крестителя 2001 г. не было, но с того дня многие политические аналитики твердят: “После случившегося в Нью-Йорке началась новая эпоха, мы живём в новом времени”.

— В каком таком «новом»? что изменилось в объективном течении событий после 11 сентября 2001 г.?

Без ответа на этот вопрос слова “мы живём в новом времени” — пустые, и именно неопределённость их смысла оставляет непонимающих сути «нового времени» в старой эпохе, обрекая их на воспроизведение в своей жизни свойственных ей ошибок и заблуждений, но в новых исторических декорациях. Поэтому, чтобы увидеть вход в действительно новую по своей сути эпоху, начнём с ответа на вопрос: «что есть время?».

Ощущение и понятие времени возникает у субъекта в процессе отображения одного колебательного процесса (или их совокупности) на другой колебательный процесс, частота которого избрана в качестве эталонной осознанно или бессознательно. Вне этого процесса соотнесения частот (полных периодов-продолжительностей) взаимовложенных колебательных процессов во вселенной, частота (периодичность) одного из которых берёт на себя роль эталона «единицы времени», времени не существует.

На Земле в качестве эталонного выбрана частота колебаний астрономического процесса (полный период обращения Земли вокруг своей оси — сутки, равные 24 часам; полный период обращения Земли вокруг Солнца — солнечный год, равный 365 — 366 суток). Все остальные процессы: физические (продолжительность существования элементарных частиц и планетарных систем), биологические (продолжительность жизни различных видов), религиозные (продолжительность воздействия на общество различных религиозных течений), исторические (продолжительность глобального исторического процесса, а также время жизни цивилизаций и государств), социальные (продолжительность существования экономических формаций) соотносятся с астрономическим эталоном. То обстоятельство, что Григорианский календарь принят в современном мире, говорит лишь о том, что в библейской цивилизации её заправилы в лице иерархов церкви имени Христа своевременно (ок. 2000 лет назад) взяла астрономический эталон, основанный на периодичности солнечных циклов, под свою опёку, чтобы контролировать процесс, формирующий социальное время, в котором живёт большая часть населения в библейской цивилизации. Однако исламский и иудейский миры живут на основе не солнечных, а лунных циклов астрономического эталона времени. При этом лунные календари иудейской диаспоры и мусульманского мира не совпадают друг с другом, поскольку мусульманский год всегда равен 12 лунным месяцам, а иудейский календарь периодически вводит поправку для компенсации рассогласования лунного и солнечного календарей, возникающего вследствие того, что в солнечный год «укладывается» более 12 лунных месяцев. Соответственно и годовщина 11 сентября и прочие «круглые даты» в каждой из названных культур — свои, что означает — каждая культура формирует и своё социальное время, в котором живёт та или иная цивилизация.

При этом на протяжении всего года внимание обывателей и недалёких аналитиков СМИ было привлечено к теракатам и угрозам их повторения, которые, в соответствии с прогнозами западных аналитиков, «экстремисты» должны были обрушить на «оплот демократии». А тем временем сам «оплот демократии», начал активно действовать в надежде реализовать иллюзорную возможность установления своей безраздельной гегемонии в мире, казалось бы открывшуюся перед ним в результате терактов 11 сентября. К этой проблематике СМИ особо внимание обывателей старались не привлекать, предпочитая нагнетать эмоции вокруг разбора завалов и подготовки к дню памяти жертв, который и был проведён США с большой помпой 11 сентября 2002 г.

2. Кроме того, объективное течение всех процессов, составляющих вселенную, и их субъективное описание — два разных явления. Но и сами описания одного и того же объективного процесса могут быть разными. Так, хотя весь мир признал, что после терактов в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года общество перешло в новое состояние, но только немногие обратили внимание и задумались над жизненным смыслом тех «мистических» обстоятельств, что дата теракта, номера рейсов, количество (по сумме цифр) пассажиров в Боингах, выполнивших роль самонаводящихся ракет, совпали (случайно?) с днём памяти «усекновения честной главы Иоанна Крестителя», который 2000 лет назад, наставлял Христа на путь, оглашённый пророком Исаией, за 800 лет до рождения самого Иисуса.

3. Фактически через все эти и другие “мистические» совпадения “случаев” человечеству было прямо указано на связь астрономического эталона с социальным временем, которое во многом обусловлено процессами религиозной жизни человечества. Бог говорит с каждым отдельным человеком и человечеством в целом языком жизненных обстоятельств. Но обстоятельства создают люди в пределах матрицы возможного состояния, которая в понятийном аппарате русской православной церкви получила название Божьего Предопределения. Поскольку Бог не тиран, то дав человеку свободу выбора и возможность обрести свободу воли, Он не запугивает человека и не вламывается подобно хакеру в его психику, чтобы человек, вопреки своему нраву и миропониманию или став биороботом-автоматом, вёл себя в жизни соответственно некоему «этикету праведности». Соответственно выход за пределы благого Божьего промысла тех, кто ещё только собирается стать человеком, неизбежно представляет собой их вхождение в русле Божиего предопределения в другие пределы — пределы Божеского попущения (тоже из лексикона русской православной церкви). Но тогда в чём же проявляется «язык» Бога, на котором Он говорит с каждым отдельным человеком и всем человечеством?

«Провидение не алгебра. Ум ч<еловеческий>, по простонародному выражению, не пророк, а угадчик, он видит общий ход вещей и может выводить из оного глубокие предположения, часто оправданные временем, но невозможно ему предвидеть случая — мощного мгновенного орудия Провидения» (А.С.Пушкин “О втором томе «Истории русского народа» Полевого”, — 1830 г.).

«Закономерность исторического явления обратно пропорциональна его духовности» (В.О.Ключевский, конец XIX века).

«Бог не играет в “кости”» — ХХ век, афоризм известный по научно-популярной литературе и возводимый к А.Эйнштейну.

«Случай — псевдоним Бога, когда Он не хочет подписываться своим собственным именем», — Анатоль Франс.

Вне зависимости от того, кто организовал теракты 11.09.2001 г.: «исламские экстремисты»⁵ по своей инициативе; или американские спецслужбы во исполнение высших масонских указаний, втянувшие в гнусное дело «исламских экстремистов» для того, чтобы опорочить ислам и иметь повод для агрессии в регион мусульманской цивилизации; или троцкистская японская «красная армия» с древневосточным изяществом развела всех и отомстила за Хиросиму и Нагасаки, которые учинил «оплот демократии» безо всякой к тому военной необходимости⁶ — Бог не имеет ни к этим, ни к другим злодеяниям людей никакого отношения, но «язык» Бога проявляется в том, что принято считать «случайными совпадениями», которые были упомянуты выше.

При этом каждый прочтёт на этом Языке знамений событиями жизни только то, что он готов и хочет услышать сам, поскольку иносказания такого рода в общеупотребительную лексику общества переводят его нравственность, совесть, мировоззрение и миропонимание.

Если быть внимательным к этому Языку, то можно увидеть и понять что:

• предел Божеского попущения по отношению к людским делам в рамках всех прошлых концепций управления, и прежде всего библейской, исчерпан;

• человечество действительно вступило в новый этап своего развития, в котором проявления порочной нравственности будут пресекаться, но не Богом въяве, а обстоятельствами, порождаемыми самим человечеством;

• в этих обстоятельствах «случайности» станут знаками проявления Божьего промысла, по которым каждый сможет сверить, какой объективной, а не декларируемой нравственности (порочной или праведной) привержена психика его самого и окружающих;

• свобода выбора и возможность обретения свободы воли остаётся за человеком, но каждый раз он будет на себе лично ощущать воздействие свободы выбора, замыкая тем самым обратные связи иерархически наивысшего всеобъемлющего управления.

4. Современные процессы, в своём переплетении слагающие внутреннюю, внешнюю и глобальную политику государств можно уподобить игре по «перетягиванию каната».

Что нового обрёл Запад в качестве смысла жизни в результате переосмысления событий, закономерно приведших к кошмару 11 сентября 2001 года? Из пафосных речей на показных публичных мероприятиях по случаю годовщины терактов можно понять, что ничего: в мире ежегодно происходит множество трагических событий с огромным количеством жертв, но в США — живут якобы особенные люди, американцы, и потому погибшие из их числа преподносятся как неизмеримо более тяжкая утрата для человечества, нежели погибшие где-либо ещё. Хотя и те, и другие большей частью не люди, исполнившие предложенную им Свыше миссию в жизни, а равнозначно погибшие Божиим попущением.

И в Соединённых Штатах и в остальном мире все не тупые политики, наблюдатели и аналитики понимают, что в действительности происходит за ширмой с надписью «теракты 11 сентября 2001 г.». Экономика США на грани коллапса вне зависимости от цифр, которыми аналитики, стоящие на службе большого капитала, объясняют её подъём. То же касается и построенной на долларовом обращении мировой экономики. Поэтому для приведения к более устойчивым пропорциям товарной массы в её долларовом исчислении и долларовой массы, находящейся в обращении во всём мире, Соединённым Штатам, как и 12 лет назад, сегодня позарез нужна война. Это если и не способ спасения их экономики и доллара, который катастрофически обесценивается во всё мире (кроме России), то, по крайней мере, средство переадресовать проблему в будущее — новой администрации и последующим поколениям.

Одним из показателей падения покупательной способности доллара является рост цен на золото, антиквариат и недвижимость. Если в 1990 году, перед войной в Персидском заливе цена за тройскую унцию золота поднималась с 250 до 420 долларов, то после войны она стала падать и снова опустилась до своей нижней отметки к 1999-му году до 250 долларов за тройскую унцию.

«За последние пятнадцать месяцев, — как сообщает журнал “Эксперт” № 34 от 16 сентября 2002 года, — жёлтый металл подорожал более чем на 20 % — среднемесячная цена тройской унции поднялась с 260 до 320 долларов. Другими словами, золото “отыграло” более трети от беспрецедентного падения своей стоимости (а оно подешевело на 60 %), которое продолжалось всю вторую половину 90-х годов. Более того, рост цен на золото, судя по всему, становится долгосрочной тенденцией. Появились прогнозы, что в течение года стоимость тройской унции может подняться уже до 400 долларов. Звучат и более смелые оценки, согласно которым в ближайшие два-три года цены на золото могут превысить 600, а тои 1000 долларов за унцию».

При этом известно, что оборот мировых спекулятивных рынков в десять раз превышает оборот рынков производящего сектора мировой экономики. Поэтому для тех, кто понимает, что означает такое положение вещей для доллара и его перспектив, и кто любит доллар больше чем Жизнь, было бы желательно, если бы война с Ираком или Ираном началась ещё год или два тому назад.

5. Поскольку некий политический сценарий, частью которого были теракты в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г., по полной программе выполнить не удалось по причинам, не зависящим от «режиссёров-постановщиков», то как только осела пыль и развалины перестали чадить, пришлось начинать всё сначала. Отсюда и проистекает кампания по убеждению общественного мнения во всём мире в том, что Ирак — главный враг цивилизованного человечества и, что если завтра же не начать против него боевые действия, то именно из Ирака может выплеснуться в мир очередное фашистское нашествие.

Чтобы взвесить насколько серьёзна эта угроза, необходимо вспомнить кое-что из истории, несколько подзабытой за прошедшие 25 лет под воздействием собственных российских неурядиц.

Как самостоятельное государство Ирак возник в 1923 г. в процессе управляемого «мировой закулисой» распада Турецкой Османской империи. При этом от Ирака был отчуждён современный Ку-Вейт (в переводе с арабского — примерно «городок»), поскольку разведанные к тому времени запасы нефти были сосредоточены именно там, и в Ку-Вейте сразу же был посажен марионеточный режим. Другими словами, в Ираке заблаговременно была создана «иракская Чечня», чтобы в нужный момент можно было бы надавить на больную мозоль любого правящего режима Ирака и создать прецедент для вмешательства во внутренние дела этой страны.

До С.Хуссейна в Ираке (с 1970 г.) была республика, с высшим органом власти, который именовался «Совет революционного командования». Члены этого Совета входили в состав руководства Партии арабского социалистического возрождения. Надо полагать, что эта партия была марксистско-троцкистской, а не большевистской. В процессе своего правления она, как водится у марксистов, впала в «детскую болезнь левизны в коммунизме», и тем самым создала почву для контрреволюционного мелкобуржуазно-националистического государственного переворота, в результате победы которого в 1979 г. и возник режим Саддама Хусейна — прообраз режима Б.Ельцина в России. У режима С.Хусейна, по всей видимости, вследствие его арабского национализма, возникла «проблема курдов»⁷ (во всяком случае, в предшествующий период конституция Ирака времён правления Партии арабского социалистического возрождения гарантировала права курдского населения в местах их компактного проживания — другое дело насколько она соблюдалась и насколько политика нынешнего режима С.Хусейна позволяет жить курдам на той земле, где они живут издревле, сохраняя свою национальную самобытность).

Как сообщали СМИ, 15 октября 2002 г. С.Хусейн намерен провести всенародный референдум на тему собственного переизбрания на пост главы государства (парламент уже выдвинул его кандидатуру в качестве безальтернативной). На прошлом референдуме такого рода он набрал 99,6 % или 96,9 %. Однако этот показатель — формальный, и потому не является однозначным свидетельством авторитаризма и авторитарного режима.

Значимо другое. Хотя С.Хусейн и нацедил своей крови, чтобы ею был написан один или несколько экземпляров Корана, но к истинным мусульманам его отнести затруднительно: слишком много “пыли и шума” во внешней политике: 9-летняя война с Ираном именно в тот период, когда в Иране произошла революция, был свергнут шахский режим и аятолла Хомейни провозгласил целью воплощение в жизнь коранических идеалов, вследствие чего Иран оказался в конфронтации с США; потом захват Кувейта; дрязги с ООН и США на темы оружия массового уничтожения.

Если деятельность С.Хусейна сопоставлять с деятельностью Мухаммада, основателя мусульманской цивилизации, то окажется, что общего у них — только пятикратный в течение дня намаз. В отличие от Хусейна Мухаммад вступил в войну только спустя 10 лет после начала мирной проповеди — по существу своему просветительско-нравоучительной миссии; при этом Мухаммад начал войну в порядке самообороны в целях защиты мусульман от терроризма идолопоклонников. А для решения задач исламского просвещения населения Ирака и исламского преображения иракского государства войны, начатые С.Хусейном, стали только помехой. Возможно, что ответ на вопрос, откуда возникли столь разительные несоответствия политики режима С.Хусейна нормам коранической этики, которой придерживался сам Пророк, даёт фраза проскользнувшая в печати ещё в советские годы. Кто-то из ЦРУ-шников ещё в 80-е годы прошлого столетия (тогда не знали, что потребуется библиографическая ссылка, и потому не записали) сказал о нём: «Саддам — сукин сын, но это — наш сукин сын». Соответственно убрать Саддама сейчас либо оставить его ещё на некоторое время «рулить» Ираком — вопрос, до некоторой степени изначально лежащий в компетенции ЦРУ США.

Соответственно вне зависимости от мотивации удаления из политики режима С.Хусейна при поддержке США в Ираке возможно только возникновение режима, кадры которого будут представлены коалицией продвинутых ЦРУ-шниками других «сукиных сынов», будь они по своим политическим воззрениям буржуазные “демократы” или “социалисты” марксисты-троцкисты. Возникновение марионеточного режима в Ираке — это ещё один шаг к безраздельному контролю США за мировым рынком нефти. В самих США в случае достижения успеха в этом сценарии может начаться «головокружение от успехов». И как показывает опыт истории, у самих США — цитадели ростовщического способа управления хозяйственной деятельностью и осуществления рабовладения на этой основе⁸ — «тормозов нет» и временами они крайне бессовестны⁹, а это — куда большая опасность для мира, нежели технико-технологически отсталый Ирак с недолговечным диктатором во главе.

Ключ к безопасному разрешению иракской, в частности, и ближневосточной проблемы в целом в другом: арабы должны начать думать сами на тему о том, чем истинный ислам отличается от пятикратного на день ритуально безупречного поклонения молитвенному коврику. Если же США начнут войну против Ирака, то они смогут воспрепятствовать этому процессу переосмысления жизни на основе коранического учения, тем более, если в Ираке произойдёт при их “бескорыстной” помощи смена режима: обывателю жить станет посытнее, поглупее, а болтать о чём ни попадя — повольготнее.

Сменить режим в Ираке для США — это прежде всего резко увеличить квоты на добычу нефти и снизить мировые цены на этот вид стратегического сырья, по существу лежащего в основе обеспечения любой платёжной единицы реальной продукцией. Но одновременно с уходом Саддама Хусейна с политической арены это и реальная возможность для США взять под контроль добычу и распределение всех энергоресурсов на Ближнем Востоке, что также будет означать и появление новых рычагов контроля в отношении своих «союзников» по НАТО. Поскольку локомотивом западной Европы является объединённая Германия, то прежде всего — это рычаг управления её экономикой и, следовательно, её политической независимостью. Поэтому приглашение Соединёнными Штатами своих союзников принять участие в ликвидации правящего режима Ирака по сути своей — приглашение потуже затянуть ошейник на поводке, одетом на шеи руководства стран НАТО, конец которого и так в руках дяди Сэма.

От такого рода политического шулерства США у некоторых государственных деятелей в Европе «не выдерживают нервы». Так в самый разгар предвыборной кампании по переизбранию канцлера министр юстиции ФРГ Херта Дойблер-Гмелин уподобила президента США Буша Гитлеру. Произошёл скандал, вновь избранный канцлер Шредер принёс свои извинения. Однако при этом полезно обратить внимание на то, что и сам Шредер снова смог занять пост канцлера объединённой Германии только потому, что в разгар предвыборной кампании отказал в своей поддержке США в свержении режима С.Хусейна и заверил своих избирателей, что вооружённые силы ФРГ не будут участвовать в войне против Ирака¹⁰.

Но вряд ли кто будет сомневаться, что самая толстая и сильная шея, на которую наброшен нефтяной ошейник, принадлежит Германии и потому нет ничего удивительного в том, что именно от одного из членов правительства этой страны — министра юстиции — мир услышал правду, которую и так давно все знают: США идут по пути, на котором сломала свою шею гитлеровская клика нацистской Германии.

Озвучила всё это Герта Дойблер-Гмелин в запальчивости или по поручению своей партии — значения не имеет. Главное, что мир услышал правду, о которой искушённые в большой политике хорошо знают: бороться с мифическим врагом, попустительствуя врагу реальному, всё равно, что войти в опасный алгоритм, который на Западе имеет название — «обезьяньей лапы». Суть этого алгоритма изложена в одноимённом рассказе английского писателя Джекобса, по сюжету которого владелец высушенной обезьяньей лапы получает право на исполнение трех желаний. Так, например, владелец лапы выражает первое желание — немедленно 200 фунтов стерлингов. Тут же приходит служащий фирмы и сообщает, что его сын убит и вручает ему вознаграждение за сына — 200 фунтов стерлингов. Потрясенный отец хочет видеть сына здесь, сейчас же. Стук в дверь, появляется призрак сына. В ужасе несчастный владелец лапы желает, чтобы призрак исчез. Другими словами, эффект “обезьяньей лапы” выражается в том, что наряду с ожидавшимся положительным результатом всякие необузданные желания и действия, направленные на их осуществление, неотвратимо влекут за собой сопутствующие последствия, ущерб от которых превосходит положительный результат и обесценивает его. По-русски этот вариант взаимодействия с ситуацией и описывается поговоркой: За что боролись — на то и напоролись.

Этот алгоритм действует на Западе прежде всего потому, что многие вещи там не принято называть своими сущностными именами, поскольку они входят по мнению «посвящённых» в разряд само собой разумеющихся, а профанам о них и знать не положено. Поскольку с самого начала «перестройки» масонство стало укреплять в России свои позиции, то соответственно оно принесло с собой и опасность введения постперестроечного общества в алгоритм «обезьяньей лапы».

6. И такая опасность вхождения в алгоритм «обезьяньей лапы» существует в России, по крайней мере, последние 15 — 20 лет, поскольку в стране есть силы, желающие именно такого развития событий. 26 сентября 2002 года по телеканалу «Культура» прошла программа “Культурная революция”, для которой избрали тему «Русский фашизм хуже немецкого».

Ведущим — как обычно — выступал министр культуры РФ М.Е.Швыдкой. Точку зрения, заявленную в заглавие программы, отстаивал председатель Союза правых сил — Б.Е.Немцов, а противоположную точку зрения (в России нет опасности русского фашизма) — глава фонда “Эффективная политика” Г.Павловский.

Массовка в зале в основном состояла из тех, кто был либо сам спасён в годы Великой Отечественной войны от истребления немецкими фашистами (бывший главный редактор журнала “Знамя” — русофоб и сионист со стажем Г.Бакланов), либо из потомков тех, кто избежал подобной участи (А.Гербер, Н.Сванидзе и др.).

Программа рекламировалась по многим каналам российского ТВ в течение целой недели и потому, искренне желая ввести дискуссию по столь острому вопросу в конструктивное русло, мы отправили на сайт Н.К.Сванидзе работы, в которых выражено наше понимание сути фашизма и форм его проявления (хотя возможно, что к записи наша почта и опоздала). Но, как мы и ожидали, никто из массовки, сидящей в зале, не только сам не дал никакого определения этому социальному явлению, но даже не поставил вопроса ведущему и оппонентам — а что же такое «фашизм» в вашем понимании?

Хорошо известно, что плодотворная дискуссия по любой проблеме невозможна, если в ней участвующие не определились в понятиях о тех явлениях, которые намереваются обсуждать. Но всякая дискуссия (тем более, если в ней опосредованно участвуют миллионы — примерно столько людей смотрели эту передачу) просто опасна, когда её ведущие считают, что все и так понимают единообразно, о чём идёт речь (в данном случае речь шла о фашизме). И не важно, сделано это было по злому умыслу или по недомыслию ведущего — министра культуры — и обоих оппонентов, но можно с уверенностью сказать, что все участвующие в ней благодаря этой передаче уже вошли в опасный алгоритм «эффекта обезьяньей лапы».

7. Что касается самой программы «Русский фашизм хуже немецкого», то вся дискуссия по этой проблеме свелась к тому, что председатель СПС Б.Немцов пытался доказать, что в России существует реальная угроза «русского фашизма», а его оппонент — глава фонда “Эффективная политика” Г.Павловский, — хотя и не дал определение понятию «фашизм», тем не менее выступил в какой-то мере в роли Герты Дойблер-Гмелин. Но сделал это не так прямо, как министр юстиции ФРГ, а высказавшись отчасти иносказательно в том смысле, что «пока вы все кричали об опасности русского фашизма, на Кавказе выросла реальная, а не мифическая угроза для России — рабовладельческое государство, с которым вот уже восемь лет приходится вести самую настоящую войну».

Для миллионов телезрителей, смотревших передачу и таким образом опосредованно в ней участвующих, так и не стало ясно: что же такое являет собой фашизм? Может это «свастика», чёрные рубашки и другая бижутерия, которой пользуются актёры во время съёмок кинофильмов про фашистов? Или это комплекс определённых идей, которые исповедуют так называемые «фашисты»? Бижутерию и символику конечно при желании можно запретить, а идеи, если они дают правдоподобные или правильные ответы на реальную жизненную проблематику, запретить невозможно, поскольку они всегда будут находить своих носителей-выразителей. С идеями можно бороться только с помощью более эффективных идей, и после 75 лет Советской власти бывшие комсомольские работники-антикоммунисты, из которых и состоит в основном руководство СПС, могли бы уяснить это хотя бы для себя.

Проблема же руководства СПС, как показала эта и другие передачи ТВ, в том, что идеологи этой партии боятся называть многие вещи своими сущностными именами определённо потому, что сами они по сути своей — фашисты, хотя этого и не понимают. Чтобы показать, что это не голословное обвинение, придётся сделать то, чего не захотели сделать режиссёры передачи, — дать определение фашизму.

Фашизм это — один из типов культуры общественного самоуправления, возможный исключительно в толпо-“элитарном” обществе.

Суть фашизма как такового вне зависимости от того, как его называть, какими идеями он прикрывается и какими способами осуществляет власть в обществе, — в активной поддержке толпой «маленьких людей» — по идейной убеждённости их самих — системы злоупотреблений властью “элитарной” олигархией, которая:

• представляет неправедность как якобы истинную “праведность”, и на этой основе, извращая миропонимание людей, всею подвластной ею мощью культивирует неправедность в обществе, препятствуя людям состояться в качестве человека;

• под разными предлогами всею подвластной ею мощью подавляет всех и каждого, кто сомневается в праведности её самой и осуществляемой ею политики, а также подавляет и тех, кого она в этом заподозрит.

Толпа же по определению В.Г.Белинского — «собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету», т.е. толпа — множество индивидов, живущих бессовестно. И неважно выступает ли правящая олигархия публично и церемониально, превозносясь над обществом; либо превозносится по умолчанию, публично изображая смирение и служение толпе, именуя её народом; либо действует скрытно, уверяя общество в своём якобы несуществовании и, соответственно “несуществованию”, — в своей бездеятельности, в результате которой всё в жизни общества течёт якобы «само собой», а не целенаправленно по сценариям концептуально властных кураторов олигархии.

Это определение-описание фашизма не включает в себя пугающих и бросающихся в глаза признаков его проявлений в действии: символики; идеологии, призывающей к насилию и уничтожению тех, кого хозяева фашизма назначили на роль неисправимого общественного зла; призывов к созданию политических партий с жесткой дисциплиной и системой террора, отрядов боевиков и т.п. О человеконенавистнической же сущности фашизма на основе урока, преподанного всем германским фашизмом, сказано после 1945 г. много. Вследствие ставших негативно культовыми ужасов времён фашизма 1933 — 1945 гг. приведённое определение кому-то может показаться легковесным, оторванным от реальной жизни (абстрактным), и потому не отвечающим задаче защиты будущего от угрозы фашизма.

Иными словами, не надо отождествлять эксцессы становления режима с его устойчивым функционированием. Если бы Гитлер не вовлёк Германию во вторую мировую войну ХХ века, то по завершении периода становления и массовой жестокости, свойственной всякому периоду перехода от одного вида толпо-“элитаризма” к другому, фашизм в ней мог бы обрести устойчивость и стать во многом образцом для подражания другим государствам в разрешении их проблем.

Более того, соответственно высказанному выше пониманию сути фашизма реально фашистский режим может существовать на основе по существу безупречно праведной, истинной социологической теории, но при условии: что «маленькие люди» перекладывают с себя на власть свою долю заботы и ответственности о благоденствии всех и каждого и власть поддерживает и поощряет их в таком отношении к жизни. При этом может сложиться такой уклад жизни, что на словах всё праведно — не придерёшься, но в умолчаниях останется подавление и извращение сущности человека этим жизненным укладом.

Соответственно этому во всяком толпо-“элитарном” обществе фашизм возможен. Поэтому он возможен и в России, но не на основе отбросов гитлеровских идей или каких-либо иных идей прошлого. Поэтому Г.Павловский в своем несогласии с Б.Немцовым прав только отчасти, но также отчасти прав и Б.Немцов.

Что касается самого Б.Немцова и заправил СПС в целом, то они — приверженцы библейского ростовщического рабовладения, осуществляемого на расовой основе иудеями, низведёнными до состояния биороботов. Эта тематика для них вне рассмотрения. Фашизм на этой идеологической основе в России устойчиво существовал по оглашению от крещения Руси до 1917 г. (эта тематика была и есть вне обсуждения РПЦ и христианских сект, точно также как и у демократов). После революции 1917 тот же фашизм пытался продолжить свое существование в ней, но уже по умолчанию под покровом марксистской теории. Однако, произошёл «облом» — большевистская традиция толкования марксистских текстов под руководством И.В.Сталина возобладала над троцкистской, а сами троцкисты (кто не спрятался) были уничтожены или провели лучшие годы своей жизни в лагерях, созданного ими же ГУЛАГ НКВД.

Причём сталинский режим фашизмом не был, поскольку работал на искоренение толпо-“элитаризма”. Режим, в котором Е.Т.Гайдар и Б.Е.Немцов занимали посты вице-премьеров не стал фашистским только потому, что не нашёл поддержки среди множества «маленьких людей». Соответственно и Ф.Э.Дзержинский, искренне в меру своего понимания, пусть и с ошибками (проистекающими из марксизма), работая на становление нового общества, был антифашистом. А ныне против восстановления памятника ему на Лубянской площади выступают демократы из СПС — сторонники фашизма, который Феликс Эдмундович старался искоренить. Но в деятельности Ф.Э.Дзержинского была и ошибочная составляющая, вследствие чего многие марксисты-троцкисты считают его тоже своим. Отсюда можно сделать вывод, что возбуждение вопроса Ю.М.Лужковым со ссылками на мнение народа о восстановлении памятника Дзержинскому на прежнем месте — провокация. Однако, в силу двойственности деятельности Дзержинского, истолкование итогов этой провокации тоже неоднозначно.

Однозначно же следующее: в итоге деятельности ВЧК под руководством Дзержинского с беспризорщиной было покончено, причем из беспризорников, получив образование, вышли многие достойные люди Советской страны. Е.Т.Гайдар, Б.Е.Немцов и оттесненный ими от власти Г.А.Явлинский избрали такой курс реформ, что те, кто мог бы в случае сохранения Советской власти вырасти в семье и получить более или менее нормальное образование, чтобы стать полноценными членами общества, стали беспризорниками со всеми сопутствующими этому обстоятельству последствиями.

Конечно, для того, чтобы история СССР пошла по пути, на который навострили как биороботов Явлинского, Гайдара и К^О, в советском обществе были внутренние предпосылки, но была открыта возможность избрать и другой курс реформ, и тогда в 1998 г. в России не было бы беспризорников больше, чем их было в СССР по завершении Великой Отечественной войны в 1945 г. И избрание курса реформ зависело от власти — М.С.Горбачева, А.Н.Яковлева и прочих фашистов, проникших в руководство КПСС.

И надо быть очень циничным демоном или беспросветным тупицей, чтобы, совершив всё это в отношении множества детей и их родителей ещё пенять в адрес Ф.Э.Дзержинского.

Опасаясь обсуждать эту проблематику, министр культуры предпочёл пустить в эфир истеричные и бессодержательные выступления сторонников и рабов библейского фашизма — Бориса Немцова, Аллы Гербер, Григория Бакланова и прочих.¹¹

8. В сентябре же Госсовет обсуждал и проблему наркомании в России. Здесь зачинателям реформ и их сторонникам тоже не следует кривить душой и лицемерить. Всплеск статистики наркомании в процессе осуществления реформ и выхода общества в некий устойчивый постреформенный режим существования — тоже результат проведения именно того набора реформ, что был осуществлён демократизаторами.

Конечно, в СССР наркоманы были. Были они вследствие того, что исторически реальный советский образ жизни нёс в себе предпосылки к тому, что некоторая часть населения проявляла интерес к наркотикам и, попробовав их раз, другой, становилась наркоманами.

Если рассматривать эту проблему в масштабе одной отдельно взятой личности, то наркоманами становятся вследствие того, что смысл жизни субъекта — наслаждение как таковое, затмившее для него все остальные дела жизни и тем самым противопоставляющее его самой Жизни.

Но поскольку человек — это биологический вид, множество особей, то предпосылки к тому, чтобы люди становились наркоманами несёт в себе общество в целом. Несёт оно их в разных формах, на разных носителях информации и алгоритмики поведения: на уровне хромосомного аппарата, в эгрегорах (в духовном наследии) семей и общества в целом, в традициях культуры и в исканиях авангардистов.

Однако предпосылки это — одно, а их реализация в жизненный факт (равно как и невозможность их реализации) это — другое. Реально предпосылки к тому, чтобы стать наркоманом, блокируются в раннем детстве, когда ребёнок проявляет интерес к вопросам, которые во взрослой жизни относятся к высотам философской и богословской науки. Если его родители, другие близкие, просто не безучастные взрослые находят время для того, чтобы вместе с ребёнком найти ответы на вопросы, задаваемые им под Божьим водительством, то нравственно-мировоззренческий скелет алгоритмики психики личности формируется так, что смысл жизни будет обретён в осуществлении Божиего промысла. Ребёнок вырастет человеком и не станет жертвой наркомании. Но чем больше ложных ответов на эти вопросы воспримет ребёнок из духовного наследия семьи, народа, из традиций культуры и исканий авангардистов при безучастности ко всему этому родителей, взрослых, государства, — тем больше шансов, что смысл своего бытия человек найдет вне Божиего промысла, или, даже поняв его, не сможет его осуществить в своей жизни¹².

Если же проблема освобождения от наркомании возникла в подростковом возрасте или взрослой жизни, то сложившаяся традиция психиатрии и педагогики, а также аналогичная по своим целям деятельность церквей в подавляющем большинстве случаев оказываются бессильными, чтобы раз и навсегда освободить человека от поработившей его наркомании. Исключения редки, и в своём большинстве возвращение субъекта к человеческой жизни является результатом успеха не чудо-гипноза, не кодирования, не фармакологии, не нейрохирургии и т.п. «механических» по своему существу технологий.

Возвращение субъекта-наркомана к человеческой жизни является результатом того, что он смог — сам или при помощи других людей — выйти, если не пониманием, то хотя бы чувствами на предопределённый персонально для него смысл его жизни в русле Божиего Промысла.

Соответственно педагогические меры, начиная с детского сада и кончая вузами, а также полицейско-психиатрические мероприятия могут носить только подчинённый характер и то при условии, что они лежат в русле политики, осуществляемой государством или обществом вопреки политике государства, воплощающей в жизнь Божий Промысел в отношении этого общества. В противном случае, наркомания является меньшим злом, входящим в жизнь попущением Божиим, но ликвидирующим таким образом возможность осуществления какого-то иного большего зла. Именно вследствие этого, «механические» технологии “лечения” наркомании, не выводящие субъекта на смысл его жизни в русле Божиего Промысла, оказываются безуспешными — либо вообще, либо возвращают в общество недочеловека, не способного жить полнотой человеческой жизни.

Но с точки зрения атеистов сказанное — вздор. Тем не менее, и им, прежде чем настаивать на своей “правоте”, лучше обратиться мысленно к Богу непосредственно с просьбой обозначить Его благой промысел в жизни каждого из них.

Сказанное позволяет трезво взглянуть и осмыслить жизнь России после обретения ею “независимости” в 1991 г. За прошедшие с этого времени годы выросло целое поколение, в котором почитается нормой курить и употреблять слабоалкогольные напитки (пиво, джин-тоники и т.п.). Но есть факт медицинской статистики, согласно которому именно табакокурение и систематическое употребление слабоалкогольных напитков опускает человека настолько в жажде наслаждений, что он переходит от этих дурманов¹³ (которые в обывательской среде, наркотиками не считаются) к более или менее тяжёлым наркотикам (с воздействием которых на людей большинство государств так или иначе пытаются бороться).

Между тем, когда главный санитарный врач России вынес постановление о запрете рекламы пива на ТВ, этот запрет продержался всего несколько недель. После этого мафия пивной промышленности свернула государственность в бараний рог и запрет был отменён.

С рекламой табака и пива, образа жизни, которому учат триллеры и фильмы ужасов, можно было бы согласиться, если бы каждая реклама заканчивалась словами:

Этот дурман разрушает генетику и духовность Вас и Ваших детей, и тем самым Вы наносите ущерб здоровью Вас и Ваших потомков и всему обществу. Будьте готовы принять воздаяние и, когда оно достигнет Вас, не спрашивайте с наивным удивлением «За что?».

Согласитесь, что это существенно отличается от невнятного «Минздрав предупреждает…» и бесплодных дискуссий на темы «Допустимо ли в свободном обществе показывать по телевидению порнографию, называя её «эротикой»?»¹⁴.

Все эти “достижения” реформаторов, закрывающие людям дорогу к тому, чтобы стать человеками, говорят о том, что у них есть реальные основания для того, чтобы опасаться за целостность своей «нежной шкурки». Коли фашизм реформаторов не привился в России, то они опасаются, что придётся ответить за содеянное. Соответственно, умалчивая о собственной фашисткой сущности, они готовы обвинить в фашизме всех, кто с ними не согласен.

9. Как можно понять из сказанного, фашизм, наркомания, перспектива ответственности — неразрывно связаны. Соответственно встаёт вопрос об альтернативной концепции организации жизни общества, более мощной, чем та, которую распространяет Запад, воплощение которой в жизнь восстановило бы лад в обществе и лад общества и биосферы Земли в русле Божиего Промысла. Наше видение такого рода изложено в Концепции Общественной Безопасности с эпическим названием “Мёртвая вода” и она открыта для освоения, дальнейшего развития или опровержения. Она является альтернативно-обеъемлющей по отношению к той, на основе которой выросла западная культура.

29 — 30 сентября 2002 г.

«О текущем моменте», № 10

Называя вещи их именами

Самое яркое событие октября 2002 г., к которому средства информации всего мира приковывали внимание живущих сегодняшним днём обывателей, не задумывающихся о длительной политической перспективе, — это захват чеченскими “партизанами” в Москве заложников на мюзикле “Норд-Ост” (по мотивам повести В.Каверина “Два капитана”), происшедший 23 октября в здании бывшего дворца культуры Государственного подшипникового завода (ГПЗ), и их драматичное освобождение в ночь с 25 на 26 октября. Анализ взаимосвязей этого события с текущей политикой в стране и за рубежом, выражающий точку зрения ВП СССР и партии «Единение», опубликован 29 октября на сайте www.pravda.ru в разделе «Политика» под избыточно пафосным заголовком “Российские концептуалы сделали сенсационный анализ событий в Москве”. Поэтому в настоящем обзоре, мы обратимся к тем аспектам этого события, которые лежат вне хронологически узких рамок «текущей политики», хотя именно в ней они непрестанно проявляются.

К произведению · Каталог